На дороге он встретил пьяного матроса, напал на него и ударил кулаком так сильно, что тот лишился чувств. Кадрус раздел его и надел на себя его платье, а костюм сестры милосердия бросил в сточную трубу. В кармане матроса Кадрус нашел драгоценные бумаги, с ними он мог выдать себя за другое лицо. Совершенно спокойный, он отправился к берегу. Там он не нашел никого. Ни у Жанны, ни у герцогини не было времени. Кадрус затаился.
Ближе к полуночи появилась женщина и закричала, как сова. Кадрус сказал себе: «Это Крот».
Он показался.
– Здравствуйте, атаман, – сказала женщина.
Это был Белка.
– Ты?
– Я!
– Как ты это сделал?
– Я не дожидался одиннадцати часов, а тотчас улепетнул. Вместо того чтобы перелезть через стену с той стороны, где висела веревка для вас, я перелез в другом месте.
– Как?
Белка показал два железных крюка и сказал:
– Это я всегда ношу с собой и употребляю, как кошка свои когти.
– А герцогиня?
– Не видел.
– А твое платье?
– Снял с одной шлюхи на улице.
– Все идет хорошо.
Разбойники спрятались и стали ждать.
Глава LХХVРазвязка
В полночь на дороге показался экипаж с императорскими гербами. Из экипажа вышли две женщины, Жанна и герцогиня. Жанна просияла при виде Жоржа, а герцогиня была бледна и печальна. Она не волновалась, так как была уверена в своем кучере и обоих лакеях.
Она подошла к Кадрусу.
– Друг мой, – сказала она ему, – прощайте! Я хотела вас спасти, а чуть было не погубила. Ваша жена преуспела лучше меня. Я очень рада! Поцелуйте меня, как сестру, и уезжайте.
– Лодка готова?
– Она ждет под этим утесом. Она привезет вас к бригу, на котором вы доплывете до Англии.
Кадрус посмотрел на берег – там была причалена лодка. Он преклонил колено и, почтительно взяв обе руки герцогини, сказал:
– Воздаю вам благодарность за вашу неограниченную преданность. Я сохраню о вас вечное воспоминание. Прощайте! Верьте, я никогда не забуду того, что вы сделали для меня.
Она ответила рыданием. Белка, мало растроганный, внимательно слушал, и ему послышались шаги.
– Солдаты! – сказал он.
Кадрус встал. Герцогиня с отчаянием поцеловала его.
– Скорее! – сказал Белка. – Это дозорные.
Кадрус взял Жанну на руки и, спустившись с утеса, побежал к лодке, Белка за ним.
Герцогиня осталась одна в страшном горе.
Вдруг ее вывел из задумчивости выстрел, которым объявляли о побеге каторжника. Она вздрогнула. Дозорные приближались. Вдруг четверо таможенников под командой бригадира заметили лодку и начали кричать:
– Эй, лодка, стой! Мы хотим осмотреть бумаги!
Но лодка, вместо того чтобы остановиться, поспешала. Нельзя было сомневаться, таможенники нашли или контрабандистов, или бежавшего каторжника. Они повторили приказание. Бесполезно, лодка подвигалась все дальше от берега. Бригадир, не обращая внимания на присутствие герцогини, выстрелил, солдаты последовали его примеру. Но герцогиня вскричала повелительным тоном:
– Не стреляйте! Я запрещаю вам!
Бригадир посмотрел на молодую женщину, на лакеев, на карету. Увидел герб.
– Сударыня, – сказал он, – нам приказано стрелять в тех, кто не повинуется нашим приказаниям в случае подозрений с нашей стороны.
– А я вам приказываю прекратить эти выстрелы, от которых у меня болят уши!
– Сударыня, но они бегут!
– Кто они?
– Контрабандисты.
– Что мне за дело до них? Я пришла погулять в уединении и нахожу с вашей стороны очень дерзким мешать мне.
Лакей подошел к бригадиру и шепнул:
– Это герцогиня де Бланжини, принцесса Полина… Убирайтесь отсюда, советую вам по-приятельски.
Бригадир ворча увел своих солдат.
Знаменитый разбойник благополучно добрался до брига, который отвез его с Жанной в Англию. Жанна при этом успела захватить с собой все свои богатства.
Но бедная женщина недолго наслаждалась своими миллионами со своим мужем. Она умерла через полгода после прибытия в Лондон.
Кадрус действовал в Лондоне очень искусно. Он выдал себя за французского эмигранта и был принят с женой, с учетом ее состояния, во всех аристократических кругах. Он купил документы у одного старого французского дворянина, который, лишившись сына, не поколебался за деньги – а он был очень беден – выдать Жоржа за него. Эта подмена была сделана очень искусно.
Кадрус после смерти Жанны отправился в Нью-Йорк и сделался американским гражданином. С помощью своего громадного состояния он без труда сумел добыть место секретаря американского посольства во Франции.
Он смело приехал туда через несколько лет после своего побега из тюрьмы. Император был в России, а герцогиня де Бланжини – в Париже.
Только одна особа узнала Кадруса, которого очень изменил шрам, сделанный ему искусным хирургом, не испортивший, однако, его красоты. Эта особа, оказавшаяся проницательнее Фуше, была герцогиней. Она вальсировала с Кадрусом и сказала ему после первого тура:
– Я по-прежнему люблю тебя…