еснула его.
Ясин отлетел к стене и, смеясь, закрыл ладонью ушибленную скулу.
– Я что, задел больной нерв или там был провод? Ведь у тебя и того, и другого в избытке.
– Он не игрушка и уж тем более не собственность Леваны, – с ледяным спокойствием ответила Зола. – Скажешь что-либо подобное о ком-то из нас, и я буду бить уже металлической рукой.
– Проучи его, Зола! – воскликнула Ико.
Ясин убрал ладонь от щеки, на которой уже проступал свежий синяк.
– С чего бы тебе беспокоиться? Ведь эта свадьба вообще не твоя проблема.
– Нет, это моя проблема! Если ты еще не заметил, твоя королева – настоящий тиран! Может быть, в Содружестве я и персона нон-грата, но это совершенно не значит, что я позволю Леване прийти сюда, вонзить когти в мою родную страну и разрушить ее так же, как она разрушила твою!
– Нашу, – спокойно напомнил он.
Ясин сдул светлую прядь со лба.
– Да что с тобой такое? С какой стати ты болеешь душой за страну, в которой на тебя объявлена охота? У тебя действительно какие-то нелады с проводами. Стоит тебе ступить на землю Содружества – и ты труп.
– Спасибо за поддержку.
– Ты вроде не похожа на наивную девушку, готовую принести себя в жертву ради так называемой настоящей любви. Что ты от меня скрываешь?
Зола отвернулась от него.
– Только не говори мне, что ты так озабочена этой свадьбой только потому, что влюблена в него!
– Я влюблена, – перебила его Ико. – До безумия.
Зола устало помассировала виски.
После странного, напряженного молчания Ико снова заговорила:
– Мы ведь сейчас имели в виду Кая, да?
– Да где ты вообще откопала ее? – возмутился Ясин, махнув рукой в сторону динамиков.
– Я делаю это не только ради Кая. – Зола в изнеможении уронила руки. – Я делаю это потому, что больше никому это не под силу. Я собираюсь свергнуть Левану. Хочу быть уверенной в том, что она больше никому не навредит.
Ясин уставился на нее с таким ужасом, будто у Золы из головы выросла еще одна кибернетическая рука.
– Ты думаешь, что способна свергнуть Левану?
Взвыв от досады, Зола взмахнула руками.
– Так в этом же весь замысел! А ты не знал? Разве не поэтому ты нам помогаешь?
– О звезды, нет! Я ведь не сумасшедший. Я здесь потому, что мне представилась возможность сбежать от ведьмы и остаться живым, а еще… – Он замолчал.
– Еще что?
Он сжал зубы.
– Еще что?
– Еще так хотела бы Ее Высочество, хотя теперь она, наверное, умрет из-за этого.
Зола изумленно нахмурила брови.
– Что?
– А теперь я застрял здесь с каким-то недоделанным планом, который по твоему замыслу приведет нас в начальную точку пути – прямо в лапы к Леване.
– Что… но… Ее Высочество? Ты вообще о ком говоришь?
– О принцессе Зиме. А о ком же еще?
– Принцессе? – Зола отступила от него. – Ты говоришь о падчерице королевы?
– Ооооооой, – протянула Ико.
– Да, о единственной принцессе, которая у нас осталась, если ты еще не в курсе. А о ком еще я мог говорить?
Зола сглотнула и покосилась на нетскрин с планом, спрятанным под новостными лентами и неумолимыми часами. Они не рассказывали Ясину о своих намерениях сорвать свадьбу и объявить о настоящем происхождении Золы.
– Хм. Ни о ком, – пробормотала она, почесывая запястье. – Так что, когда… ты говорил о своей принцессе… ты имел в виду принцессу Зиму?
Ясин смерил ее взглядом, говорящим о том, что он не понимает, почему должен тратить время на разговоры с такой идиоткой.
Зола откашлялась и сама ответила на свой вопрос.
– Ну да, конечно.
– Надо было позволить Сибил убить тебя, – пробормотал он, покачав головой. – Я думал, что, возможно, принцесса будет мною гордиться, если узнает о том, что я выступил против Сибил. Что одобрит мое решение. Но кого я пытаюсь обмануть? Она даже никогда об этом не узнает.
– Ты что… любишь ее?
Он с отвращением посмотрел на нее.
– Даже не пытайся втянуть меня в свою слащавую мелодраму. Я клялся защищать ее. Вряд ли я способен делать это здесь, не так ли?
– Защищать ее от кого? От Леваны?
– Среди всего прочего – да.
Зола опустилась на один из ящиков, чувствуя себя так, будто только что пробежала спринт по пустыне. Тело было в полном изнеможении, в голове царил беспорядок. Ясину было плевать на нее – он всей душой был предан падчерице королевы. А она даже не подозревала о том, что у королевской падчерицы имелись верные ей люди.
– Помоги мне, – сказала она, не пытаясь спрятать мольбу в голосе, и посмотрела Ясину в глаза. – Клянусь тебе, мне под силу остановить Левану. Я могу вернуть тебя на Луну, где ты сможешь защищать свою принцессу дальше или заниматься тем, чем захочешь. Но сейчас мне нужна помощь.
– Это достаточно очевидно. Может быть, ты сподобишься посвятить меня в свой чудесный план?
Зола напряженно сглотнула.
– Может быть. Как-нибудь потом.
