Пальцы гудели от напряжения, в колени впивались острые камешки и ветки, с меня лился пот, а я все плела и плела, ощущая, как болезнь нехотя отступает с каждым новым моим узелком. Сколько я так работала? Даже не знаю. Но когда самая тонкая и последняя нить вдруг нашла свой конец и струной натянулась, вдруг пронзительно загудев, я открыла глаза и…
Вокруг никого не увидела. Только я, моя мужественная пациентка, и придерживающий ее осторожно под спину хвостатый и синий.
– А где … все остальные? – я зачем-то спросила, бессильно упав им прямо под ноги .
А и пусть. Боги тоже имеют право на усталость. Голова мучительно кружилась, пить хотелось, и есть.
Или спать? Последнего – больше всего.
– Когда боги работают, им не мешает никто… – задумчиво пробормотал синекожий, вопросительно глядя на деву. Та с огромным трудом улыбнулась.
Кажется, когда я проснусь, меня все же признают богиней.
Ну… или сожрут.
13. О бабочках
Планета Зигейна (b Малиста) двойная звездная система Малиста, (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula) Посольство Империи
– Для кислородного типа обмена веществ состав атмосферы максимально приближен к оптимальным значениям. Санитарно-показательных микроорганизмов групп патогенности, не зарегистрированных в диагностическим реестре сферы здравоохранением Империи не обнаружено. Стандартного функционала общегалактического карантинного чипа достаточно. Объективных противопоказаний для пребывания вне защитной оболочки скафандра не выявлено.
С этим мнением многомудрой Петровны согласился и Крокодил, молча прислав подтверждающий знак одобрения. Редкое у них намечается единодушие… Интересно, а у ИскИнов возможны романы?
И что только в голову Маку не лезло, пока он готовился к медленному и непростому акту освобождения от скафандра.
Нет, если все делать по четкому плану, то на штатное разоблачение должно уходить где-то тридцать минут по имперскому времени. Но «по плану» они должны были раздеться не раньше, чем через две декады. Никак не сегодня. И мрачный вид Стэма красноречиво об этом им всем говорил. Старший помощник капитана импровизации ненавидел, и в каждой нештатной ситуации видел угрозу для безопасности экипажа. И был в чем-то прав.
– Этот яд будет прикидываться Гессом. Он получит детальную программу действий на ближайшую неделю и будет резвиться на территории парка посольства. – За подчеркнуто-беспечным и даже веселым тоном Макар привычно скрывал нарастающую тревогу. – Но на случай чего-то внештатного я передаю прямой ключ управления лично тебе. Ты понял, что это значит?
Проговаривая все это, Макар как-то внезапно устал.
– Нет. – Стэм упрямо взмахнул головой и за прозрачной оболочкой шлема мелькнуло нахмуренное лицо. – Штатно Гесс подчиняется напрямую тебе и больше никому. Подобная конструкция вызовет подозрения у экипажа. Люди занервничают.
Ох, уж эти солдаты. Макар мысленно скрипнул зубами, стараясь сдержать раздражение.
– Ты же не будешь командовать голосом, Стэм! Не обязательно бегать за ним, нервно размахивая руками, и командным тоном на всю Зигейну орать ценные указания! Он будет мирно и тихо вокруг собирать свои цветочки и мелкую живность в красивые баночки, пока вдруг не начнется война, эпидемия неизвестных нам вирусов, или, Создатель нас всех упаси, не нагрянут шпионы самой королевы.
– Но я… – боцман смутился, такая сложная комбинация в сознании старого воина не укладывалась. – Есть, будет выполнено.
– А если вдруг они все же появятся, от тебя совершенно не требуется вступать с ними в переговоры, размахивая гордым знаменем контрразведки, – успокаивающе пророкотал голос Гесса, лежавшего рядом с самим капитаном на жестком щебёнчатом полу. – Да, они наверняка уже осведомлены о… специфике моей службы. Ядроид должен будет давать ничего не значащие ответы с максимально загадочным видом.
– Это значит: мрачно стоять в стороне и сурово помалкивать! – рявкнул Макар, начинавший терять последние крохи знаменитого Аверинского терпения.
В ушах капитана все это время звенел голос Нэрис. Ее громкое и тревожное «Нет!», очень портило и без того мерзопакостное настроение.
– Второй ядроид, я так понимаю, будет изображать лично меня? – голос старого адмирала звучал, как обычно, насмешливо.
– А тебе я временно передаю руководство всей миссией. Вместе с обязанностями посла. Надеюсь – Макар повысил голос, подчеркивая важность своих слов, – что опыт и репутация командующего космофлотом не вызывает сомнений в его компетентности.
– Отставного командующего, капитан, – Бернар мягко поправил, опять улыбаясь и глядя насмешливо на пыхтевшего от нервного напряжения Стэма.
Макар только плечами пожал. Бывших командующих не бывает, он это знал теперь точно.
Если Стэм и хотел возразить, вбитые в мозжечок за годы службы азы дисциплины ему подобной вольности не позволяли. Вот что он умел превосходно, так это выполнять приказы их не обсуждая и не осуждая. Полезное свойство помощника капитана…
Макар был совершенно другим. И наверное, куда более правильно и логично не посвящать весь экипаж «Совы» в тонкости предстоящей им всем операции. Но Аверин давно уже понял: команда – это не только точно и четко выверенные и поставленные задачи и четкое их выполнение. И даже не грамотный лидер, ведущий вперед всех остальных. Команда – это высочайшая степень доверия.
