– Мы с Рю волнуемся, – сказала она. – Это был плохой сон? Или наоборот – хороший?
Скарлет нахмурилась. Осадок от сна только понемногу начал испаряться, как это обычно бывало с кошмарами, но вопрос снова напомнил ей о Волке и бабушке. О том, как они стояли перед ней, целые и невредимые.
И это было ужасно. Бабушка погибла, а последний раз, когда она видела Волка, его держала под контролем злобная ведьма.
– Кто ты? И кто такой Рю?
Девушка улыбнулась теплой и одновременно заговорщической улыбкой. От неожиданности Скарлет вздрогнула.
Дурацкие лунные люди с их дурацкими чарами!
– Рю – это волк, глупенькая. Вы – соседи уже четыре дня. Странно, что он сам не представился.
Потом она приблизилась к ней, понизив голос до шепота, будто хотела поделиться какой-то страшной тайной.
– А я теперь буду твоим лучшим другом. Но никому не говори, потому что они все думают, что я – твоя госпожа, а ты – моя новая игрушка. Они не знают, что мои игрушки на самом деле для меня друзья. Мы с тобой обманем их всех.
Скарлет озадаченно покосилась на нее. Теперь она узнала этот голос, вкрадчивый и обволакивающий. Девушка будто не говорила, а танцевала, аккуратно подбирая слова. Та самая девушка, которая пыталась спасти ее от пыток.
Протянув руку, она взяла грязную прядь волос, свисавшую Скарлет на лоб. Скарлет напряглась.
– Твои волосы похожи на пламя. Может, они и пахнут дымом? – Девушка приблизилась к ней и понюхала ее волосы. – Вовсе нет. Это очень хорошо. Я бы не хотела, чтобы ты загорелась или случайно подожгла что-нибудь.
Девушка села и подтянула к себе корзину, которую Скарлет до этого не замечала. Обычная корзина для пикника, только отделанная такой же красивой тканью, как и платье девушки.
– Я подумала, что сегодня мы могли бы сыграть в доктора. А ты будешь моей пациенткой.
Она достала из корзинки какой-то аппарат и прижала его ко лбу Скарлет. Тот зачирикал, и девушка посмотрела на маленький дисплей.
– У тебя нет жара. А теперь давай-ка проверим твои гланды. – Она достала маленькую пластиковую лопатку и потянулась к Скарлет.
Скарлет отбросила лопатку здоровой рукой и заставила себя сесть.
– Ты не доктор.
– Да. Мы же просто играем. Разве тебе не весело?
– Весело?! Меня пытали, и физически, и духовно, много дней подряд. Я умираю с голоду. Я хочу пить. Меня держат в клетке в зоопарке…
– В зверинце.
– И у меня болят такие места, о которых я даже не подозревала. И теперь какая-то сумасшедшая девушка приходит ко мне и пытается вести себя так, будто мы старые друзья и играем в доктора. Ну уж нет, извини, мне совсем не весело, и я не поведусь на твои хитрые фокусы, что бы ты ни замыслила со мной сделать.
Огромные глаза девушки стали совершенно пустыми. Она не удивилась и не обиделась на пламенную речь Скарлет, но лишь выразительно посмотрела туда, куда вела извилистая тропинка, заросшая экзотическими цветами и деревьями.
Там неподалеку стоял гвардеец и хмуро смотрел на них. Скарлет его сразу узнала. Он был одним из тех, кто носил ей хлеб и воду. Когда ее только бросили в эту клетку, он грубо схватил ее за задницу. Она была так измотана, что смогла только отодвинуться подальше, чтобы он больше не достал ее. Если теперь ей представится возможность, она с удовольствием переломает ему все пальцы на его грязных лапах.
– У нас все в порядке! – громко сказала девушка и широко улыбнулась. – Мы делаем вид, будто я хочу отрезать ей все волосы и приклеить к своей голове, потому что я хочу быть похожей на свечку, а ей это не нравится.
Пока она говорила, гвардеец пристально смотрел на Скарлет, злобно прищурив глаза. Выждав какое-то время, он вразвалочку пошел прочь.
Когда его шаги затихли в отдалении, девушка поставила корзинку к себе на колени и принялась в ней рыться.
– Не стоит называть меня сумасшедшей. Их это очень раздражает.
Скарлет повернулась к ней и снова зацепилась взглядом за шрамы на ее щеке.
– Но ты ведь и правда сумасшедшая.
– А я знаю, – спокойно ответила она и достала из корзинки небольшую коробку. – Угадай, как я об этом узнала?
Скарлет ничего не ответила.
– Потому что стены этого дворца истекают кровью уже много лет, но больше никто этого не видит. – Она небрежно пожала плечами, будто говорила о чем-то обыденном. – Мне никто не верит, но в некоторых коридорах кровь покрыла пол таким толстым слоем, что уже никуда и ступить нельзя. Когда мне приходится бывать в таких местах, после этого за мной полдня остается тропинка из кровавых следов. И я боюсь, что королевские оперативники выследят меня по этим следам и ночью сожрут живьем. Иногда я даже не могу уснуть. – Ее голос перешел в шепот, в глазах появился лихорадочный блеск. – Но если бы кровь была на самом деле, прислуга бы ее вытерла. Как думаешь?
Скарлет содрогнулась. Девушка в самом деле сошла сума.
– А это для тебя, – сказала она, вдруг резко повеселев. – Доктор рекомендует принимать по одной таблетке два раза в день. – Она наклонилась к Скарлет. – Они не разрешают мне брать настоящие лекарства, поэтому это просто конфеты.