Он покачал головой, словно собираясь рассмеяться, и показал рукой в сторону улиц Фарафры.
– Ты сейчас в гаком отчаянии потому, что самый сильный твой союзник лежит в коме.
– С Волком все будет в порядке, – отмахнулась Зола с большей убежденностью, чем сама ожидала, и со вздохом добавила: – Я в отчаянии потому, что одного союзника мне мало.
Глава 36
В ту ночь они сделали еще один привал. Кресс выдали немного хлеба, сушеных фруктов и воды. Она прислушивалась к звукам лагеря, разбитого рядом с грузовиком, и пыталась уснуть, но забытье приходило лишь короткими урывками.
На следующий день они выехали рано утром.
Она все меньше и меньше верила в то, что Торн придет за ней. Она представляла, как он нежится в объятиях той, другой женщины, и радуется, что на нем больше не висит обуза в виде слабой и наивной лунной пустышки.
Даже от фантазий, которые столько лет помогали ей держать себя в руках во время заточения на спутнике, проку больше не было. Она ведь не борец, сильный и храбрый, всегда готовый защищать справедливость. И она – не самая красивая девушка на земле, способная пробудить сострадание в жестокосердном злодее. И она больше не уверена, что ей на выручку придет герой.
Час за часом она мучительно размышляла, пытаясь угадать, станет ли она рабыней, прислугой, пищей для каннибалов, объектом жертвоприношения – или вообще вернется к королеве Леване и будет жестоко наказана за предательство.
Наконец, ближе к концу второго дня ее заключения, грузовик остановился и двери открылись. Кресс сощурилась, успев отвыкнуть от яркого дневного света, и попыталась забиться в угол, но ее грубо схватили за шкирку и выволокли наружу. Она плюхнулась на колени. Боль раскаленными иглами пронзила спину но ее мучитель проигнорировал слабое скуление, вырвавшееся из ее груди, рывком заставил подняться на ноги и связал ей запястья.
Боль вскоре утихла, ее сменили адреналин и любопытство. Они приехали в новый город, и даже неопытная Кресс с легкостью могла сказать, что он никогда не был таким богатым и густонаселенным, как Куфра. Большинство построек своим цветом повторяли пустыню, протянувшуюся за засыпанной песком дорогой. Глинобитные стены, когда-то выкрашенные в оттенки пурпура и индиго, выцвели на солнце, крыши были устланы колотой черепицей. На огороженном участке неподалеку паслось около дюжины верблюдов, и еще несколько грязных хуверов стояли вдоль улицы рядом с…
Кресс попыталась сморгнуть песок с глаз и закрыла солнце ладонью.
В самом центре города стоял корабль. «Рэмпион».
Ее сердце заскакало от безумной надежды, но ее быстро сменило отчаяние. Даже издалека она смогла разглядеть, что корабль перекрашен и вызывающей красотки, которая прогремела на всю Францию, когда Торн совершил там посадку, больше не было.
Кресс захныкала и с трудом отвела от корабля взгляд, когда захватчики потащили ее к ближайшему зданию. Они вошли в полутемный коридор. Только маленькое окошко в тупике проливало скудный свет на стены и пол, усыпанный песком, который, видимо, не подметали долгие годы. В углу притулилась небольшая стойка портье со старомодной вешалкой для ключей на стене. Кресс проволокли мимо и увлекли дальше по коридору.
Стены песочного оттенка пропахли чем-то едким – запах был не отвратительным, но раздражающе сильным. У Кресс даже защипало в носу.
Ее повели вверх по лестнице, такой узкой, что пришлось идти за Джиной, а сзади следовал Нильс. Здесь царила странная, жутковатая тишина. Запах стал еще сильнее, и у Кресс по спине пробежал холодок, а руки и плечи покрылись мурашками. Страх будто сконцентрировался в большом пучке нервов в самом основании позвоночника.
К тому моменту как они дошли до последней двери в конце коридора и Джина подняла руку, чтобы постучаться, Кресс уже трясло с такой силой, что она с трудом могла устоять на ногах. Она с удивлением осознала, что сейчас просто мечтает вернуться в темный угол грузовика.
Джине пришлось постучаться дважды, прежде чем раздались шаги и скрип двери. Нильс крепко держал Кресс позади Джины, и все, что она могла увидеть со своего места, – это коричневые мужские брюки и заношенные белые кроссовки со стертыми шнурками.
– Джина, – начал мужчина, по всей видимости, только проснувшийся, – до меня дошли слухи, что ты направляешься сюда из Куфры.
– Привезла тебе еще один объект. Нашла ее в пустыне.
Последовала короткая пауза, а затем мужчина произнес уверенным тоном, исключающим любые возражения:
– Пустышка.
Его уверенность заставила Кресс сжаться от страха. Если ему не пришлось спрашивать, это означало, что он почувствовал ее. Или, точнее говоря, наоборот – не почувствовал. Ей вспомнилось, как Сибил жаловалась на то, что она не может распознать мыслей Кресс и насколько сложно управлять таким человеком, как она. Словно Кресс сама была во всем виновата.
Этот человек прилетел с Луны.
Она дернулась в сторону, изо всех сил желая сжаться в комочек, уменьшиться в размерах, стать не больше легкой песчинки, чтобы ее унесло ветром в пустыню, где она сможет раствориться среди мириадов себе подобных.