С вялым интересом осматриваюсь по сторонам. Татретт работает как часы – настоящий конвейер: пока пара ареков отдыхают на выволоченной из домов мебели, другие зачищают очередной дом или здание, а третьи – мародерствуют. До Арихитос наконец-то дошло, что смысла в ее приказах и вообще участия в зачистках нет, и в данный момент она занялась кормлением своей «золотой лихорадки». Выражается это в том, что она роется в горе презренного металла, временами застывая, найдя очередную забавную или красивую цацку. Все бы ладно – с кем не бывает, но она же их и нацепляет на себя, становясь похожей на новогоднюю елку… Нахлынула ностальгия… Похоже, я больше никогда не увижу отчего дома и не услышу больше историй деда… Да и появившись вдруг там каким-то чудом, что я скажу? Здравствуйте, я – реинкарнация вашего сына? Все, что у меня осталось, – лишь память… Покопавшись в воспоминаниях о предыдущей жизни, я с грустью обнаружил, что они поблекли и начинают затираться. Все-таки эта жизнь намного ярче и лучше предыдущей. Кем был я там? А кем стал здесь? Хотя, если подумать, в корне ничего не изменилось – поменялся лишь масштаб. Там я был просто убийцей, здесь – разрушитель… С другой стороны, мне всегда нравилось убивать, сражаться. Так чего же я комплексую? Ответ прост: раньше я убивал единицы, а сейчас десятки тысяч практически своими руками. Я хмыкнул: а может, дело не в этом? Может, просто цель достигнута, а я привык ее всегда видеть? Постоянно, даже в редких снах…
Неожиданно большой самец хисны, расположившийся на крыше одного из уже обысканных зданий, низко и глубоко рыкнул. Неожиданный звук от такой большой кошки привлек всеобщее внимание. Обновив защиту, я и не подумал слезть с импровизированного лежбища. Да, иллитиды отступили. Да, мы находимся на вражеской территории. Но скорее всего – это подкрепление, а если и нет – я же не на передовой? Вокруг полно кому сражаться в первых рядах, и они дадут мне время для удара.
А вот и ожидаемый татретт: в начале улицы показались всадницы на хиснах. Короткий обмен условными знаками, и подкрепление уже среди нас.
В то время как прибывший татретт стал располагаться и обмениваться приветствиями, я заметил приближающийся крупный отряд, возглавляемый шестью атарами. Хм, это же четверка моей охраны в сопровождении ариров Атере. Ну да – Атере ж как собачка, наверное, носится за своей матерью. Совсем уже, наверно, сбрендил… Среди ариров выгодно выделяются Сэа и Лэа. Белых масок на них нет, как и одежды, доспеха и ножен с оружием. Пара-другая шелковых лент, несколько артефактов да короткие сапожки. И огромная мощь в магическом плане…
Не доезжая до меня, они спешились и, приблизившись, встали на колено, склонив головы. Гм. Чего только творят – атары не склоняются ни перед кем, кроме богов. Перед матриархом лишь склоняют головы. Атретасы пред взором бога становятся на колени. Орин – падают ниц. Рабы же недостойны жить пред ликом великих богов. Конечно, бывает множество исключений из этого правила, но лишь в послаблении. То есть, например, если атретасу исполнилось тысяча лет, то перед ликом бога он может встать на одно колено, и так далее. Это же касается и орин – при достижении определенного возраста они получают привилегию становиться на колени и даже говорить с богом. Матриархи же, в особенности Великих домов, а также верховные ариры – вообще вне системы.
Глядя на то, как ариры становятся на колени, все вокруг замолкают. В моей голове лихорадочно тусуются обрывки мыслей. Что же делать? Ну ладно, Элтруун на поле боя решила встать на колено – хрен с ней, но ариры… Молчание затягивается… Нужно что-то говорить. И это нужно делать мне – судя по всему, первыми заговорить прибывшие не соизволят.
– Я слушаю вас… – пришлось задействовать все самообладание, чтобы не выказать голосом волнение и скрыть его за ленью.
Сэа и Лэа поднимают головы и начинают одновременно говорить. Их голоса сливаются в один:
– Эльвиаран желает видеть вас, владыка.
Аж мурашки по коже. Я замечаю, что не только мне не по себе – окружающие нас атретасы явно бледнеют.
– Что ж – я готов. Мы выступаем немедля.
Поднявшись со своего лежбища, я бросаю:
– Следуйте за мной.
А Мисса, значит, не взяли? Придется опять лететь. Феникс сразу отозвался, и, окутавшись в Огонь, я легко взмыл ввысь. Лагерь рядом, и мне лететь туда – пара полных взмахов крыльев, но я жду свой эскорт, чтобы прибыть туда одновременно с ним.
Приземлившись у входа в общую пещеру на край пепельной пустоши, я с раздражением посмотрел на остатки одежды, чудом державшейся на мне. Оглянувшись вокруг, я заметил идущую ко мне вампиршу. Подождав, пока она ко мне приблизится, я произнес, опередив ее с приветствием и остальными почестями:
– Мне нужна одежда.
Вампирша, со счастливой улыбкой на лице, начала расстегивать застежки на своей куртке. Быстро подойдя к ней, я взял ее лицо в ладони, отметив, что ее кожа отдает прохладой, и мягко произнес, глядя ей в глаза:
– Как тебя зовут?
– Эйрин, владыка Ашерас.
– Эйрин, я прошу тебя, просто принеси запасную.
