«Из Англии, из Нидерландов из областей на Луаре, со всех сторон стекались норманнские полчища на берега Сены для отмщения императору за его вероломство». На самом деле, им нужен был лишь повод, кто для них был этот Готфрид, отринувший ради сытного куска их братство? Как там, у Шекспира в «Гамлете»? «И всё из-за чего? Из-за Гекубы! Что ему Гекуба, что он Гекубе, чтоб о ней рыдать?».
В последних числах ноября 885 года флот норманнов добрался до Парижа.
Летописи пишут «что на расстоянии двух миль Сена была уставлена судами викингов, было этих судов до семи сотен, а число норманнов — до сорока тысяч». Как обычно враньё, наверняка их было раз в десять меньше. Главными среди пиратов называют одного из морских королей Зигфрида и Ролло — тот самый Ролло Пешеход, веса которого долго не выдерживала ни одна лошадь.
Сам Париж в те времена ограничивался островом на Сене, а его предместья располагались на обоих берегах этой реки. Силы осажденных возглавили Эвдо (Эд), граф Парижский, сын Роберта Сильного и городской епископ Гослин, люди храбрые и решительные.
Переговоры противоборствующих сторон успехом не увенчались, и началась десятимесячная осада, крайне ожесточенная и кровопролитная, со многими штурмами. Викинги использовали осадные машины и тараны, прикрытые сырой кожей, пытаясь захватить башни, защищающие мосты, ведущие на остров. Защитники лили на них кипящее масло и воск. «Сверху сыпалось на них разное оружие, их шлемы были унизаны стрелами; расписные щиты, большие и малые, звенели от непрестанно падавших на них камней». Викинги сделали пролом, но французы закидали его сверху камнями. Верх башни был из дерева, норманны натаскали к основанию множество дров и подожгли их, но проливной дождь затушил огонь. Упорные бои велись до декабря, в одном из них епископ получил рану.
В самое темное и холодное время викинги позволили себе отдых, продолжая однако осаду, отряды их расползались по округе, кто пешие, кто верхом, продолжая грабить и убивать. В городе между тем начался голод.
Архиепископ Реймский в самых сильных выражениях укорял императора в его медлительности и беспечности, умоляя идти на выручку Парижу, но страх того перед норманнами был слишком велик.
Викинги нагрузили две баржи бревнами и сухими дровами, зажгли и пустили вниз по течению, чтобы сжечь мосты и отделить башни от снабжения города. Защитники не сдавались, огромными усилиями им удалось удержать в отдалении горящие барки и набросать на них столько камней, чтобы они пошли на дно. Но Сена вскоре разлилась, обрушив малый мост посередине, норманны на судах окружили и сожгли одну башню вместе с её защитниками, пробовали с этой стороны взять город, но были отражены с большим уроном.
В феврале Генрих, граф Саксонский, подошел с сильным императорским войском на берега Сены, он привез множество припасов для осажденного города. Попытки объединенных сил Генриха и Эда прорвать блокаду потерпели неудачу, викинги отразили все их атаки. Простояв без толку три месяца, Генрих отошел.
Зигфриду наскучила осада, договорившись с епископом Гослином, он за 60 фунтов золота увел своих людей. Остальное войско продолжало блокаду города. В Париже свирепствовал голод и заразные болезни. Смертность до того усилилась, что живых едва хватало, чтобы хоронить мертвых. Умер и подававший пример неустрашимости епископ Гослин.
В июле пришла долгожданная помощь, граф Адальгем сумел пробраться в город со съестными припасами и свежим войском, наконец-то и сам император двинулся в Мец. До его прихода вернулся граф Саксонский Генрих с войском из Германии и Лотарингии. Сойдя с коня, он решил оглядеть укрепления норманнов, вокруг своего стана они выкопали множество ловушек — глубоких ям, прикрытых хворостом и присыпанных землей. В одну из таких и упал Герман, «в тот же миг его окружили, убили и ограбили». Так викинги отомстили одному из убийц Готфрида.
Норманны предприняли последнюю попытку захватить город — с другого моста с восточной стороны реки. Им удалось поджечь башню и викинги уже готовились взобраться на стены и вломиться в ворота. Осажденные в отчаянии вынесли на стены мощи святого Германа, а заодно и святой Женевьевы, главных покровителей города. Воодушевленные защитники набросились на врагов, норманны не смогли нигде пробиться, наконец, они отступили, по обыкновению, таща за собой своих убитых.
В начале сентября прибыл император с многочисленным войском, тогда же вернулся и Зигфрид.
Трусливый Карл Толстый, вместо того, чтобы вступить в бой, начал с врагами переговоры и предпочел откупиться, заплатив им семьсот фунтов серебра за обещание снять осаду. Флоту норманнов он даже разрешил пройти через Париж, но этому воспротивился граф Эд и новый епископ, схватив оружие, они призвали других защитников, забрались на мост и не дали проплыть флоту. Норманны повернули вспять, вытащили суда на берег и волокли их посуху более двух тысяч футов, используя для этого катки и пленных. Парижане с изумлением смотрели на это зрелище. В летописях событие отмечено, как неслыханное, но для викингов это было обычным делом.
