— У тебя 5 минут и не пытайся сбежать от меня. Ты еще пожалеешь, что высмеяла меня при всём колледже, — рыкнул парень, ставя резко её на ноги.
Со стороны они выглядели как страстная пара ежиков в брачный период.
— Я не пыталась высмеять тебя!
— Да, что ты! Богров на коленях… Об этом мечтала твоя извращенная живописная натура? — активно жестикулировал парень.
— Нет, я хотела доказать тебе, что мой рисунок и твои каракули разного уровня.
— О каком нахрен рисунке ты говоришь? — хрипел парень.
— Который ты через моего одногруппника подсунул куратору.
— Это из-за этой ерунды ты меня прилюдно четвертовала?!
— Я провела час дополнительного занятия, сдавая повторно работу, которую ты присвоил себе! Ты же хотел портрет?! Чем плох мой? По-моему грандиозный…Опять же по твоим схемам.
— Какие нафиг схемы?
— Твои человечки. Я нарисовала картину, поставив всех ребят в твои позы. Весь колледж хлопал. Ты — талант Богров!
— Да, пошла ты!..Хотя нет слишком просто. Вот как мы поступим.
— Мы?! Нет никакого мы, из-за тебя я поругалась с Сандром!
— Это не может не радовать, этот хлыщ мне никогда не нравился, — довольно улыбался Богров, сложив руки в замок, и внимательно её изучая.
— С каких пор твое мнение при выборе моих друзей учитывается?
— Хм, похоже, это идея, козявка. Вот твое наказание в течение следующего месяца ты — моя персональная игрушка.
15
Разумно было бы почаще говорить себе: «Изменить я этого не могу, остается извлекать из этого пользу».
Артур Шопенгауэр
«Философ пессимизма» — как его окрестили современники. Был известным мизантропом, сейчас бы его назвали одиночкой, «Хиккикамори», человеконенавистником. Жил как считал в «худшем из миров», верил в мистику, следовал Канту и держал на своем столе статуэтку Будды. Все странное причудливо сплеталось в его взглядах. А ведь именно он упомянул впервые термин «Мотивация» и имел огромную библиотеку, которую и сам ругал. Философ сделал немаловажное замечание. Что чтение само по себе вредно в огромных количествах, ведь тогда человек перестает сознавать и начинает брать чужие истины взамен своих, не успевает культивировать внутри себя собственный взгляд и помыслы. Отсюда его любовь к единению и созерцанию, ведь тем более вокруг людей, тем менее уникален ты сам. Верить ли этому? Пусть это остается за тобой, читатель.:)
У Виктории отвисла челюсть, тоже случилось с Тоней, что стояла рядом и единственная расслышавшая это заявление.
— Ответ нет, не принимается. И не пытайся увиливать, иначе будет хуже. Мои наброски покажутся тебе цветочками, — приблизился он к ней вплотную.
— Это не очень шутка, Кость, — сказала, отодвигаясь от него Вика, близость его мощного тел опаляла.
— А я и не шучу. Хочешь проверить? — хищный оскал исказил красивое лицо юноши, рука парня сомкнулась на запястье крепко и чувственно.
— Ребята! — раздался звонкий голос Лили. — ну, что? Куда пойдем?
— Ммм, мы с Викой едем в «Космос», кто с нами?
— Мы тоже с Вами! — Выдала Тоня, выдавая свое странное волнение. — Только дождемся моего друга и пойдем.
Девушка явно опасалась за целостность и сохранность своей эгоцентричной подруги-старосты. Она взяла Вику за свободную руку.
— Тоня, да, не цепляйся ты так к Вике. Я её не съем, лучше поищи своего парня, а нам надо пошептаться, — потянул крошку за собой, вырывая из нецепких лапок защитницы. Та лишь хлопала глазами и открывала рот, словно рыба выброшенная на берег.
— Он не мой парень!
— Ага, а я — не спортсмен. Уж кого-кого а друзей могла бы не обманывать, — усмехнулся он ей.
— Да, ты…ты… — хохот был ей ответом.
— Зачем ты на Тоню наговариваешь?
— Я? Это ты у нас святая простота, мне уже все Артур рассказал, — сказал он подходя к одному из окон, что выходили на центральный вход в здание. — Его зовут Виктор Ветров, как я знаю, он у них переводной студент. До этого жил года два в Швеции. Привез оттуда каких-то наград. Почему такой именитый танцор поступил наш залопупский вшивый колледж? Он там крутую школу окончил, кстати. Артур успел его хорошо расспросить, так он не признался, только его, то там, то тут ловят рядом с Тоней.
— Ты думаешь, он из-за неё? — увлеченно зашептала Вика, выдавая свой интерес и теряя всякий страх.
Костя засветился такой мальчишеской радостью, что прижал Викторию к себе и зашептал в ушко.
— Ммм, что я с тобой вытворять буду целый месяц, наивная ты моя. Хоть жизнь со мной повидаешь, а то у тебя перед глазами так и стоит мир, где я на коленях ползаю. Любишь быть главной?
Обидные слова как-то резко потонули в истоме от близости к мужскому телу. Ей казалось, что она плавится, пока он горячо дышит ей на шею, порождая табун мурашек. Вики совсем поплыла, когда он коснулся губами её шеи.
— Мне нравится, что ты такая покладистая в моих руках. Ты родителям сказала, когда вернешься? — деловито спросил он, заглядывая в её кукольное личико.
— Мама, просила не позже двух часов ночи, — прошептала она.
