кая путана на Земле могла похвастаться? Или умело прятали свои эмоции за равнодушной маской? Во всяком случае, Иситес невозмутимо остановилась на краю и с выражением легкого недовольства стала наблюдать за моими движениями. За сестрой сгрудились слуги, держащие в руках странные тканевые свертки. Я не спеша вышел из бассейна перед сестрой и начал вытираться поданным Хетахи, одной из моих телохранительниц, полотенцем.
– Приветствую тебя, сестра, – произнес я, расчесывая и заодно высушивая свои белые волосы поданным артефактом, формой и применением похожим на расческу.
Немного промедлив, Иситес ответила:
– Прибыли твои доспехи и оружие, Ашерас. Примерь их. Если что не так – за ночь их подгонят.
В свертках оказался боевой костюм – гарнитур жреца. С помощью слуг я стал впервые его надевать. По мере моего облачения сестра ходила вокруг и указывала беловолосому слуге, что, по ее мнению, нужно подправить. Когда я полностью облачился в кожу и меня стянули шнуровками и ремешками, на специальные крепления стали надевать стальные части – наплечники, изображающие формой раскрытую пасть дракона, наколенники и налокотники с тем же изображением, набедренники, наголенники. Доспех практически не снижал подвижность, но его защита сводилась к защите конечностей. В конце сестра сама развернула последний сверток, явив мне черную маску атретаса. На немой вопрос она, нахмурившись, ответила:
– Белую маску получают только те из атар, кто достиг совершеннолетия. Знаки на маске показывают ступень владения магией или оружием, а также положение в обществе.
Она помогла ее надеть и закрепить набором ремешков на голове. После этого на меня нацепили два набора парных изогнутых мечей и перевязь с маленькими метательными ножами. Сестра добавила:
– Тебя особо не учили мастерству оружия, и основной упор делался на магию. Думалось, что учить тебя оружию будет твой отец, когда вернется из Глубин. Вообще странно, что матриарх выпустила тебя из дома до совершеннолетия и завершения обучения. – Обернувшись к слугам, она произнесла: – Оставьте нас.
Когда слуги удалились достаточно далеко, Иситес повернулась ко мне и повела рукой в воздухе, создавая жестом заклятье из силы Тьмы под названием «Безмолвие», я им пока не владел. Оно поглощало все звуки в определенном радиусе от места активации. У него было много недостатков, и первый из них то, что, даже не слыша звуков, слова можно было читать по губам. Сестра зашевелила губами, безмолвно произнеся:
– Это очень странно. Какова настоящая причина этой вылазки? Таенори ничего мне не сказала.
Неужели матриарх опять играется? И что же она задумала? Я ответил ей так же, лишь шевеля губами:
– Я видел сон. Богиня мне показала вид Эльвиаран. Судя по всему, ее убьют на много раньше. Я боюсь, она умрет в течение месяца, а может, даже недели. Я сказал матери, но она не желает готовить спасательно-карательную операцию. Взамен она предложила мне «поохотиться»…
Сказать, что Иситес была удивлена, значит ничего не сказать. Ее красивые раскосые глазки чуть не вывалились из глазниц. С огромным усилием она вернула на лицо «маску» невозмутимости, но судя по ее сжатым изящным кулачкам – она был еще в шоке. Она пару-другую раз глубоко вздохнула и произнесла:
– Это тяжелый удар.
– Согласен. Но также ее спасение – причина моего появления в этом мире.
Иситес внезапно закрыла лицо ладонями, и впервые в этом мире я увидел стекающие между пальцев слезы. Неожиданно для себя я обнял ее и произнес:
– Держись, сестра. Ты великая жрица нашего дома. Мне ты можешь показать свою слабость, но более никому. Мы что-нибудь придумаем. На худой конец – отомстим.
Иситес успокоилась и, встав на колени, умылась из бассейна. Когда она снова повернулась ко мне, была уже в полном порядке.
– Да, брат, ты прав – не должно мне показывать слабость. А боль – она перегорит… – Сестра отвернулась и одной рукой сложила жест вызова слуг, а другой рукой развеяла заклятье. – Завтра в шесть на первой тренировочной площадке сбор. А, чуть не забыла! – одна из слуг протянула Иситес небольшую шкатулку, открыв которую та вытянула набор странных побрякушек. – Это боевые амулеты для тебя и жриц. Этот слуга… – она указала на старого слугу, – подгонит твой доспех. Ладно, я пойду – мне тоже нужно подготовиться. Провизии возьми дня на три, если не будет хватать, чего-нибудь добудем либо вообще сразу вернемся.
