ла о бренности всего сущего, быстро побелела.
А мы снизились на окраине города. Там меньше свидетелей, которые могут нас увидеть, так как образ жизни местных заставляет их самих прятаться и скрываться.
Кутаясь в плащи, мы торопливо шли прочь из трущоб в более благополучные ремесленные районы. Там можно найти приличный, но не слишком дорогой постоялый двор или трактир.
Увидев вывеску, на которой толстый белый кот сидел в обнимку с пучеглазым гусем, я остановилась. От здания шла хорошая энергетика, которую я чувствовала даром сидхе. И название забавное и милое, такое же, как и картинка: «Кошак и гусыня».
— Давайте сюда, — придержала я Дарио, помогавшего мне идти.
Мы ввалились под навес над крыльцом, принялись стряхивать с себя сугробы, собравшиеся на плечах, спине и голове.
Ирма тихо фыркала, словно большая кошка, и с шальной улыбкой осматривалась. Похоже, столько снега ей ранее видеть не доводилось. Ведь она никогда не покидала Тьяринду, а там зимы теплые, снег не выпадает совсем. Если только в горах.
Мы не успели еще до конца отряхнуться, а дверь уже приоткрылась, и выглянул пухленький симпатичный мужичок невысокого роста. Оглядел нас внимательно, прошелся масленым взглядом по скалящейся в улыбке Ирме.
— Вы к нам?
— А есть варианты? — отодвинув его в сторону, прошел внутрь лорд Калахан.
— Кошак? — внезапно хихикнула тень.
Удивленно взглянула на нее, потом на трактирщика. А ведь и правда! Его лицо и морда толстого кота на вывеске были чем-то неуловимо похожи. Будто художник по-дружески подтрунивал над хозяином заведения, рисуя добродушного полноватого дядьку в образе такого же упитанного, довольного жизнью кота.
Я невольно улыбнулась, а встречающий нас «кошак» приосанился, погладил выпирающее тугое брюшко, потом провел пальцами по несуществующим усам и подмигнул Ирме.
— Похож, да? Зятек мой рисовал. Правда, от «гусыни», жёнки своей, получил по шее. Хоть и родные мы с сестрой, а она высокая и тощая. Ну чисто гусыня.
— Вы с сестрой вдвоем владеете трактиром? — спросила я.
— А то ж. В наследство как получили, так вдвоем всё и стали содержать. Семейное дело, значится. Она готовит, я — всё остальное. Позднее уж мужик ейный добавился. Ну и моя супружница, значится. Так что, заселяетесь? Надолго? Погодка-то как завьюжила… — взглянул он на небо. — Ух, и снегопад! Сколько ж работы потом, сугробы разгребать.
Я поманила Ирму, и мы вошли в тепло. За нами проследовал хранивший всё это время молчание Дар.
Выпоротые из плаща и ремня золотые монеты чеканки Дагры, которые уцелели у меня во время скитаний, я уже передала лорду Калахану. Он наш командир, ему и вести переговоры и расплачиваться. Так принято, да и внешность у него внушительная.
— Две комнаты. Одну девушкам, другую нам, — едва повел он подбородком в сторону Дара. — И много горячей еды. Мы продрогли и устали.
— Печь только растапливаем, рассвет же еще, почитай, — потирая озябшие руки, сообщил хозяин. — Придется подождать. Ну или пока закуски и то, что можно не греть. А позднее — горячее.
— Давай, — холодно кивнул дракон и прошел к столу.
Мы с Ирмой, как примерные девушки, тут же последовали за ним, сели за стол и сложили руки.
Уже позднее, когда мы все поели и поднялись в хорошо протопленные комнаты на втором этаже, меня накрыла усталость. Столько всего случилось за эти часы. Тяжело…
— Ирма, полей мне, я умоюсь, — попросила я, стоя у сундука, на котором ютились тазик и кувшин с водой.
— Длинный вечерок был, — прокомментировала оборотница, беря в руки кувшин и наклоняя его, чтобы тонкая струйка потекла мне в подставленные ладони.
— Не то слово, Ирма. А сколько всего еще предстоит…
— Надо, значит, сделаем, — философски ответила она. — Но сначала отдохнем.
Моя голова едва коснулась подушки, и я отключилась. А проснулась как от толчка. Глянув в окно, поняла, что умудрилась проспать не только все утро, но и большую часть дня. Ирма лежала на своей кровати, закинув ногу на ногу, глядя в потолок и дирижируя пальцем слышимую только ей внутреннюю музыку.
— Ужинать будете? — повернула она голову, почувствовав, что я больше не сплю. — Мы все давно уже встали и по очереди спускались вниз, чтобы позавтракать и пообедать. Лорд Шедл караулил ваш сон снаружи, чтобы никто не вломился и не разбудил.
— Ужинать буду, — подумав, заявила я и села. — Как на улице? Метет всё еще? И чем кормят?
— Метет, но уже не так, как когда мы сюда пришли. А кормят неплохо. «Гусыня», — тут она тихо хохотнула, — отменно готовит. В том числе гусей.
Запеченный с капустой гусь и правда оказался отменным. Я так объелась, словно и не леди вовсе, а побродяжка, добравшаяся до нормальной еды после долгой голодовки. Аж неловко стало под пристальным взглядом Дарио.
Он вообще вел себя странно последнюю пару суток. Я бы даже сказала, подозрительно. Словно мы и не любовники, будто и не было между нами ничего. То есть он, конечно, был внимателен, поддерживал, следил, чтобы мне было удобно… Но я не знаю… Не так, как раньше. Словно сам не понимал, что между нами и как он должен поступать. Вроде я его женщина, мы близки. Но в то же время… Вот что именно — неясно.
