Так что же, спросит меня читатель, вы в нём и недостатков не видите и ошибок не признаёте? Нет мне дела до недостатков Сергея Фёдоровича Бондарчука. У меня нынче такой эстетический авитаминоз от современного искусства, что фильмы и роли Сергея Бондарчука для меня — чистое спасение. Я хочу видеть это благородное, прекрасное лицо Отца и смотреть кино о благородных, прекрасных людях, снятое не по заказу, а по воле и по душе. Растущий, как могучий дуб, из своей земли и культуры, Бондарчук прожил всю жизнь в обстоятельствах XX века, но впитал в себя и век предыдущий. Да, много трудов истории и природы пошло на создание такого человека!
К столетию Бондарчука вышла книга его дочери Натальи, и это прекрасно, но объёмной книги о его творчестве так и нет, более того, ни в одном списке «лучших фильмов», по версии отечественных кинокритиков, вы не сыщете ни «Войны и мира», ни «Степи», ни одной картины Бондарчука вы там не найдёте, и я все эти списки рекомендую отправить на помойку. Разумеется, к юбилею выйдут биографические фильмы, в которые я верю «меньше, чем в домового» (как выражался Чехов). Единственное, чем мы можем по-настоящему почтить память Сергея Фёдоровича, — это смотреть его работы. А то сидим на сундуке, набитом сокровищами, и вертим в руках какие-то пластмассовые побрякушки да обсуждаем мышиные писки.
Всего-то и надо, что открыть сундук и достать оттуда бриллиант по имени Сергей Бондарчук.
Кто сражался за Родину?
В мае 2020 года все телеканалы, разумеется, включили в программу фильмы о Великой Отечественной войне. И ленты из золотого фонда советских времён, и новые работы, созданные на ином технологическом уровне. Но так ли уж важны технологические хитрости, когда волнует вопрос о том, кто сражал ся за Родину, что это были за люди? Отстоявшие Сталинград, взявшие Берлин, отстроившие из руин всю страну полностью за какие-нибудь семь-восемь лет, — они что, были обыкновенными человеками вроде нас с вами?
Военного кино снято в последние годы немало. В изображении танковых сражений, авианалётов, артиллерийских подготовок и прочего дизайна «архаической» войны кино изощрилось неимоверно. Однако волнующие людские образы припомнить трудно. Создателей фильмов скорее занимает сама «игра в войну», реконструкция материальных обстоятельств, динамика военных приключений, чем характеры и судьбы. Запомнился ли вам, к примеру, хоть один персонаж картины Фёдора Бондарчука «Сталинград»? Тогда как даже эпизодические герои фильма Сергея Бондарчука «Они сражались за Родину» (1975) врезаются в память навсегда.
На днях по ТВ состоится премьера картины режиссёра Игоря Копылова «Ржев», снятой по повести писателя-фронтовика Вячеслава Кондратьева «Искупить кровью». Смотрю я первые восемь минут «Ржева» — ни титров, ни обозначений времени действия, идёт бой, красноармейцы штурмуют деревню, работа костюмеров, гримёров, пиротехников — всё добросовестно, на крепкую четвёрку. Никого из героев не успеваю даже рассмотреть, не то что понять, почему «Ржев». Одни боевые действия.
Включаю «Они сражались за Родину». Первый кадр — имя автора (Михаил Шолохов) и название фильма. Второй — идут солдаты по степи. Третий — крупный план Шукшина с надписью: «Засл. деят. иск. РСФСР Василий Шукшин — Пётр Лопатин». Далее все основные герои фильма с прописанными званиями и указанием, кто в какой роли. Прошли титры, идёт надпись: «1942 год. Июль». За кадром голос Бондарчука: «Война добралась до дальнего хуторка в донской стеши…» И начинается мощное, подробное, с массой вкусных деталей повествование о простых солдатах, разыгранное народными артистами высшего класса. То есть за те же восемь минут я узнаю всё, что надо для правильной ориентировки на местности картины: кто, когда, где.
Я не собираюсь упрекать Игоря Копылова, что он не Сергей Бондарчук. Но в «Они сражались за Родину» тщательность начала — вовсе не старомодная скрупулёзность советского дедули-классика. Кроме уважения к зрителю, в нём есть и важная мысль. Режиссёр хочет возвысить, укрупнить, преобразить героев, раздав их роли лучшим артистам, сделать обыкновенное — необыкновенным, значительным, художественно выразительным. Мастерство и авторитет народных артистов даруются героям — «простым солдатам», чтобы ввести тех в искусство торжественной широкой дорогой. За Родину сражаются Вячеслав Тихонов и Юрий Никулин, Георгий Бурков и сам Сергей Бондарчук, и даже в эпизодической роли разъярённой старухи, отчитывающей солдат за отступление, фигурирует народная артистка Ангелина Степанова. Конечно, есть и другой путь, когда артистов тонируют под «правду жизни», и в нём есть свои достижения, но есть своя истина и в том эпическом возвеличивании, которое произвёл Сергей Бондарчук. Тем более он никогда не забывал о спасительной роли юмора в драматическом произведении, и в «Они сражались за Родину» просто изобилие смешных эпизодов, прелестно рисующих русский народный характер, в котором, как считал Пушкин, есть «весёлое лукавство ума».
Посмотрела Бондарчука и вернулась к «Ржеву». Надо заметить, повесть Кондратьева сильно не искажена, сохранены многие герои и диалоги.