Не поймите меня превратно, посмотреть на стриптиз в исполнении вампирши было бы неплохо, но не сейчас и не здесь. Отпустив ее, я проводил ее взглядом, пока она не скрылась за скалой. В ожидании ее я смотрел на то, как мой эскорт расседлывает, если можно так выразиться, хисн. Вдалеке я заметил спешащую группу из трех всадниц – одна из них была, судя по обилию золотых побрякушек, Арихитос. Их тоже вызвали?
Спустя совсем немного времени я ощутил движение позади меня. Лениво поворачиваюсь и обнаруживаю стоящую на коленях вампиршу. На вытянутых руках, склонив голову, она держит сложенный набор одежды. Сверху него лежат сапожки. Немного большего размера, чем надо, ну да на безрыбье… Со вздохом начав расшнуровывать остатки своих сапожек, я случайно бросил взгляд на Эйрин. В ее взгляде отражался такой голод и желание, что я даже застеснялся переодеваться перед ней и, немного отступив за ближайшее скальное образование, переоделся, скрывшись от прямого взгляда.
Сменив свое рванье на новую одежду, я вышел из закутка и протянул черную ленточку Эйрин. После того как она уложила мои волосы в небольшой короткий хвостик, я обратился к ожидающей меня четверке моих жриц:
– Проведите меня к Эльвиаран. – Обернувшись к вампирше, добавил: – Следуй за нами.
Сэа и Лэа пристроились спереди нас. Я же шел внутри квадрата, углами которого была моя охрана.
Мы приблизились к небольшому зданию, бывшему недавно казармой местной стражи. Вот и офицерские апартаменты. Вход охраняла пара жриц из стражей. При виде меня они встали на колено. Передо мной в комнату вошли Сэа и Лэа, опять провернув свой фокус, произнеся одновременно, чуть склонив голову:
– Владыка Ашерас прибыл…
После чего они сделали шаг в стороны, пропуская нас, и замерли. Керат и Таши, зайдя в помещение следом за ними, тоже разошлись в стороны и встали возле сестер.
Войдя в помещение, я обнаружил возле забинтованной фигуры Эльвиаран целую толпу эльдаров. Похоже, здесь собрались на военный совет все высшие офицеры нашей армии. Кого-то из них я знал более чем хорошо – Иситес, Атере, Арихитос. Кого-то видел всего пару раз в жизни, а кого-то – впервые. При виде меня они все встали на колено на секунду. Этого не сделала Аэриснитари – она лишь сдержанно кивнула. Скользнув взглядом по ней, я прикрыл глаза и чуть обозначил кивок.
Скучковавшиеся за спиной Элтруун высшие жрицы были более интересны. Очевидно, они командовали своими татреттами, прибывшими из дома. Гибкие, даже мускулистые тела, скрытые легким доспехом. Хоть у эльдаров и крайне медленный прирост мышечной массы, во главе с Элтруун они казались культуристками по сравнению с грациозными атарами. Ощупав взглядом их тела, я поднял взор на их лица. Красивы. Интересно, они из Эрстета? Я почувствовал уверенность, что да. Прячутся за «масками». Невозмутимые выражения лиц. На них не отражаются эмоции, а вот в глазах плещется страх. Они меня боятся? Если бы я хотел их убить – они были бы уже мертвы. Впрочем, неопределенность тоже нервирует… Скользнув взглядом по их одежде и оружию, я отметил, что они не лишены индивидуальности, хоть и не так разукрашены, как у Элтруун.
Я перевел взгляд на Эльвиаран и с удивлением увидел, как сквозь синие ленты шелкового бинта блестят ее черные заинтересованные глаза. Улыбнувшись, я склонил голову. Подойдя ближе, произношу:
– Вижу, выше выздоровление идет лучше, чем я ожидал.
Эльвиаран чуть кивнула и неожиданно для меня произнесла слабым голосом:
– Благодарю тебя.
Из тени в изголовье кровати выступила Аэриснитари:
– Что ж, все собрались. Можно приступать к обсуждению и планированию дальнейших наших планов. – Ее взгляд скользнул мне за спину. Что-то увидев там, она чуть сузила глаза. Переведя взгляд на меня, она произнесла: – Что говорит богиня?
Нырнув на секунду в свой дар, я ответил:
– Пока ничего.
– Тогда необходимо плыть по течению реки. Первая из наших проблем – Ишакши чересчур огромен и богат. Даже ту мелочь, что мы собрали на данный момент… – Аэриснитари выразительно посмотрела на обвешанную золотыми побрякушками Арихитос, – мы уже не сможем всю донести до дома. На пути целых восемь полноводных быстрых рек и вдобавок ущелье Крови. В связи с чем использовать нежить бессмысленно… Если мы хотим откусить и проглотить этот жирный кусок, нужно что-то совсем иное. Посоветовавшись, мы решили создать дальний портал. Для его создания нам понадобится две Звезды Концентрации, а это – четыреста жертв. Количество пленников у нас достаточное…
Я шевельнулся, привлекая ее внимание, перебивать ее как-то не хотелось.
– Да, Ашерас?
– Все чистокровные эльдары, как темные, так и светлые, мне нужны. Богиня их возвысит, пополнив нашу армию и усилив наш дом, поэтому они важнее презренного металла многократно. Когда в Альверист'асе станет известно… – я усмехнулся, – что Ишакши разрушен, а… – Я выразительно посмотрел на Аэриснитари в глаза: – …Эльвиаран спасена, у нас возникнут большие проблемы. Вполне возможно, что нам понадобится каждая жрица, арир или даже просто атретас. Я понимаю, что в нашей ситуации разбрасываться ресурсами, конечно, нельзя, но каждый атар нам будет намного важнее и дороже, чем сотня слитков золота.