ичному составу и 164 собаки сторожевой службы.
Несмотря на всю малочисленность, сторожевые собаки быстро завоевали авторитет среди общевойсковых командиров и начальников и явились эффективным средством сторожевого и боевого охранения, а также и разведки. Собака как сторож не утратила своего значения и в современной войне. Она рассматривается в ней как вспомогательное средство, используемое человеком при решении им боевых задач, и поэтому не может не найти самого широкого применения и в будущем. Подтверждением этому служит опыт использования собак во время военных действий в Афганистане.
В истории военного собаководства есть немало случаев отличного применения и использования собак сторожевой службы. Остановимся лишь на одном из них. Это случай из жизни героя войны Афанасия Фролова. О нем мне рассказали его родные, проживающие в городе Раменское Московской области. Об этом изредка вспоминал и сам А. И. Фролов, об этом же говорят и архивные документы полка и полученные им награды, хранящиеся в семье героя.
Шел четвертый час, как вожатый собаки сторожевой службы рядовой Афанасий Фролов нес службу в боевом охранении. Рядом с ним спокойно лежала его боевой помощник и верный друг немецкая овчарка по кличке Джульбарс. Собака мирно лежала, положив свою голову на передние лапы. Со стороны даже казалось, что она дремлет, но это только казалось. Ее уши стояли торчком, изредка повертывались, как локаторы: они слушали. Афанасий оборудовал свой наблюдательный пункт в глубокой воронке от бомбы. Погода стояла тихая, спокойная, только немцы изредка пускали осветительные ракеты. Для верности он привязал поводок Джульбарса к своей ноге. Чтобы скоротать время, Афанасий Иванович, размышлял о том, как ему на войне пока везет: его отобрали и направили в учебное подразделение, которое готовит специалистов военного собаководства, как человека с опытом охотника, а значит и умевшего обращаться с собакой. Ему повезло и с собакой: за ним закрепили немецкую овчарку по кличке Джульбарс — прекрасный и умный пес. Афанасий Иванович знал, что собаки этой породы неприхотливы к корму и условиям содержания, быстро адаптируются к новой, непривычной обстановке, а это очень важно в условиях военного времени. Они хорошо поддаются дрессировке и впоследствии отлично, безотказно работают.
После окончания «учебки» ему опять повезло: в марте 1942 года он продолжил службу в 39-м отдельном отряде собак особых служб, под командованием майора Ф. М. Лужкова, а затем в его составе был включен во вновь созданный 2-й отдельный полк дрессировщиков специальной службы, где все его командиры в тонкостях и подробностях знали военную собаку. Возьмите, например, заместителя командира полка по строевой части подполковника Всеволода Георгиевича Голубева, специалиста высокой квалификации в военном собаководстве. Он отличный дрессировщик собак, экспериментатор, разработчик новых служб применения собак в армии…
Его раздумья прервал Джульбарс. Он вдруг весь собрался, сосредоточился, уши еще больше навострились, он потянул поводок. Собака всем своим видом показывала, что впереди кто-то есть. А вскоре в ночной тьме показались силуэты, они двигались шеренгой, осторожно ступая по земле, в сторону нашей передовой. Афанасий Иванович молча пересчитал — силуэтов было четыре. Автоматически приготовил личное оружие, нащупал автомат, проверил гранаты. Джульбарс тоже весь напрягся, приготовился к броску, и только поводок сдерживал его порыв. Силуэты приближались. Прозвучала автоматическая очередь, и ночные силуэты из высоких превратились в маленькие четыре бугорка, возвышавшиеся над землей в ночной мгле.
«Что делать, убил или нет? — подумал Афанасий Иванович, вглядываясь в бугорки над землей. — Если подползти и проверить, а вдруг их только ранил и они живы, могут взять в плен, ведь их четверо», — думал солдат. Решение пришло само собой. Он отстегнул поводок Джульбарса и дал команду: «Взять!» Собака быстро и незаметно ушла вперед. Сколько времени прошло в томительном ожидании, Афанасий Иванович не помнил, но он верил в своего боевого друга. Силуэты двух немцев вскоре появились из ночной мглы, они тяжело и понуро брели, а за ними весь собранный, настороженный, готовый ко всему двигался Джульбарс. Он уже показал работу своих клыков и на что он способен как военная собака. А немцы, постоянно оглядываясь, двигались под его неусыпным взглядом. Афанасий Иванович быстро связал двух немцев, привязав их к поводку Джульбарса, и дал команду: «Пост». А это означало, что собака должна была привезти пленных к нашим окопам, где их примет командир отделения. Что и было сделано. А рядовой А. И. Фролов продолжил нести сторожевую службу в боевом охранении.
