— Надо бы обойти, — сказал я с озабоченным видом, даже похмурился для порядка. — Поскольку тут у нас уже пойдёт работа, думаю, можно отпустить всех, кроме непосредственно заводских специалистов-магов.
— Активное пространство сейчас уже занимает территорию в пять гектаров, — сообщил старший специалист, пока чиновники радостно раскланивались.
— Ну, что ж поделаешь. Надо!
— Мы можем взять наш транспорт и объехать участок по периметру, делая остановки там, где необходимо. Получится намного быстрее.
— Согласен. Давайте посмотрим.
Я любезно распрощался с начальствующим чиновничеством завода, которое с облегчением сделало ноги от энергетически активной области. Правда, с меня взяли обещание, что завтра я всё-таки найду время посетить банкет в мою честь, потому как без банкета они никак не могут обойтись. Не положено и не принято. «Не принято» — это я понимал, к тому же сейчас, когда в желудке слегка улеглось, давешний лёгкий перекус пробудил во мне вкус к местной кухне.
Экипаж, вскоре поданный на берег речки, был запряжён в чудовищную карикатуру на гуся. Гуси никогда не казались мне красивыми птицами — собственно, они ж не лебеди, откуда взяться грациозности, изяществу, чарующей прелести? Однако по сравнению с этим чудовищем гусь мог бы претендовать на звание самого изысканного и чудесного создания во Вселенной. Притом, что сходство именно с лапчатым прослеживалось несомненное.
Животное оказалось бойким. Оно даже лететь могло — недалеко и невысоко, что и делало, если впереди оказывался ручей, топкое место, где экипаж не проедет, слишком крутой подъём. Остановить такую повозку можно было где угодно, и я останавливал, чтоб выйти и осмотреть заинтересовавший меня участок магической границы. Местные маги терпеливо ждали, пока я налюбуюсь. Чувствовалось, что они понятия не имеют, что тут у них происходит, и потому им некомфортно. На меня они сейчас смотрели как на спасителя, и приходилось догадываться — только ли потому, что я работаю на благо Мониля? А может, и их личное положение отчасти спасаю?
— Дальше, — поторопил я, ставя ногу на ступеньку экипажа.
— Это контур, — прокомментировала айн.
— И?
— Ну что тут непонятного? Контур, потом некое свободное от магии пространство, потом ядро. Что в ядре — не знаю… Не молчи так ликующе! Я ещё могу ошибаться. Надо бы внутрь проникнуть и посмотреть.
— При чём тут ликующе? Я из твоих слов вообще ничего не понял. Если контур, область молчания и ядро — значит, зев?
— Нет, не обязательно. Подожди паниковать. Надо изучить обстановку внутри контура… Чёрт!
— Что стряслось?!
— Кажется, именно так вы выражаете досаду?.. Не полный контур, а подкова. Смотри, впереди проход, свободный от энергетических выхлопов. Можешь со всей своей свитой поближе подойти. Им там будет неопасно.
— Да? — Я поспешил указать спутникам на странное явление.
Те насторожились. По их пояснениям стало ясно, что «подкова» — новинка последней пары дней, потому как предыдущий мониторинг ничего подобного на схеме не показал. Значит, система активно развивается, а это не может быть благоприятным показателем. Просто не может быть.
«Гуся» выпрягли и увели в сторону от входа в «подкову». Из экипажа принялись доставать магическую аппаратуру, в которой я и теперь ещё понимал мало. Да, мог уже отличить анализатор и щуп от того, что заменяло местным приборам экран, однако толку от этого было мало. Не зря же монильцы подолгу учатся и привыкают пользоваться всем этим разнообразием.
Я не стал дожидаться, пока они всё распакуют и развернут — зашагал вперёд по траве, которая с какого-то момента принялась похрустывать под подошвой, будто рассыпанные по полу чипсы. Нагнулся посмотреть — она отливала перламутровой синевой, как и магия вокруг меня. Мда, если проход в середину «подковы» и свободен от контура, то не от магии вообще. Её тут предостаточно.
— Впереди безопасно для твоих спутников, — настаивала айн.
— Хочешь нас всех тут положить?
— А надо бы. Если не будешь мне доверять, то как существовать-то собираешься?
— Да буду, буду. Ребята, тащите сюда ваши приборы, будем замерять.
Старший специалист, подходя, тоже смотрел себе под ноги, и лицо у него было очень и очень задумчивое. То ли не видел раньше такой травы, то ли припоминал некогда прочитанные и заученные признаки настораживающего магического явления… Ни к чему торопиться. Сейчас он всё расскажет.
— Ну, так ты вспомнил, что это за хрень? — не вытерпел я.
— Надо сначала провести мониторинг, — осторожно ответил маг. — Пока ничего не могу сказать… А это что?
Он смотрел на столп, золотистый, будто солнцем пронизанная пыль, встававший между двумя роскошными ивами, будто самоуверенный парень, не способный выбрать между двух таких восхитительных барышень, и потому сразу обеих обнявший за талию. Небо над ним перестало быть голубым, его оттенки менялись от густой кефирной белизны до разбавленного серым багрянца, и момент перехода никак не получалось уловить.
