Если уж речь зашла о религии, то христианство Русь приняла от Византийской империи, в ортодоксальной форме. Но так уж получилось, что все православные страны оказывались под чужеземным игом. Не минула эта чаша не Русь, ни саму Византию. Православие не сулит быстрого успеха в этой жизни, в отличие от протестантизма, где богатство это явный призрак того, что тебя любит Бог. Ну, так и история Христа — это не история жизненного успеха! Чего он добился на земной юдоли — позорной казни на кресте и отступничества ближайших учеников?
Я не богослов, и не собираюсь углубляться в теологию. Да и вообще предпочитаю обходиться без излишнего мистицизма, божье вмешательство если и случается, то редко. Как говорится: «На Аллаха надейся, а верблюда привязывай». Просто исторический опыт показывает, что православные страны оказались под турецким игом и не создали прочной государственности, за исключением России. Но это не означает, что православие это тупиковый путь, как некоторые утверждают. Просто другие приоритеты.
Помимо религии, и многое другое из государственного устройства мы восприняли от Византии, в том числе симфонию светской и духовной власти, веротерпимость — в отличие от западного христианства восточное не насаждало веру огнем и мечом. И в шестнадцатом веке, устами монаха Филофея, русские объявили себя её приемникам, гордо заявив: «Москва — третий Рим, а четвертому не бывать». Концепция имела эсхатологический (конечный) характер, подразумевая, что после падения христианского Константинополя под огнем турецких пушек, если падет ещё и Россия — последний оплот истинной веры — православия, то уже всё, наступит окончательный конец света. Вот откуда «Зачем нам такой мир, если в нем не будет России».
Давайте гипотетически предположим, что России покровительствует сам Бог. Когда же он взял её под своё крыло?
В седьмом веке арабы разорвали цепочки торговых путей, соединявшие Западную Европу с богатейшими восточными провинциями, когда то единой империи. Предприимчивые норманнские пираты, в основном шведы, сумели проложить обходной путь до богатейшего города известного им мира — Константинополя. Так на этой водной дороге «Из варяг в греки» образовалось Древнерусское государство, объединенное единым делом, на латыни это «res publica», «общее (наше) дело», то же самое, что и «cosa nostra». Республика не получилась, хотя известная демократия среди верхушки присутствовала, вышло монархическое мафиозное объединение, использующее обычные бандитские методы — грубую силу, угрозы и шантаж, и возглавляемое одной семьей — «Рюриковичи мы».
Мог ли такому государству покровительствовать Христос, или прости Господи, его мать?
Ну, нет! Наоборот, греки праздновали Покров Богородицы, как чудесное спасение от этих пиратов руссов.
После принятия христианства потомки Рюрика расплодились как кролики, и даже огромных просторов родины им стало не хватать. К тому же в 1095 году начались Крестовые походы, открывшие европейцам короткие дороги к богатствам Востока, и путь через Русь оскудел.
Неслучайно в 1097 году состоялся Любечский съезд князей, договорившихся, что «каждый да держит отчину свою» — конец лествичной системы наследования и утверждения феодальной раздробленности, фактический распад единого государства.
В 1237 году большинство княжеств Руси было захвачено вторжением непобедимой армии монголов — лучших воинов тогдашнего мира. Число их орды в наших учебниках многократно преувеличено, победы они добивались за счет лучшей организации, мобильности, железной дисциплины и конечно, опыта. Тогда русские земли (в основном города) подверглись опустошению, почти двухсот пятидесятилетнее иго отбросило страну в развитии, затруднила и контакты с остальной Европой связанной ранее брачными союзами и свободным торговым сообщением.
В этом же 1237«черном» для Руси году из слияния орденов Тевтонского и Меченосцев создается мощный Ливонский, ударный кулак немецкого «натиска на восток». А с севера наступали шведы, поработившие финские племена сумь и емь.
Происходит раскол цивилизаций. Западные и южные княжества вскоре были захвачены католической Литвой, объединившейся впоследствии унией с Польшей.
Окончательно распалась и единая прежде христианская церковь, во время третьего крестового похода разграбили Константинополь, и на русских схизматиков также организуют крестовые походы.
Немцы покоряют и насильственно окатоличивают племена летов (латышей), принимаются и за эстов, имеющих давние связи с русскими (города Талинн и Тарту это древние русские Колывань и Юрьев, основанные Ярославом Мудрым). В тяжелые для себя времена Русь не смогла оказать помощь соседям. Не отмечено тогда и божественного вмешательства.
Страна начала тяжелый путь освобождения и обновления, по Л.Н. Гумилеву старая Русь тогда окончательно распалась на Юго-Западную, Северо-Восточную и Новгородскую землю, а фактически умерла, оставив реликт — будущую Беларусь. Но на тринадцатый век приходится пассионарный толчок прошедший узкой полосой по землям Литвы и Северо-Восточной Руси через Крым до западной части Малой Азии. Начался этногегез новых народов — литовцев, великороссов, крымских татар и турок — сельджуков. Наделенные повышенной энергетикой и размножившиеся новые русские (а уже не просто москвичи, владимирцы, белозерцы и прочие) встали через 180 лет в едином строю на поле Куликовом — месте рождения новой России.