Император оставил Париж и пошел к Суассонну, за ним последовал Зигфрид с частью войска, опустошая по пути всё огнем и мечем. Видя дымы от приближающихся норманнов, Карл Толстый поспешно бежал из Суассона в Эльзас. Едва он оставил город, как туда вошли викинги. Они сожгли церковь и монастырь, перебили множество жителей, а других увели с собой.
Бездарного императора, «почти сумасшедшего от мучавшей его головной боли», лишенного всякого уважения со стороны подданных, в ноябре 887 года объявили низложенным. Тогда все его покинули, и Карл умер бы с голода, если бы над ним не сжалился архиепископ Майнцкий.
Викинги продолжали свободно плавать по рекам Франции, они опустошали Бургундию, Шампань, Лотарингию, Артуа и Пикардию до самых морских берегов. Взяли города Труа, Шалон, Тунь и Верден, не сумев захватить только Реймс. Пытались они и второй раз осаждать Париж (889 год), граф Эд вынужден был заплатить выкуп.
Потом норманны вторглись в Бретань, раздираемую в те времена междоусобицами. Но бретонцы оставили склоки, Аланус, герцог Бретонский собрал все силы земли, они разбили пиратов, те потеряли в Бретани до 14 тысяч бойцов.
Иначе получилось в Германии. Против вторгшихся викингов, ставших лагерем у Левена, собралось ополчение у Маастриха. С рассветом 26 июня 891 года немецкое войско выступило с развернутыми знаменами, готовое к бою.
Но не встретили там врагов, тогда германцы переправились через Маас и пошли вдоль другого берега. Навстречу им попался передовой отряд неприятеля, решив, что это отдельное войско, немцы опрокинули его ряды и принялись преследовать без всякого порядка. Немного погодя они наткнулись на сомкнутые ряды основной норманнской пехоты, которая в свою очередь, легко опрокинула уже их.
Вожди германцев старались как можно быстрее навести порядок среди своих людей. Но тут, на крики и звуки боя, прискакала норманнская конница, ворвалась в немецкие ряды, и расстроило все войско, бросившееся в паническое бегство. Разгром был полным. Погибли Зундерольд, архиепископ Майнцский, граф Арнульф и множество дворян. Победители овладели неприятельским станом, перебили пленников и вернулись к Левену.
Король Арнульф в это время находился в походе на славян, получив трагические вести, он быстро повернул назад, присоединяя к себе ратных людей Саксонии, Баварии и восточных земель королевства. Сильным войском он двинулся к укрепленному норманнскому лагерю при Левене.
Перед их валом не было рва, но находилось болото.
Король Арнульф остановился в затруднении, так как напасть на викингов можно было только пешими, а его войско состояло из конницы.
Воодушевив речью воинов, король сошел с коня, отдав приказ спешиться всадникам, взял в руки знамя и во главе войска пошел по болоту на укрепления норманнов. Те, стоя на валах, уверенные в своих силах, смеялись над неприятелями и смотрели на них с презрением.
Но германцы со своим королем, горя желанием поквитаться за убитых братьев, смело ворвались в лагерь, пиратов неожиданно охватила паника, в замешательстве, не видя другого выхода, они стали сотнями бросаться в прикрывавшую тыл реку Диль, утянутые тяжелыми доспехами на дно, они запрудили её бесчисленным множеством трупов. Число викингов, погибших в этом бою, полагали в девять тысяч, в их числе было двенадцать вождей.
Шестнадцать знамен, как трофеи победы, были отнесены в баварский Регенсбург. На протяжении многих столетий это событие праздновалось там 1 сентября.
Эти крупнейшие поражения, в Бретани 890 года и при Левене 891 года надломили силу норманнов. На поле боя полегли лучшие бойцы, сделавшие профессией разбой и не знавшие неудач за десятилетия набегов. Как бешенных собак преследовали их и на родине, твердая королевская власть устанавливается в Дании, Норвегии и Швеции.
После смерти графа Парижского Эда, в начале 898 года единодержавным королем Франции сделался Карл Простоватый. Это прозвище ему дали после смерти за сделку заключенную с одним викингом.
Это был тот самый Ролло Пешеход, сын норвежского ярла Рагнвальда, что вместе с Зигфридом осаждал Париж. На этот раз он приплыл из Англии, где норманнам дал укорот Альфред Великий, правда, с Ролло у него были хорошие отношения, они даже заключили союзнический договор.
После множества приключений, он вернулся на родину, по привычке, чтобы пополнить припасы, начал грабить и здесь. Но в Норвегии уже была установлена твердая власть, король Харальд Прекрасноволосый объявил Ролло вне закона. Изгнанник, утратив отечество и собственность, на всех парусах устремился во Францию, чтобы завоевать себе государство или погибнуть.
В 896 году он проплыв с флотом по Сене, прибыл к Руану, разглядывая с товарищами опустевший город и его разрушенные стены. Многократно ограбленное население во главе со своим епископом взмолилось к нему о милости и защите. Ролло (Рольф) обещал оставить их в покое, услышав, что они бедные, беззащитные люди. Норвежские викинги решили осесть в этой земле, Ролло повелел исправить городские стены.