— Это вовсе не так! Я его ненавижу!!! — крикнула с обидой Вики, а сердце в груди сжалось. — Он просто здоровенный придурок.
— Да-да! От любви до ненависти — одно море гордости. Увидимся завтра! — крикнула Тоня, покидая этаж.
«Ничего она не понимает. Это война! Я должна подготовиться!» — строила планы возможной подставы и мести Вика, следя за распорядком дня врага.
Тем временем на разминке гоняли Костю. Он был привычным. Тренер говорил, что ему полезны разминки и дополнительные тренировки, но нагрузки на плечевой сустав нужно минимизировать, чтобы не повредить машцы. Костя не стремился к активности, но его куратор Виктор Семенович Силов. Заслуженный мастер спорта России по биатлону, был строгим и упрямым человеком. В разговоре с ним, пришлось отстаивать свои принципы и цели до чуть ли не драки. Замкафедры Физкультуры и спорта Смелых Станислав Олегович сумел найти компромисс, когда у Богрова уже сжимались кулаки и повалил пар из ноздрей.
— Хорошо, мы учтём указания тренера Богрова., - сказал завкафедры.
— Но я с него буду спрашивать в разы больше. Другие ребята будут злиться. Ну и что?! Пусть себе звезда местного разлива, — вставил свои «3 копейки» куратор.
— Местным, Виктор Семенович, я был до этого лета. Теперь Международного, я уже сейчас планирую участие в Олимпийских играх. Приложу все усилия.
— Замечательно, даже похвально. Так, за коим ты учиться дальше пошел, чтобы прогуливать остальное и корочки за красивые глаза получить?
— Я буду учиться, разве я отказываюсь? Мне просто нельзя определенный ряд упражнений и нагрузок.
— Ишь, какой фарфоровый. Не разобьешься, — фыркнул Силов.
— Не разобьюсь, но таково решение тренера, я не могу рисковать карьерой. Родители прилично в меня вложили, чтобы я сейчас себе мышцу потянул и выбился от графика.
— Такое сплошь и рядом, это спорт!
— Мне не нужен спорт, только легкая атлетика, — резюмировал парень.
— Разговор окончен. 10 кругов по стадиону, — грубо оборвал перепалку Виктор Семенович.
Парень бежал и чертыхался про себя. Такими темпами, у него не хватит и времени свободного. Меж тем там, где-то с кисточками и красками сидит мелкая пигалица, малюет и хохочет с новыми парнишками и девчонками. Строит глазки и во всю наслаждается своей молодостью. Внутренний гаденький червяк, так и подмывал навестить эту «художницу» и рассказать, какая она вредная стерва. Заставить её заплакать и бросить всех дружочков.
Да, именно эта картина вызывала у него удовлетворение. Никто её не замечает, а он довольно смеется рядом с ней, накручивая на палец её длинные локоны. Тряхнув наваждение, парень прибавил в беге.
— Как прошло начало недели, вишенка? — спросила мама Вики, качая на руках младшего братика.
Карапуз имел милый светлый пушок на макушке и светло-серые глазки. Мама в период декрета посещала свекровь за городом. Проводив дочку на первый учебный день, счастливая старшая Белова, ныне Кравцова, уехала на три дня на дачу.
— С возвращением мам. Перестань так меня называть, я понимаю, что с рождением Митюни, ты стала умиляться всему. Мне вообще-то стукнет через месяц 18 лет.
— Сколько патетики, дочка. Будь тебе 40, ты все равно будешь моей маленькой дочуркой. Надеюсь, ты не обижаешься, что я мало провожу времени с тобой? — возмутилась Ольга, перехватывая на другую сторону братика Виктории.