В эту ночь я почти не спал. Не думал, что так буду нервничать. Поэтому встал аж в четыре часа ночи и, спустившись в кухню, сам себе сварганил завтрак. Потом с трудом облачился в свой уже подогнанный доспех и сел медитировать перед хронометром. Постепенно просыпались слуги, Граница Мрака медленно оживала. Я перебирал в уме свои умения и заклинания, немного разминал дар, выливая немного маны в свои теры. Мои жрицы, проснувшись, быстро собирались. Слуги нам дали сухпаек – тщательно упакованные в стальные футляры полоски соленого мяса, узкие фляги с водой и немного фруктов. Фрукты были представлены бхателлом. Бхателл – фиолетовый фрукт, очень напоминающий гранат. Вот только гранулы были в два-три раза больше и имели черный цвет. Особенностью его было то, что каждая гранула имела разный вкус: от жутко кислого или горького до очень сладкого. Богат на витамины и остальную нужную и важную хрень. Про себя я называл его «жизнь». Нужно сказать, что он был очень популярен и даже шел на экспорт по причине долгого хранения и экзотичности. По этой же причине его даже брали сухпаем в походы. Сок, который из него отжимали, был довольно мерзким на вкус, но очень полезным, и пили его только раненые, беременные или во время высоких нагрузок. Часто сок бхателла добавляли в воду, которую употребляли ежедневно солдаты. Вода от подобной присадки практически не портилась и хорошо утоляла жажду. Растение, которое давало бхателл, росло на отходах, не переносило свет и очень любило теплые места с застоявшимся воздухом. Из-за этой особенности сады находились намного ниже примерного горизонта проживания темных эльдаров. Вообще каждый Великий дом был практически полностью автономен, а значит, имел свои сады, поля, где выращивались бхателлы, грибы и разнообразные животные с моллюсками для внутреннего потребления. Даже деньги и то каждый Великий дом чеканил сам, правда, придерживаясь специальных, принятых Высоким Советом домов, требований – веса и четкого состава монет. Здесь нужно сказать, что золотая монета весила чуть больше пятнадцати граммов, а по составу в монете не должно было быть меньше девяноста девяти частей золота из ста.
Все это носилось у меня в голове, пока мы ожидали остальных членов вылазки, поскольку пришли почти на полчаса раньше. Сухпаек вместе с небольшой аптечкой и небольшим набором инструментов по уходу за оружием помещались в небольшой плоский ранец с внутренними ребрами жесткости, который удобно сидел на спине и крепился к туловищу системой ремешков, похожей на альпинистскую. Сейчас мой ранец был закинут за спину и пристегнут к пояснице. От нечего делать я опять сел медитировать.
Но вот и Атере во главе своего отряда. Глядя на его ариров, я неожиданно понял, что мой учитель умудрился собрать в него представителей всех пяти храмов – была даже пара практически обнаженных, если не считать сапог и пары тканевых ленточек, намекающих на наличие одежды, женщин-ариров Акрио. Вообще ариров некоторых богов я видел впервые – вот отдельная пятерка ариров Криаты, от их командира, безмолвно взирающего на меня из-под глубокого капюшона, веет холодом, а вот весело гомонящая неоднородная толпа ариров Ихитоса и Реа. От идущей в одиночестве фигуры с улыбающимся лицом веет чем-то родным – очевидно, арир Эхаялин. Жуткий и опасный тип. Я хотел было познакомиться с ним, но, перехватив его взгляд, передумал. М-да уж. И нафига Атере собрал этих пауков и скорпионов в одну стаю? Они ж на поле боя наверняка неуправляемы… Тем временем учитель, построив эту разномастную толпу, начал перекличку, в разгар которой явилась Иситес с двумя старшими жрицами.
Атере подошел ко мне и тихо произнес:
– Представься и представь своих жриц.
Я вздохнул и подошел ближе:
– Мое имя Ашерас. Я сын Таенори, нашего матриарха. Сзади меня стоят измененные богиней великие жрицы атар. Как вы видите, они похожи и фактически являются моими дочерьми. Хоть официально они пока не имеют имен, они у них уже есть. Их имена связаны с цветом их волос. Красная – Керат. Синяя – Хетахи. Фиолетовая – Ашри. Черная – Таши. Нашей основной задачей будет охота на гоблинов и иже с ними. Время похода три-четыре дня. – Я позволил себе улыбку. – На время похода я являюсь лишь формальным командиром. Более высокий приоритет команд, естественно, у моей старшей сестры… – Я повел левой рукой, указывая на нее, не сводя взгляд с ариров: – Иситес. По всем вопросам обращаться к ней или к своему непосредственному командиру Атере. – Я повел рукой в его сторону.
Мне показалось или в глазах ариров я увидел смесь удивления и уважения?
Иситес одобрительно хмыкнула и тут же начала звонко лаять команды.
– Еще раз проверить снаряжение! Ничего не забыли? – Ариры позволили себе улыбнуться. – Тогда выдвигаемся к порталу!
И мы двинулись за Иситес к выходу во двор. Из двора мы спустились по узкой лестнице на пять уровней и, пройдя мимо замершего полного арека атретасов-стражей, оказались на узком мостике в огромной сферической комнате. В центре ее висел круглый диск с множеством знаков на древнем. Некоторые из знаков светились голубым. Над диском висела невероятно яркая бело-голубая сфера, заливающая всю комнату нестерпимым светом. Не выдержав, я закрылся рукой и отвернулся. Мой взгляд упал на стоящего рядом арира – он стоял в маске и спокойно смотрел в центр. Повинуясь озарению, я тоже натянул маску и удивленно отметил, что свет уже не был таким резким. Заморгав, я попытался убрать слепые пятна, летающие в глазах. Не добившись успеха, я раздраженно сплел малое излечение и направил его на лицо. Зрение восстановилось тут же. Мне послышался короткий смешок Иситес.