— Детка, ты как лучшая в мире конфета, — урчал Костя, выдыхая её в губы.
Сильные руки обхватили её по коленки и понесли с кухни прочь в зал.
Он аккуратно сел на старенький диван и устроил у себя на коленях свою драгоценную ношу. Костя внимательно изучал черты её лица. От ощущения их близости и единства в груди разливалось тепло. Даже квартирка со старым ремонтом и не новой мебелью успокаивали его. Какая разница, если в руках твоё персональное сокровище, которое стоит дороже десятка красивых иномарок. Девочка-куколка, девочка — мечта, и она прижимается к нему, кусает губы и боится шелохнуться.
Все девственницы такие притягательные в своей неумелости? Черт его знает. Ведь на других ему по барабану. Мысли роились и уходили ниже пояса сами собой. Свою девочку Костик мечтал проучить, и он сделает это. Опасная игра, он хотел её по-разному, надеялся, что они на одной волне.
— Не смотри на меня как мышка на удава.
— Даже если ты и в самом деле так выглядишь?
— За острый язычок у меня для тебя плюсик будет, — Костя сел с прямой спиной и спихнув аппетитную Викину попку с колен, заставил её встать рядом с диваном и жадно поцеловал. Пока она таяла и теряла голову, он использовал свою ловкость, чтобы усыпить бдительность и сделать что задумал. Викины джинсы были расстегнуты и спущены.
— Ох! — раздалось, когда она упала животом поперек его коленей.
Её попка в розовых трусиках с сердечками была полностью в его власти. Он придержал её за шею и поясницу, чтобы она не попыталась сбежать.
— Костя, что ты делаешь? — заволновалась куколка, но вскоре перестала вырываться. — Костя, не делай этого.
— Чего этого? — шептал он ей на ушко, облизывая её мочку.
Виктория зарделась как маков цвет.
— Это стыдно.
— Ну, не поверю, что такая проказница не знала, что я обязательно придумаю для тебя особенное наказание.
Его рука гладила ближнюю к себе половинку её красивой попки. Вика могла уже ощутить, как он упирается своим возбуждением в её живот, но она не вырывалась. Всё стало ясно, она тоже заинтригована.
— Что ты задумал? Я не гото…
— Чшшш, это подождёт. Секс у нас будет в другой атмосфере, малышка. Но мне категорически не нравится, что ты меня не слушаешься. Между нами всё серьезно? — да. Отменяет ли это наш уговор? — нет. А теперь терпи, — и ладошка Кости замахнулась и шлепнула её по бледной попке.
Ай! — вскликнула Вики удивленно и тяжело задышала, когда Костя продолжил шептать ей в ушко.
— В первый раз я не сильно тебя накажу. Десять, всего десять раз. Но если ты продолжишь нарушать договор, я буду делать твои наказания более интимными.
Шлепок пошел за шлепком, Костя шлепал её и шептал всякие милые пошлости, о том какая у неё красивая попка и что ей идут розовые следы от его мини порки. Вики сама не поняла, как возбудилась, также его возбуждение явно упиралось в живот. Странное ощущение азарта и радости их игр заставляла тереться о него. Костя сам тяжело дышал, а Вика еле скрывала торжество.
— Десять! — сказал он и откинулся на спинку, переводя дух. — Ох, чёрт, что-то я вымотался. Пороть непокладистых ангелочков утомительно. Ну, как ты?
Наигранно обиженно Вики попыталась подняться, но он вернул её к себе и впился в её губы.
— Ну, нет. Ты думаешь я не заметил, как ты терлась о меня как голодная кошка? — зашептал он в губы ей, когда разорвал поцелуй. — Пришло время разобраться с последствиями.
Костя хитро на неё смотрел и начал спускать резинку спортивок, а Вика сложила свои губки в форму буквы «О».
Виктория боялась и ждала этого. Так далеко она ни с кем не заходила. А вот сколько раз Костя это делал? Ревность жгучей кислотой разливалась по венам. Не успела куколка себя одернуть, когда он не стал спешить и спустил только штаны.
— Прикоснись ко мне, — как надрывно и просительно обратился он.
Вика посмотрела на Богрова, сейчас он был как самый вкусный в мире десерт, кусал губу и взгляд был полон страсти. Было что-то еще…
«Быть не может! Он волновался? Костя такой обычно самодовольный и непробиваемый, сейчас был зависим от неё. Был ли он таким для другой? Нет, у него никогда не было девственницы. Будь здесь другая, он не был так осторожен. Такой только Костя лишь с ней» — подумала Белова.
— Прикоснуться? — строго проговорила Виктория.
Его красивые синие глаза взметнулись на неё с удивлением. Он лишь кивнул, но взгляд не разрывал. Вика сдалась. Она хотела его для себя, всего. Значит нельзя его отпускать, привязать к себе. Но как? Ведь она — неопытная девушка. Вики видела что-то такое на DVD, спрятанных родителями в гостиной среди книг по истории. Рука ласково легла на его выпуклость и потерла.
Костя выпустил воздух и закрыл глаза.
— Кость, я не такая знающая, как мне…тебе…? — слова не находились.
— Делай что хочешь, только не отпускай меня из своих райских ручек, — сипел Богров. — Я сниму трусы?