Совятник всегда оставался командой, несмотря на предательство Родика, бегство Ойле и плачевное состояние самой старушки «Совы». Иначе быть просто не может. Или не место им всем в этом космосе.
– Капитан, – доложил Игорек так обычно, как будто бы дипломатические миссии на независимых и враждебных планетах уже сам не раз проходил, – дроны провели низкую разведку всей площади резиденции королевы и прилегающих к ней территорий. Результаты на вашем видере. Вода питьевая, содержание кислорода чуть выше нормы, гравитационное поле на континенте комфортное, не требующее коррекции.
Как быстро он повзрослел. Из образа злоязыкого мальчишки, разобиженного на весь мир все более четко проступал молодой офицер и серьезный мужчина. Профи высокого уровня… А ведь и Родик бы смог точно так же. Если бы захотел.
Макар потер лицо ладонями. Как, оказывается, приятно и нужно почувствовать собственное тело вот так, просто касаясь себя самого.
– Походный комплект ваш готов, – Яхо тоже сосредоточенно рылся в куче вещей, параллельно поглядывая на гало-мониторы, висящие в воздухе.
– Еще минут десять и встанем… – задумчиво разглядывая свою голую ногу, им всем ответил Макар.
Совершенно незащищенную ногу. Да, он принял такое решение, и они пойдут с Гессом почти беззащитными, облаченными лишь в походный комбинезон, с небольшими поправками на общую прочность и специфическое вооружение.
Почему именно так? Лучше не спрашивать. Он для себя так решил, а раз уж за ним Гесс увязался упорно – пусть терпит. И желательно молча. Именно так Гесс и делал, не задавая вопросов и медленно освобождаясь из оболочек скафандра.
13.1
– Бабочка ждет, – бросил вредный биолог, садясь.
Интересное зрелище, словно бы взрослый вполне человек вдруг родился, выныривая из опавших на щебенчатый пол оболочек скафандра.
Обнаженный и беззащитный. Хотя, даже таким глизеанец выглядел угрожающе.
Макар только вздохнул. А зато, он веселый. Бывает. Все реже.
– Прямо вся извелась в нетерпении, – ехидно ответил он другу. И немедленно сам устыдился, поймав удивленный взгляд Гесса. – Как она хоть работает?
– Нэрис рассказывала, что нужно взять ее на руку и когда ощутишь легкое электрическое покалывание, представить себе адресата. Можно даже просто яркое событие, с ним связанное… – Видимо, в эффективность такого посыльного и сам Гесс не очень-то верил. А потому все это произнес словно смущаясь и тихо.
– Это все? – Макару тоже не нравилась эта затея. Но других вариантов пока у них не было.
– И потом передать свою мысль, – окончательно вдруг смутившись, Гесс окончательно встал и не глядя на капитана потянулся к куче своих вещей. Вынул высокий ботинок, посмотрел на него с нескрываемым недоумением, будто прикидывая, куда приспособить и бросил обратно, нахмурясь.
– Сначала трусы, – не смог удержаться Макар, тоже садясь и потягиваясь с наслаждением.
Хич, валявшийся в надувном кресле рядом старательно прятал ухмылку.
– Спасибо, кормилец, мне сразу же полегчало, – огрызнулся устало биолог. – Я буду трусами отмахиваться от туземок, раз уж мне сам капитан разрешил.
– Ты главное, прикрывай капитана, – вставил ехидное Игорек, – Можешь даже трусами. С тобой без трусов наша Нэс никуда не пойдет.
И все вдруг замолчали печально.
Только Гесс неторопливо и как-то даже мрачно натянул деталь нижнего белья, так живо обсуждаемую, (самой модной модели, пижон) и достал из вещей крохотный темный бокс.
– Я попросил бы всех выйти, – он протянул капитану поблескивающую коробочку и пояснил: – времени у нас мало и я понятия не имею, как она прореагирует на посторонних людей.
– Ну да, я-то ей почти родственник, – проворчал капитан, провожая взглядом соратников, тут же поднявшихся из удобных кресел. Лишь адмирал оставался, задумчиво ковыряясь в своем личном видере.
– Это та самая бабочка? – проводов взглядом Игоря, выходившего самым последним, адмирал осторожно придвинулся к ним.
– Вы о них что-то знаете, – Гесс не спросил, он был практически уверен в верности своей догадки.
– О маленьких жителях Лиглы, – совсем ничего, – Берн прищурился, с расстояния рассматривая бокс с ярким созданием.
Верхняя стенка коробочки была прозрачной и позволяла увидеть, как бабочка медленно просыпалась, открывая огромные темные глаза, шевеля лапками, так похожими на крохотные человеческие ручки.
– У нас мало времени… – торопить старика не хотелось, но Макар уже просто подпрыгивал от нетерпения и тревоги.
Быстро белье натянув, он путался в тонкостях многочисленных магнитных застежек и клапанов комбинезона. Совсем отвык носить нормальную одежду, скоро вообще одичает и