Когда старый солдат в начале картины замечает: «Дуриком деревню взяли, живым мясом продавили», — я сразу поняла, что это явно не современный сценарист писал. И точно, фраза оказалась из Кондратьева, как и многие другие удачные, сочные реплики. Но лица героев, живописные у автора, как-то потускнели, утратили обаяние индивидуальности. Сейчас же объёма характера не требуется — одна доминирующая черта, и хватит. У героев компьютерных игр ведь нет характеров, им достаточно чёткого облика, так и в кинематографических «играх в войну». Запоминается разве балагур Костя Карцев (Иван Батарёв), рабочий парень из Марьиной Рощи, с шутками-прибаутками на устах, но его, вопреки автору, зачем-то сделали вором, который пошёл добровольцем, чтобы избежать тюрьмы. Усложнили и мрачного особиста, который прибыл в роту, чтобы найти тех, кто подобрал фашистские листовки, и, естественно, расстрелять. У автора особист так и остаётся гадиной, а в фильме он разжился монологом о своём беспризорном детстве и даже вроде как что-то начал понимать о смысле жизни с людьми. Но главное отступление от повести в том, что у Кондратьева приказ комбата взять второй раз деревню Овсянниково — бессмысленный, а в фильме — осмысленный. Оказывается, готовится наступление на другом направлении и надо оттянуть внимание фашистов именно этой самой деревней Овсянниково, больше никак. Поэтому всё правильно, и бывший вор, и мрачный особист, и прочие статисты — все они участвуют в важном деле, которое имеет особое значение, если посмотреть стратегически.
Да и вообще, стоит ли пытаться запомнить героев и уж тем более начать их любить, когда следить надо совсем за другими моментами. Вот атака, и солдаты падают лицом в колючую проволоку. Эффект? Эффект. Вот рядовой волнуется, что с шапки оторвало красную звёздочку, и сжимает её в кулаке, а ему кричат — ты смотри, чтоб голову не оторвало. Оторвало-таки. Эффект? Эффект. В деревне оказывается разрушенная церковь с проржавевшими крестами, на её фоне ведутся некоторые диалоги — тоже эффект. Что ни одной женщины в фильме нет — тоже для многих эффект, и положительный, хоть отдохнуть можно от этих кукольных санитарок модельных пропорций, которые заполняют новое военное кино. Это Сергей Бондарчук вставлял в свою картину то Лидию Федосееву, то Нонну Мордюкову, потому как его герои сражались за Родину, так вот же она, Родина, в образе Федосеевой и Мордюковой, понятно, за что сражаться-то. А в современном кино о войне Родина — это так, абстракция, отвлечённость, условие игры.
На фоне совсем уж фальшивых поделок о войне «Ржев» (который лучше было бы назвать как повесть — «Искупить кровью», потому что о реальной операции под Ржевом мы мало что узнаём) смотрится без раздражения. Однако ответ на вопрос, кто же были эти люди, которые сражались за Родину, почему они отстояли Сталинград и взяли Берлин, мы в нём не найдём. Никакой вины создателей фильма в этом не имеется — что ж поделаешь, один раз в год сады цветут, один раз явился на свет Сергей Бондарчук. И вырос он из почвы, которой больше нет.
Смысл жизни в том, чтобы увидеть «Войну и мир» Бондарчука на большом экране
У человека сбылась мечта. Много лет я грезила о том, что увижу «Войну и мир» на большом экране. И вот 20 октября 2019 года (в этот день 25 лет назад Сергей Фёдорович ушёл из жизни) состоялся сеанс белой магии в кинотеатре «Аврора» (Санкт-Петербург). Отреставрированная по инициативе Карена Шахназарова на «Мосфильме» великая картина великого режиссёра, все четыре серии, предстала перед глазами потрясённых зрителей.
Принято обязательно упоминать, что «Война и мир» получила «Оскар» как лучший иностранный фильм 1968 года, что, значит, гарантирует его качество, но в те годы Страна Советов этот «Оскар» едва различала, оптики такой не было. Просто внимания не обращали. На одном заморском банкете Бондарчук увидел писателя Рэя Брэдбери и ринулся к нему, а все недоумевали — к кому это устремился режиссёр? Но у Бондарчука имелась своя система ценностей.
На создание картины пошла вся мощь советского государства, и можно себе представить ужас американских киноакадемиков, пытавшихся подсчитать, сколько это могло бы стоить. У них, как говорят у Островского, «цифирю не хватило». Но суть не в постановочном великолепии батальных сцен, которые снимались Анатолием Петрицким невообразимо как. «Война и мир» — высшая точка развития художественного кинематографа вообще.
Умно и любовно сделанный сценарий (его писал сам Бондарчук с Василием Соловьёвым) отлично уместил четыре тома Толстого в четыре серии фильма (общая протяжённость — семь часов). В картине задействована актёрская школа нескольких поколений. Молодые (Вертинская, Савельева, Табаков, Шуранова), среднего возраста (Тихонов, Бондарчук, Скобцева, Ефремов, Трофимов, Стржельчик) — и великие старики, в основном из Художественного театра: Степанова, Кторов, Станицын, Смирнов… Даже в эпизодах видим: на Бородинском поле — Сергея Никоненко, с подносом орехов в доме дядюшки Ростовых — Нонну Мордюкову. Как своего рода Ноев ковчег, фильм Бондарчука собрал почти всю прекрасную актёрскую «наличность» своего времени.