Она подмигнула, и Скарлет так и не поняла, что это значило: действительно ли в коробке были просто конфеты или наоборот.
– Я не стану ничего есть.
Девушка склонила голову набок.
– Но почему? Это подарок. В знак нашей вечной дружбы. – Она сняла крышку и показала ей четыре конфеты, лежавшие на подушке из сахарной ваты, – круглые ярко-красные шарики. – Кисленькие, с яблочным вкусом. Мои самые любимые. Пожалуйста, возьми хоть одну.
– Чего ты от меня хочешь?
Ее ресницы затрепетали.
– Я хочу, чтобы мы стали друзьями.
– Дружба у вас тоже основывается на лжи? Ну конечно же, как иначе. Ты ведь с Луны.
Впервые за весь их разговор девушка заметно поникла.
– За всю жизнь у меня было только два друга. – Она оглянулась на Волка. Рю лег, положил голову на лапы и наблюдал за ними своими умными глазами. – Конечно, не считая зверей. Но первая моя подруга обратилась в пепел, когда мы были совсем маленькими. В кучку пепла в форме девочки. А другой мой друг пропал… и я не знаю, вернется ли он когда-нибудь.
Она вся задрожала, так сильно, что чуть не выронила коробку из рук. Ее кожа покрылась мурашками.
Поставив коробку на пол между ними, девушка принялась задумчиво поправлять ткань на платье.
– И тогда я спросила у звезд, все ли с ним в порядке, и они дали мне знак – по небу пронеслась комета. На следующий день назначили судебное разбирательство, ничем не отличающееся от остальных, и вдруг привели земную девушку с волосами цвета пролетающей кометы. Ты видела его.
– Ты хоть когда-нибудь говоришь серьезно?
Упершись руками в землю, девушка приблизила свое лицо к ней, так что они почти соприкоснулись носами. Скарлет решила, что не станет отстраняться, хотя чувствовала себя не в своей тарелке.
– Все ли у него в порядке? Когда ты видела его в последний раз? Сибил сказала, что он был еще жив, что его, может быть, заставят вести тот корабль, но она ничего не сказала о том, ранили его или нет. Как думаешь, с ним все хорошо?
– Я не понимаю, о чем ты…
Девушка прикрыла ей рот ладонью, заставляя замолчать.
– Ясин Клэй, – шепнула она. – Телохранитель Си-бил, со светлыми волосами, красивыми глазами и улыбкой, теплой, как восходящее солнце. Прошу тебя, скажи мне, что он жив.
Скарлет растерянно заморгала. Девушка не убирала руки от ее губ, но это ничего не меняло. Она слишком растерялась, чтобы говорить. Схватка на «Рэмпионе» вспоминалась ей кошмарным сном, состоявшим из криков, стрельбы, паники и крови. Она тогда не сводила глаз с ведьмы. Но, кажется, слабо припоминала еще одного человека. Светловолосый гвардеец.
Солнце в его улыбке? Я тебя умоляю.
Она ощетинилась.
– Я помню только двух человек, которые пытались убить меня и моих друзей.
– Да, и одним из них был Ясин, – согласилась девушка, совершенно не смущенная присутствием глагола «убить» в описании ее сердечного друга.
– Наверное. С ней был какой-то светловолосый гвардеец.
Лицо девушки засветилось от неподдельного счастья. Одним своим видом она была способна останавливать сердца и светить во мраке.
Но только не для Скарлет.
– И как он выглядел?
– Он выглядел как человек, который хочет меня убить. Но я уверена, что мои друзья успели убить его первыми. Обычно мы так поступаем с теми, кто выступает за твою королеву.
Улыбка исчезла, и девушка отпрянула в сторону, обхватив руками грудь.
– Ты имеешь в виду…
– Я имею в виду именно то, что сказала. И, поверь мне, он заслуживал смерти.
Девушка задрожала с головы до пят.
Не чувствуя ни капли вины, Скарлет решила, что не станет ей помогать. Она не будет ничего делать. Не станет звать гвардейцев.
Эта незнакомка не была ей другом.
За своей перегородкой волк поднялся на ноги и стал копать под прутьями вольера. Он жалобно заскулил.
Спустя несколько мгновений девушка пришла в себя. Закрыв коробку с конфетами, она убрала ее в корзину и встала, сгорбившись, потому что потолок клетки был слишком низок.
– Понятно, – сказала она. – Осмотр подошел к концу. Я рекомендую хороший отдых и… – Всхлипнув, она отвернулась, собираясь позвать гвардейца, но передумала. Медленно и напряженно обернулась. – Я не врала о стенах, которые истекают кровью. Я боюсь, что вскоре дворец промокнет насквозь и все озеро Артемизия покраснеет, так что даже земляне смогут это увидеть.
– Мне неинтересны твои бредни. – Неожиданная боль пронзила ту руку Скарлет, на которую она опиралась, и она повалилась на землю. Оставалось ждать, пока боль пройдет сама, но пока в ее локоть будто втыкали иголки. Она сверлила девушку взглядом, ненавидя себя за то, что стала такой слабой и уязвимой. Злилась на нее, потому что в ее взгляде читалось только искреннее сочувствие. От бессилия Скарлет чуть не зарычала. – И твое притворное сострадание мне не нужно! И твои чары. Твоя промывка мозгов. Ваш народ выстроил целую цивилизацию, основанную на лжи, и я не хочу иметь с ней ничего общего.