— Как мало у нас времени, а я тебе ещё не рассказал о правилах.
— Каких правилах?
— Для моей ручной игрушки, — довольно сказал парень, облокотившись на подоконник и расположив Вики в кольце его рук и практически ног.
Сейчас он напоминал голодного питона, готового в любой миг затянуть в свои удушающие кольца трепетную лань. То есть её.
— С чего взял, что я на это пойду?
— А куда ты денешься? Виктория надо заглаживать вину, ты ведь хорошая девочка.
— Что ты со мной как с маленькой?
— А ты для меня такая и есть. Привыкай.
— Хм! — фыркнула Вики и отвернула голову, за что заработала легкий укус за мочку уха.
Так её ещё никогда не прошибало. Нет, Виктория Белова не взвизгнула, она утонула окончательно. Кто же мог знать, что это её слабое место? Вика и сама об этом не знала, но глаза сами собой закрылись.
— Маленькая, какая ты отзывчивая, — зашептал томно Костя ей на ухо. — Так бы и съел.
И тут Вика поняла, что играет с огнем, ударив ладошкой по груди Кости.
— Ай! Ты чего? — удар за ударом пошли следом. — Вот же неугомонная. Ей бы только дай кулачками помахать.
Умелые руки быстро завели её злобные конечности за спину и заблокировали все её движения.
— Так, теперь послушай меня, маленькая фурия. Весь этот месяц, я звоню тебе — ты отвечаешь. Говорю, что делать — ты делаешь. Позвал с собой — ты идёшь… сама и с радостью.
— Как же, напыщенный болван.
— Оскорбления под запретом, за каждое высказывание я буду тебя наказывать.
— Иди в пень, каланча! — шипела она.
— Слов мы не понимаем? Тогда я тебе покажу как это будет, — Костя не просил, Костя брал.
Его губы накрыли её и он жадно их целовал, Виктория ахнула и дала повод ему сделать их поцелуй глубже. Оторопев, она просто ощущала как он терзает её рот. Сердце в гуди предательски застучало, в животе запорхали бабочки. Нет, она целовалась уже, но так как целовался Богров, её не целовал никто. Порабощая, клеймя, заставляя поддаться, и она поддалась, вжимаясь в него. Его руки уже вовсю обнимали её за плечи и шею, не давая и шанса отклонится.
— Ребят, кхм, мы конечно все понимаем. Примирение бурное и всё такое. Но может, уже поедем развлекаться? — подал голос Артур, держа Лилю за талию. Рядом высокомерно стояла Царёва, но комментировать не стала.
Виктория постаралась скоцентрироваться и густо покраснела, отталкивая Костю, но тот не уступал. В итоге все засмеялись, когда к ним подходила Тоня с Виком.
— Ребят, все в порядке? Знакомьтесь, это Вик. Он на втором курсе «Хореографии».
— Привет, — сказал парень с орлиным лицом.
Все познакомились, пожали друг другу руки.
— Ну что, идем закажем такси и поедем. Возьмем две машины, — командовал Костик, волоча за собой Белову. Рядом радостно переговаривались ребята, вскоре и кроха успела расслабиться. Никто не смеялся и ничего им не говорил. Может и было закономерным для них, что вопрос времени, когда они начнут встречаться.
Кто же мог подумать, что она будет в роли его игрушки?
«Ну, погоди, Богров, сто раз пожалеешь, что это всё затеял» — кусала она припухшее от поцелуя губы, когда он садил её в машину и прижимал ближе к себе. К ним сели Тоня и впереди Вик. Парочка о чем-то говорила. Богров довольно лыбился ей словно кот объевшийся сметаны, глядя ее по руке сквозь пальто.
— Готова отрываться, малышка? — шепнул он ей.
— Если тебе голову, то я первая в очереди, — шипел кошкой блондинка.
— Кровожадная какая, я бы посмотрел на это.
— У твоей головы будет лучший обзор на это.
— Уууу, злобный кролик вышел на охоту? — прижал он её к себе, нагнулся чтобы снова укусить за мочку. Виктория снова затихла.
— Кажется, я знаю как отключать в тебе этот режим кровожадности.
— Заткнись.
— Если поцелуешь, — провоцировал он её. — Я обещаю, что сегодня мы с тобой не будем говорить.
Его фраза породила табун мурашек и слабость в коленках. Он явно соблазнял её, будто спустил все тормоза, стоило ей бросить ему вызов. Эти игры уже не были детскими.
«С ним всё будет по-другому, по-настоящему, в сто раз острее, в сто раз ярче» — нашептывал совершенно чуждый внутренний голос.
«Спокойно, Богрова “игрушка”, мы не поддадимся и не сдадимся», — что-то внутри гаденько хихикало, на её внутренние барьеры и щиты.
07.02.
Космос выглядел…ну, очень непритязательно, но народу было много и в основном молодежь. Что с одной стороны радовало, а с другой обескураживало. На них вместе с Богровым смотрели и переговаривались. Ну конечно на фоне высокого и статного Кости, Виктория выглядела, как болонка в сумочке. Но Костя держал её за руку и как таран продвигался вперед, а за ним и их небольшая компашка. Царёвой парни свистели и пропускали, предлагая свою компанию. Девушка даже не обращала внимание, Артур же, уберегая свою знакомую и рядом идущую девушку Лилю, показывал всем желающим грозные рожи и грозно осаживал. В итоге, он выглядел как мажор в компании двух девушек, обоих подталкивал нежно в спину.