Пообщайтесь с живыми Героями, и они вам скажут, что каждый подвиг имеет свои окраску, особенность, изначальный миг решения, замысел, исполнение, и повторить такой точь-в-точь невозможно. Каждый Герой и героический поступок индивидуален. И в то же время основа у них одна — это высочайшее состояния духа, нравственного здоровья, стремление к справедливости, поиску истины, противостояние злу, развитое чувство совестливости и ответственности.
Долгое время считалось, что Александр Матросов первым в Красной армии совершил свой подвиг. Однако когда подняли и сопоставили архивы, то выяснилось, что уже в 1941 году подобный подвиг совершили 17 воинов, а в 1942 году — 50. Первым совершил свой подвиг политрук роты 125-го танкового полка 28-й танковой дивизии младший политрук Александр Константинович Панкратов 24 февраля 1941 года в бою за населенный пункт Спас-Нерадица при штурме Кирилловского монастыря близ Новгорода.
Мало кто знает, что четырнадцать из 445 Героев чудом остались живы, а один из них жив до сих пор. Даже сегодня, спустя более 70 лет после Победы, к сожалению, имена большинства Героев неизвестны широкому кругу читателей. Из 445 Героев, совершивших подвиг, только 166 бойцов удостоены звания Героя Советского Союза, из них трое — женщины.
Говоря сегодня о Матросове и матросовцах, закрывших своим телом вражескую амбразуру и спасших ценой своей жизни десятки других жизней, подчеркиваю, что такого самопожертвования мир еще не видел, не было его ни в одной из армий, принимавших участие в войне 1941–1945 годов. Сами слова «подвиг самопожертвования» имеет широкое понятие: это прежде всего подрыв себя и врагов гранатой, бросок под танк с гранатой, воздушный таран.
Согласно словарному толкованию, самопожертвование — это личностное пожертвование. Человек жертвует собой, своими личностными интересами ради единственной цели, ради благополучия других, отречение от самого себя ради чего-то или кого-то. Пожертвовать своей жизнью ради другого человека — это самый смелый поступок жизни каждого человека, это достойно всеобщего уважения и памяти.
И еще. Почему же Александр Матросов? Почему матросовцы? Дело в том, что его подвиг раньше, чем подвиг других Героев, стал широко известен всей стране, каждому воину Красной армии. И почему-то кажется, что те, кто последовал его примеру, знали об Александре Матросове, а может быть, принимая свое последнее решение, вспомнили воина-солдата и шагнули в бессмертие. Поэтому и нарек народ своих чудо-богатырей матросовцами. Добавлю, что подвиги самопожертвования совершались не только на суше, но и в воздухе и на море.
Это удивительно! Этому нет аналогов, но подвиги самопожертвования во время Великой Отечественной войны совершали не только люди, но и подготовленные ими военные собаки.
Фамилия Василия Павловича Кислякова, сержанта-химика, впоследствии морского пехотинца, Героя Советского Союза, на Северном флоте известна многим, кто интересуется военной историей нашей страны. Указом Президиума Верховного совета СССР от 13 августа 1941 года за героизм, проявленный в боях с немецко-фашистскими захватчиками, старшему сержанту Кислякову Василию Павловичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 532). Он стал первым на Северном флоте удостоенным этой высшей степени отличия.
Обратился я к истории боевых дел Героя не случайно. Казалось бы, какая тут связь — морская пехота и военное собаководство? А она есть! Опуская все подробности биографии, боевого пути и проведенных боев Василия Павловича, о них можно прочитать как в его книгах, так и у других авторов; остановлюсь лишь на одном из них в его боевой биографии, ссылаясь на воспоминания его сына — Геннадия Васильевича Кислякова. Вот, что он пишет: «Во время войны мой отец служил на Северном флоте и был морским пехотинцем. В 1941 году, сражаясь один против ста гитлеровцев, он совершил подвиг, за который ему первому во флоте во время войны было присвоено звание Героя Советского Союза. В бою отец был ранен, и после лечения ему предоставили отпуск для окончательного выздоровления. Он поехал домой, чтобы навестить родных, близких и друзей, с которыми не виделся уже несколько лет, с тех пор, как еще до войны ушел служить на Северный флот».
В Усть-Целемском районе школьники вручили Василию Павловичу молодую овчарку по кличке Север. Школьники неспроста подготовили этот подарок. Ведь они хорошо знали, что Кисляков с детства любил собак. Охотник, он до войны часто отправлялся один или с друзьями в лес на охоту, а без собаки — это не охота. Василий Павлович вспоминал: «С берегов Печоры увез я живой подарок — овчарку-подростка, по кличке Север. Собак я любил с детства. А эту темно-серую овчарку надеялся приучить помогать нам в боях, ходить в разведку за „языком“».