— Рэми, мы можем поговорить? — спросил Дар, когда я окончила свой то ли поздний обед, то ли ранний ужин.
— Да, конечно, — собралась я встать из-за стола.
Меня остановил задумчиво молчавший всё это время лорд Калахан:
— Позднее. Сначала давайте решим, что будем делать дальше. Рэмина, когда ты будешь готова? И что с непогодой? Нам с Дарио она не мешает, но вот как вам с Ирмой будет наверху?
Я посмотрела на свою тень. Та поразмыслила, чуть наклонив голову, и, пожав плечами, озвучила свое решение:
— Как леди скажет. Если хорошо укутаться, то ничего страшного, я думаю.
— Я тоже думаю, что не стоит тянуть. Тем более что в такой непогоде я и повинна. Можно скорректировать, — добавила, понизив голос, убедившись сначала, что хозяина трактира нет поблизости.
Зал вообще был пустой, кроме нас, никого. Вероятно, столь сильная метель всех заставила попрятаться и отложить походы.
— Значит, сегодня в ночь? — уточнил старый дракон.
— Да, — помедлив мгновение, обронила я.
У Дарио страдальчески скривилось лицо, но всё было обговорено не раз, так что спорить он, разумеется, не стал.
— Ты хотел поговорить, — глянула я на него.
— Нэш, пойдем-ка прогуляемся, подвигаемся немного, — встал лорд Калахан.
— С мечом? — поднялась Ирма, спросив моего разрешения взглядом.
— Нет, так, разомнемся чуток в спарринге. Владеешь рукопашным боем?
— Обижаете, сиятельный! — хищно улыбнулась рысь.
— Пойдем-ка в тот конец. А столы пока сюда передвинем, — распорядился лорд и позвал трактирщика: — Эй, любезный! Засиделись мы, скучно. Давай-ка переставим всё это добро.
Когда они отошли, я спросила Дара:
— Так о чем ты хотел поговорить?
Он через стол взял мою руку в свои ладони, мягко сжал и спросил:
— Ты ведь не передумаешь?
— Нет, — поняла я, о чем он.
— И меня с собой не возьмешь?
— Дар, прости, — опустила я взгляд. — Я объясняла… Позволь мне отыскать себя. И ты сам… Пятнадцать лет ты не был собой. Думается, тебе тоже не помешает время разобраться, кем ты стал.
— Кем я стал… — криво улыбнулся он. — Хороший вопрос, малыш. Ты, конечно же, права. Маленькая девочка, которая совсем разучилась радоваться. Мне порой страшно смотреть в твои глаза, Рэми. Ты не должна быть такой. Но все же подумай, если ты останешься, я смогу помочь. Обещаю не давить на тебя. Ну куда ты пойдешь? Ни денег, ни знаний, никого рядом…
Я помедлила.
— Дар, я умру здесь, — сказала едва слышно, не смотря на него. — Ты знаешь, кто я. Знаешь особенность моего народа. Не в моих силах изменить этот жестокий мир. Мой удел уйти или умереть.
— Но ведь… — с отчаяньем прошептал он. — Как я без тебя? Как ты без меня? Неужели мы встретились зря? И то, что ты значишь для меня?.. Зачем-то ведь всё это было?
— Ты мне дорог, очень. Именно поэтому я пытаюсь всё исправить. Сделать так, чтобы ты не погиб. Но, Дар, не требуй от меня больше, чем я в силах вынести.
Мы помолчали.
— Я кое о чем поспрашивал Калахана. О тебе, о вас, — с нажимом выделил местоимение. — Теперь мне понятно чувство, будто я знаю тебя такую… Поклянись, что даже если я снова погибну, ты не станешь ничего менять и возвращать. Значит, такова моя судьба. Но если я выживу, то однажды ты вернешься ко мне. Хотя бы в гости зайдешь.
Я испуганно вскинула на него глаза. Калахан рассказал о том, что я отмотала время назад? Или только что сидхе это умеют, а остальное Дар сам понял?
— Обещай! Ты не станешь заново переживать весь этот ужас, даже если меня убьют! — повторил дракон. — Но если я выживу, однажды ты придешь. Когда-нибудь. Когда будешь готова.
— Обещаю, — прошелестела я и забрала руку.
На другом конце зала Калахан и Ирма пытались достать друг друга в рукопашной. Гибкая и верткая рысь и хищный, крупный, неотвратимый дракон. Звериная грация чувствовалась в обоих. И не только я это заметила.
— Кхе-кхе, — покашлял рядом «кошак» и присел с краю стола. — А что, спутники-то ваши?.. — многозначительно не договорил он.
— В смысле? — спросила я, а Дарио поднял одну бровь.
— Да подозрительные они какие-то, — перешел на шепот трактирщик. — Девица-то — будто и не человек вовсе. Это где ж видано, чтобы баба — вот так двигалась и увешенная оружием слонялась? Ась?
— Моя телохранительница, — напряглась я, но пожала плечами, как будто всё в порядке. — Ее специально с воинами обучали. При леди должна же быть надежная компаньонка и помощница.
— Ой, не знаю, не зна-а-аю, — пожевал губами «кошак». — А вот селезенкой чую, что-то с ней не то. Может, надобно бы сестрам Неумолимой шепнуть, а? Они и заплатят. Вон с неделю уже как чистку начали.
— Что?! — У меня распахнулись глаза. — Чистка? Мы только приехали в город, не слышали последние новости. А что так?