Магия бушевала в той стороне, как взбодрённое штормом море. Ни звука, ни прикосновения ветра, а потому и страха не было — казалось, будто всё это происходит за стеклом, и потому совершенно безопасно. Даже красиво, и как-то не хочется задумываться, какая смертоносная мощь знаменуется всей этой прелестью.
Но рядом со мной, убедившись, что вокруг спокойно и безопасно, уже суетились чародеи, разворачивали погонные метры гибких полос, которые на ощупь казались похожими на выделанную кожу, а может быть, на такую вот странную ткань. Обвесившись разными предметами отчасти угрожающего, отчасти настораживающего вида, один из магов подошёл вплотную и изъявил готовность вместе со мной подкрадываться к золотистому столпу, усердно работая аналогом полевой лаборатории.
Хотя толку мне с него — я ведь в показаниях приборов ничего не понимаю. И даже если мне их озвучить — мало что разберу. Правда, заводским специалистам может быть полезно. Если расслышат.
— Ты можешь без опаски идти вперёд, — подбодрила меня демоница. — А твои спутники, если боятся, пусть на пару шагов отстанут. Скажи им.
Я повторил вслух сентенцию своей подневольной спутницы. Мне молча повиновались.
— Дальше-то что? Говори.
— Сейчас будем думать. Не торопи меня.
Она забормотала что-то, лишь отчасти предназначающееся моим ушам. Я прислушивался тщательнее некуда и потому мог при желании расслышать не только мыслеобразы, но даже её эмоции, такие спутанные и невнятные, словно зарождающаяся мозговая деятельность младенца. И по оттенку размышлений понял, что демоница смущена. Видимо, столкнулась с чем-то, крайне для себя необычным. Значит, это явление нельзя классифицировать по учебникам, нужен особый подход.
Что даже радует, пожалуй. Уж погибельную-то фигню моя девочка с огромной вероятностью учуяла бы за версту.
— Преждевременно обольщаться!.. И вообще — давай подойдём? Я хочу вчувствоваться.
— Моя спутница в недоумении, — объяснил я сопровождавшим чародеям. — Не разберёт, что это такое.
— Спутница? — удивлённо переспросил маг. — А, демоница… Понимаю. А вы? Вам подобная конструкция знакома?
— Ребята, я в магических науках подвизаюсь куцых два года. Пока ещё толком ничего не знаю и не видел. И тут могу лишь опираться на суждения моей айн. Будем ждать, когда у неё появится мало-мальская идея.
— О вас рассказывали, что вы будто бы учились в демоническом мире. Разве это не правда?
— Правда, учился.
— И там во время учения ничего подобного не видели?
— Нет, увы. Давайте вместе разбираться. Жаль, что я не умею читать показания ваших приборов, и смысл данных тоже с трудом понимаю. Но попробуем справиться, поддерживая друг друга.
Заводские маги в недоумении переглянулись. В их взглядах я прочёл: «Как же он берётся за такую сложную, важную, высококвалифицированную работу, и вообще заседает в Курии, не зная даже основ?» И в ответ — успокаивающий кивок старшего специалиста. Значение его жеста тоже читалось без труда: «Парень может быть докой в неизвестных нам областях. У него наверняка свои основы. Главное — найти с ним общий язык. Он вроде не из чванливых придурков, с которыми и беседовать-то бесполезно».
Обсудив ситуацию (и на этот раз уже вслух), решили, что я сыграю роль авангарда и протяну им щупы как можно ближе к загадочному столпу, а там уж будем смотреть. Замеры и общий мониторинг пространства в глубине «подковы» и даже на подступах к золотистому сиянию — там, где заводские эксперты решались топтаться без опаски за свою жизнь — ничего не дали. Слышалось, как раздражённо бухтит айн — она явно чувствовала себя униженной. Где это видано, мол, чтоб она растерялась, оценивая качество и возможное действие масштабного магического образования?!
— Ничего, — сказал я своим помощникам. — Разберёмся. Давайте постепенно, с минимальным приближением.
— Но почему же разомкнулся контур? — медленно проговаривал старший специалист. — Что это за признак? Ведь признак же, явно! Голову на отруб!
— Не надо голову, — вмешался Кербал. — Голова нам пригодится. И торопиться не надо. Вы сейчас без спешки посмотрите данные, оцените, обсудите — там и понятно станет, что за ерунда такая.
— Ты-то бы тоже шёл себе, а? — предложил я. — Тебе-то здесь зачем торчать?
— А я должен быть при тебе. Чтоб сразу сообразить, у кого и как стребовать нужные материалы, приборы, людей. Чтоб оценить, какие службы ставить на уши, если вдруг что. Чтоб переводчиком сработать, например.
— Я же под соответствующими чарами. Всё до слова понимаю.
— А это не скажи! Когда при мне на узкоспециализированные темы общаются, скажем, мастера-транспортники или ресурсоводы, я ни словечка, ни фразы разобрать не могу. И ты можешь запутаться, завязнуть в терминах. Все мы люди, и наши знания ограничены. В магии-то энергий я как-никак что-то да понимаю. Всё-таки два года в Академии проучился, пока в политику не ушёл. Они мне, в случае чего, непонятные места или суждения смогут растолковать. А я уже — тебе.