Овчарка была темно-серого цвета, восточноевропейской породы, ей было около 8 месяцев, крепкого типа конституции, а как известно, именно это обусловливает наивысшую работоспособность собак. И хотя она еще была молодая, именно крепкий тип выдавал в ней в будущем сильную, плотную и массивную мускулатуру овчарки. Клинообразная голова — умеренно широкая в черепной части; грудь — овальной формы, широкая и глубокая; конечности — умеренно длинные, она была не приземистая, но и не высокая. В общем, весь экстерьер выдавал в ней собаку, которую при хорошем обучении и применении ждало отличное будущее. В. П. Кисляков решил сделать из нее настоящего боевого друга-фронтовика. Так Север с мирных берегов Печоры перекочевал на воюющие берега Баренцева моря.
Сразу же по прибытии в свою часть после отпуска Василий Павлович приступил к делу: начал обучающие занятия с молодым Севером. Все свое свободное время он теперь проводил за тренировкой собаки, а она уже за короткое время стала постигать азы обучения, проявив при этом недюжинные способности овчарки. За короткое время Север стал всеобщим любимцем не только своего ласкового и требовательного хозяина, но и всех его боевых друзей. Север вместе с хозяином ползал по камням, другой «земли» вокруг просто не было, стремительно бегал, падал, замирал, приучался к шуму выстрелов. Здесь очень пригодился опыт печорских охотников, которым был и Василий Павлович. Именно этот опыт востребовался при обучении собаки, и, конечно, это давалось большим трудом, но успешно.
Особенно любил Кисляков наблюдать, когда Север бежал: это был характерный аллюр восточноевропейской овчарки — низкая, стелющаяся рысь. При этом Север синхронно выносил конечности, расположенные по диагонали — левая передняя и правая задняя. Это движение было более экономичным с точки зрения энергетических затрат организма аллюром. При этом передняя нога выносилась несколько раньше задней, лапы вставали, как говорят, «след в след». Вообще-то, различают у восточноевропейской овчарки три вида рыси: ускоренная, броском и низкая, стелющаяся. Именно такой, последней, и обладал Север. Свободное, правильное движение рысью связано с определенным соотношением растянутости собаки и высоты в холке, которое описывается индексом формата овчарки.
Индекс формата, как известно, это отношение косой длины туловища (КДТ) к высоте в холке (ВХ), умноженное на 100. Наиболее желательная, оптимальная величина этого индекса для восточноевропейской овчарки равна в пределах от 110 до 112. Вторым условием для обеспечения движения низкой рысью является правильное строение конечности. Угол плеча — лопаточного сочленения — у восточноевропейской овчарки должен равняться 90–100 градусов, а пасти — иметь угол с горизонтом около 60 градусов.
Характерной особенностью породы является и то, что передние конечности двигаются с некоторой приближенностью к средней линии. При осмотре спереди это характерное движение нельзя спутать ни с каким другим. Все суставы свободно и до конца разгибаются, что обеспечивает свободное, размашистое движение.
При дрессировке пришлось применить максимум смекалки при приучении Севера к выстрелам и взрывам. Оно имело цель выработать у собаки стойкого навыка — безразличного (без заметного проявления реакций) отношения к ним. Как известно, выстрелы и взрывы являются обязательным элементом боевой обстановки, и в преддверии этого Василий Павлович как охотник готовил Севера безразлично относиться к этому. Вместе с тем каждая здоровая и нормально развитая собака обязательно проявит беспокойство в той или иной форме и степени при впервые услышанных выстрелах и взрывах. Каких-то специальных команд дрессировщика или жестов рукой в этом приеме не имеется. Как правило, приучать собаку к выстрелам начинают в период кормления. Где-то на расстоянии 150–200 метров от места кормления собаки производятся редкие выстрелы холостыми патронами. Если собака проявляет беспокойство, оглядывается, прижимает уши и даже прекращает есть, то хозяин должен успокоить ее, огладить и дать ей корм. Так как выстрелы звучат далеко и редко, а вскоре совсем прекращаются, собака быстро успокаивается, беспокойство вскоре заглушается поеданием корма. Так было и с Севером. Вблизи находилось стрельбище для обучения молодых матросов. Это использовал Кисляков, он постепенно приучал Севера, приближая собаку к стрельбищу, выгуливал ее и внимательно наблюдал за ее поведением.
Шло время, постепенно обстановка усложнялась. Применялись и взрывпакеты. Каждое такое применение выстрелов и взрывов сопровождалось оглаживанием собаки и дачей «лакомства». После многократного повторения указанного выше, у собаки вырабатывается полное безразличие к выстрелам и взрывам. После этого дача «лакомства» при выстрелах и взрывах прекращается. Север быстро усвоил задачу и не обращал внимания на выстрелы и взрывы. А вскоре для него нашлась новая работа. На стрельбище он таскал на огневой рубеж мишени. Кисляков после отстрела упражнения молодым матросом подавал команду: «Север, фас». И тогда, поджав уши, низкой, стелющейся рысью, характерным аллюром Север мчался к фанерному щиту, хватал его зубами и бежал обратно. Ну а в награду получал ломтик хлеба, а если повезет, так и кусочек сахара. Пришлось немало попотеть, чтобы научить Севера без шума набрасываться на чужого человека в серой шинели (немецкой форме одежды) и брать его мертвой хваткой. Но и это в конце концов умный пес освоил.