4 ноября 1944 года от имени Президиума Верховного Совета СССР Приказом по 2-му отдельному полку специальной службы № 017/н вожатый собаки рядовой Фролов Афанасий Иванович был награжден медалью «За отвагу»[46]. При вручении медали не забыли и Джульбарса. Отмечая его заслуги, заместитель командира полка по строевой части подполковник В. Г. Голубев прикрепил к ошейнику собаки медаль «За боевые заслуги» № 2 222 195. И хотя в статуте медали нет пункта о награждении собак, военные собаководы нашли такую возможность и наградили Джульбарса медалью. А вожатый рядовой А. И. Фролов приготовил «персональный обед» для своего боевого друга. Не буду пересказывать боевой путь вожатого собаки сторожевой службы в составе 2-го ОПСС, он впечатляет и прослеживается в опубликованных материалах о необычном полку, остановлюсь только на последних месяцах войны в его составе.
Участвуя в прорыве обороны западнее Сандомира и в дальнейших наступательных боях на территории Польши и Германии, вожатый рядовой А. И. Фролов показал исключительную стойкость, смелость, отвагу и героизм в боях. Комсорг роты Афанасий Фролов личным примером вел за собой личный состав. Действуя в составе своего взвода, он неоднократно нападал вместе со своим четвероногим другом, на мелкие группировки противника и уничтожал их, всего уничтожил 14 немецких солдат и офицеров. Как снайпер подразделения он одним из первых в роте организовал охоту за немцами и путем ежедневных выходов на передний край уничтожал вражескую пехоту, находясь в оборонительных боях. И как боевой итог — орден Славы 3-й степени на груди героя за № 40778, приказ № 166/н от 11 апреля 1945 года, Военный совет 3-й гвардейской армии[47].
Победу встречали они в освобожденной от захватчиков столице Чехословакии — Праге. И Джульбарс вместе с ним занимались ее разминированием. В 1945 году при расформировании полка Джульбарса передали, как отмечал командир полка, в охрану штаба командующего 1-го Украинского фронта маршала Советского Союза И. А. Конева, а рядовой А. И. Фролов продолжил службу уже в качестве сапера.
Турбан
Об этой собаке по кличке Турбан мы знаем до обидного мало. И это не удивительно, ведь это собака службы разведки, а ее вожатый красноармеец 2-го отдельного полка дрессировщиков специальных служб 3-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта Леонид Владимирович Бакланов — единственный вожатый-собаковод, которому присвоено высокое звание Героя Советского Союза.
Леонид Бакланов родился 13 февраля 1924 года в Симферополе, в Крыму. Воспитывался в детском доме, затем жил в Черкассах (в Центральной Украине), в Молотове (так в 1940–1957 годах называлась Пермь). В ноябре 1942 года он был призван в ряды Красной армии Кагановическим райвоенкоматом города Молотов. Его направили на учебу в Центральную школу военного собаководства (город Перово Московской области), где он оказался в рядах 2-го учебного батальона (командир — подполковник Ф. С. Акишин), где разрабатывалась методика подготовки собак сторожевой и разведывательной служб.
Именно там, в ЦВТШД-КА, Л. В. Бакланов впервые встретился с немецкой овчаркой по кличке Турбан, и они стали вместе учиться, набираться опыта, готовится стать вожатым собаки и собакой сторожевой службы. Для этой службы подходили не все собаки, отбирали прежде всего немецких овчарок, обладающих отличным чутьем и слухом, с хорошо развитой активно-оборонительной реакцией (злобой), не трусливых, спокойных (уравновешенный тип поведения), ростом в холке от 58 см и выше, физически мощных, имеющих хороший аппарат движения и здоровые зубы. Всем этими качествами в полной мере обладал Турбан — здоровая, крепкая, сильная, злобная, смелая, с хорошо развитым чутьем, слухом и зрением, без дефектов в зубной системе, полуторагодовалая немецкая овчарка. Вскоре они стали настоящими друзьями: красноармеец Бакланов и овчарка Турбан. Природные качества, заложенные в собаке, давали хорошие результаты в учебе. Вскоре хорошо натренированная и подготовленная собака сторожевой службы, как и ее вожатый были готовы к боевому применению.
В мае 1943 года произошел выпуск вожатых и военных собак в ЦВТШД-КА разных служб, на фронт в действующую армию были направлены специалисты военного собаководства. Комсомолец Леонид Бакланов вместе со своим Турбаном был направлен во 2-й отдельный полк дрессировщиков специальных служб (командир полка — полковник В. Я. Покровский) в качестве вожатого собаки сторожевой службы.
В конце 1943 года в полку прошла реорганизация специальных подразделений. Каждый из взводов (в двух батальонах стало всего 17 взводов) по новой структуре был разделен на три отделения по различным службам: санитарное, связи, сторожевое, или разведывательное. Это позволило укрепить руководство командиром взвода своим подразделением, которое теперь придавалось одному стрелковому полку, тогда как по старой структуре ему приходилось командовать отделениями, разбросанными по всем трем полкам дивизии.
Не сразу появилась разведывательная служба во 2-м ОПДСС. В ходе боевых действий заместителем командира 2-го ОПДСС подполковником В. Г. Голубевым было предложено и им же осуществлено на практике решение использовать собак сторожевой службы, после их специальной подготовки, для сопровождения разведгрупп через передний край в тыл противника.