Вика сглотнула и кивнула, затаив дыхание. Медленно дюйм за дюймом он стягивал свои черные боксеры, открывая вид на его внушительный орган. Она, конечно, видела у братишки как он выглядит, на кассете тоже, но совсем другое видеть его в живую.
— Детка, коснись меня, пожалуйста, ожидание лишает меня сил, — молил он её.
Вика решилась и обхватила его посередине еле сомкнув свою ручку.
— Ох, черт, я на небесах? Нет, я точно воспарю, — шутливо, но вместе с тем искренне поддержал он её. — Давай двумя и двигай ими по нему. Да, так, крошка. Блин это офигительно…
Вика увлеклась этим, так как его верхушка стала больше и покраснела.
— Тебе правда хорошо? Ты покраснел тут.
Он хохотнул и застонал, затем потянул её к себе за шею и впился поцелуем. Целовал её, пока она гладила его. Голова шла кругом. В воздухе витало их общее возбуждение, затем его рука легла на её кисть и он начал показывать, какой ритм и силу сжатия хотел. Виктория вложила всю свою страсть, чтобы помочь ему получить освобождение. Вскоре Костя начал задыхаться и дергаться в её руках.
— Ангел, я уже….сожми мою головку быстрее, — командовал он, помогая своими руками.
Костя громко застонал и закатил глаза, откинувшись. В её ладошки попало его освобождение. Так много, она гордилась с собой. Будто выиграла самый большой приз.
— Ты идеальная, — вымолвил он, пряча в руках своё достоинство. — Пойдем, уберём с твоих рук последствия.
Он завел её в ванную, а сам ушел в туалет. Она смыла с рук его сперму и вышла в коридор. Вскоре появился уже одетый Костя.
— Ну, теперь я прощена, господин? — лукаво посмотрела она на Богрова.
— Хм, твой господин доволен, но не сыт.
— Как? Я же вытерпела твою порку, доставила тебе удовольствие, — наигранно возмутилась Вики.
— Ангел, я давно касался тебя там, где кроме меня никого не было. Я хочу облизать тебя там, чтобы ты извивалась и кричала моё имя, — говорил он, отрывая её от земли и неся обратно в зал. — Только тогда я буду доволен.
— Не уверена, ведь моя попка горит. Тебя слишком много на мне.
— Если ты боишься, что я не буду аккуратен то, ты ошибаешься. Уже через минуту ты обо всем забудешь и будешь хотеть меня у себя между ног, — шептал он её на ушко и кусал мочку.
Виктория уже поняла, что ни за что его не отпустит, пока не почувствует всё, что он ей пообещал.
— Мне никуда не деться от своего настойчивого господина?
— Никогда. Ты больше не захочешь быть без меня, детка, — он аккуратно поставил её и мучительно медленно снимал с неё джинсы, а потом уложил на живот, подтянув её попку вверх, заставив выгнуться и стоять на коленях.
— Кость, я не могу…это смущает, — зарделась она, находясь ещё в трусиках и джемпере.
— Помнишь, я говорил, что я серьезен? Мы будем учиться доверять друг другу. Я хочу тебя увидеть там. Я буду нежен, — долгие секунды они смотрели друг на друга, когда она кивнула.
Черта была достигнута.
Холодные руки Кости потянули вниз её трусики, а она спрятала покрасневшее лицо в волосах, закусив губу и ждала. Костя громко простонал. Она следила за собой, не взирая на отсутствие интимной жизни. Но это обнаженность казалась ей такой опасной. Шершавые подушечки пальцев легли на её попку и ласково погладили.
— Ты такая красивая. Я тебя так хочу, что даже больно. Знаю ещё не время, надо довериться друг другу, но теперь я ни за что от тебя не отступлюсь. Ты моя — Вика. Ты слышала? — в голосе появилась сталь.
— Да, но только если и ты только мой. Обидишь меня.
— Этого не будет!
— Поживём — увидим, — цинично заметила она и поерзала. Богров не дал ей пошевелиться и обдал её горячим дыханием, когда язык скользнул по её складочкам.
Вики потеряла всю свою решительность, превратившись в одно сплошное желе. Костя изящно касался её в том самом местечке, и она всхлипывала, кусала губы. Женщина в ней кричала бы от потери, остановись он. Только Костю было не оторвать. Он исследовал её, касался чувствительной бусинки, посасывал её и прикусывал, даря Виктории неземное удовольствие.
Незаметно для себя Вика уже стонала его имя, молила закончить эти муки или не останавливаться. Когда его умелый язык проник внутрь и начал её вылизывать, а большой палец тереть набухшую горошину. Виктория кончила второй раз в своей жизни, распластавшись на диване. Ласковые руки Кости гладили её по спине.
— Моя девочка. Ты — великолепная и самая желанная девушка для меня.
Стоило Виктории поднять голову, как его губы накрыли её. Она ощутила свой собственный вкус. Это смущало, но в этом было что-то неистовое, интимное. Словно она клеймила его собой.
Костя прервал поцелуй:
— Тебе помочь добраться до ванны?
— Да, пожалуй, — сказала она, оплетая руками его могучую шею.
Пока она принимала ванну он стоял за ширмой и они говорили.
— Ты останешься на ночь?
— Нет, ангел, мне нужно завтра на тренировку. Но в следующий раз мы обязательно заночуем вместе. Вик?
— Да? — взволновано ответила девушка, мыля себя гелем для душа с помощью губки.