Как великая река начинается из истока, так и новая Россия нарождалась из крохотного родника — мелкого городка в лесной глуши Москвы — удела младшего сына Александра Невского — князя Даниила. Это ли не чудо Господне?
В своё время в первом томе я написал про римлян, что «как меч под молотом, родился и под ударами невзгод и испытаний становился прочнее и тверже великий народ, определивший судьбу мира».
Это можно сказать и про русских, да и про любой другой великий народ. Ну а невзгод хватало — выше крыши!
В 1395 году армия непобедимого «Потрясателя Вселенной» Тамерлана в очередной раз разгромив разорителя Москвы хана Тохтамыша пошла походом на Русь. Вот тогда впервые отмечено чудесное спасение страны благодаря массовому молению иконе Владимирской Богоматери. Армия Тамерлана повернула назад от сожженного Ельца.
Если и есть божественное предназначение России — так это гасить любые амбиции на мировое господство. Огромная, как континент, и самодостаточная, она уравновесила Восток и Запад.
Киплинг, один из моих любимых поэтов написал: «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись». Не прав англичанин. Россия — вот то место, где они сошлись и мирно уживаются уже почти тысячу лет. Посмотрите на современную Казань — прекрасный город, где повсюду рядом стоят мечети и церкви, а по улицам спокойно гуляют девушки и в хиджабах и в мини юбках.
Недаром и на гербе у нас византийский двуглавый орел, с головами, повернутыми на Запад и на Восток. И отовсюду исходила угроза.
Я не сторонник распространенной теории, что Древняя Русь столетиями прикрывала Европу от вражеских нашествий с Востока. Как там у Блока: «Мы, как послушные холопы, держали щит меж двух враждебных рас Монголов и Европы». (О, ещё одна рифма на Европу). Хотя Ярославу Мудрому и удалось сломать хребет печенегам в битве под Киевом в 1036 году, а Владимиру Мономаху в союзе с другими князьями разгромить половецкую орду в зимнем походе 1111 года на их вежи, широкая степная дорога до Балатона была открыта. Уже Россия смогла её перекрыть только во времена Потемкина и Екатерины II «немки с русской душою», как она сама про себя говорила. А Западную Европу от татар и турок защищали венгры и поляки.
Если до предела восточных рубежей, после взятия Казани и похода Ермака в Сибирь, русским удалось дошагать за какие-то пятьдесят лет, в основном добывая драгоценные меха — тогдашнюю валюту, то на западных и южных границах приходилось столетиями вести ожесточенные войны.
Сначала это был вопрос выживания — защитить народ от набегов степных хищников, сотнями тысячами угонявших русских и украинцев на невольничьи рынки. Только в результате одного похода крымского хана Девлет Гирея в 1571 году была сожжена Москва, число погибших достигало ста тысяч, а уведенных в полон около шестидесяти тысяч.
Столетиями велись воины с Речью Посполитой за возврат утраченных русских земель, тут мы приобрели вечного врага — поляки никогда не простят нам, даже не пресловутого раздела Польши, а утрату великих амбиций — самим создать гигантскую империю, шанс на которую у них был во времена
Русской смуты в начале 17 века. Попутно обломали и шведов, имевших сильнейшую армию в Европе в начале уже 18 века во главе с гениальным полководцем Карлом XII, считавшимся многими реинкарнацией Александра Македонского. У нас появилась поговорка «Разбить, как шведа под Полтавой», а Швеция, после ряда тяжелых поражений и потери Финляндии, приняла нейтралитет.
Двенадцать войн на протяжении трех столетий пришлось вести и с Турцией, напоследок уже для освобождения славянских народов Балкан. Как говорит сербская пословица «На небе Бог — на земле Россия».
Я не идеализирую русских и Российскую империю, экспансия на восток хотя и была относительно мирной, но чужакам никто не рад — хватало конфликтов. Ну а походы в Среднюю Азию — это уже чисто колониальная война. Пятьдесят лет велась Кавказская война, при усмирении Кавказа и захвате восточного Причерноморья также пролилось немало крови. По большому счету он был нужен, чтобы обеспечить проход в страны Закавказья — к умолявшим спасти их от турецкого и персидского геноцида единоверцам из Грузии и Армении.
Как говорится, не хочешь зла — не делай добра. Все эти славянские и другие «братушки» неоднократно предавали нас и будут предавать. Не зря у нас народный герой — Иван Дурак. Но как говорится, наивность это признак не глупости, а душевной чистоты.
Но может быть пора от этой наивности потихоньку избавляться? И руководствоваться, как во всем мире прагматизмом?
Попробую всё же обосновать, почему наш хрен ихней редьки слаще.