— Ну, за это конечно нет. Я обожаю братишку, ты же знаешь. А вот неделька моя началась отвратительно. Только ленивый, не пытался мне что-то высказать. Наш куратор сказал, что спуску не даст. Я решила быть старостой, успешно, — сумку Вики бросила на диван и пошла к холодильнику. С кухни она вернулась со стаканом сока. — У нас в группе 15 человек, из них 6 мальчиков. Я уже сблизилась с некоторыми из девочек. Вроде ничего…
Виктория замолчала, присаживаясь на диван и ставя на журнальный столик стакан, решая для себя, стоит ли говорить матери о Богрове. Она открыла, было, рот, но мать перебила:
— Ничего? Это всё? — Митя был спущен в манеж заботливыми руками.
— Да, это всё, — настрой улетучился. — Прорвусь. Ты же не захочешь слушать, как я горюю о своем росте и мальчиках, которые это замечают?
— Нет, уж точно не хочу. Не буду потворствовать твоим комплексам. Ты у меня просто очаровательная куколка. А все эти мальчишки либо недалёкие, либо такие же закомплексованные, как и моя талантливая малышка, — мама присела рядом и обняла Вику. — Пройдёт, развивай себя, стань самодостаточной и люби себя какая есть.
— Спасибо и на этом, мам, — Виктория обняла маму в ответ. — Зная какая ты категоричная на мои глупости и слабости.
— Вспомни как мы жили одни. Это было тяжело, но мы смогли. Ели кашу на воде, а вместо дорогой колбасы покупали ливерную. Это те испытания, которые мы обязаны были снести. Теперь всё изменилось. Нам воздается за труд и терпение. Будь истинной Беловой, мы не прогибаемся.
Виктория заулыбалась и прильнула к маминому плечу.
— С такой поддержкой, кажется, я смогу забыть о своём комплексе.
— Давно пора, скоро 18, а чувство, что всего 13.
— Это возмутительно! — ахнула шутливо младшая Белова.
— Возмутительно справедливо. Свои страхи нужно высмеивать и тогда они становятся предубеждением.
— Предубеждение? — прошептала еле слышно Вики.
— Кость! Больше точности в перебежках. Ты уже второй раз сбиваешь скрестный шаг, — ворчал тренер. — Что с тобой?
— Простите, тренер. Нагрузка в колледже. Дали лишних кругов.
— Хм, — сурово сказал тренер.
— Иван Павлович, я знаю, выложусь, — вычеканил Костя.
— Меньшего я не жду. Слабакам медали не дают. Вперед!
— Да! — сказал парень встал к черте, держа копье в руке парень.
Жизнь уже не будет прежней. Для себя понял Богров. Нужно быть внимательнее, больше концентрации и меньше спеси. Иначе куратор в колледже сделает жизнь нестерпимой. Богров не был трусом, но и врагом самому себе. Перед грядущими соревнованиями нельзя терять форму. Один тренер в колледже и один в секции — тяжело, но выполнимо.
Спорт — это превозмочь боль, усталость, лень. Это дает смысл, спорт лечит душу от недуга. Костя усвоил этот урок не так давно, но именно такой ему и был нужен.
Выходя в ночь из спорткомплекса, на Богрова смотрели звезды и одиночные фонари. Неприятный холодок после душа щекотал шею кончиками мокрых волос. Кутаясь вплотную толстовку и прижимая большую спортивную сумку, Костя шел по ночному городу, зеркало витрин встречали его усталым выражением себя самого. Он лишь на миг задержался у витрины сувенирного магазина, оттуда на него смотрела красивая фарфоровая кукла со знакомыми темными глазами. Перед взором так и встала воинственная девочка, колючая словно ёжик.
Костя нахмурился и сжал челюсти.
«Отчего эта пигалице всюду мне видится? Мало девчонок?.. Много только ни одна не отбивается от него, Не грубит и не царапается…» — хмыкал собственным мыслям замерший у витрины Богров. — «А может это знак? Я что-то совсем расслабился. Надо ей о себе напомнить. Завтра как раз у меня нет физической культуры в колледже»
Заулыбался собственным мыслям, так что продавщица в магазина беззвучно ахнула, любуясь на красавчика с шикарной улыбкой. Замахала руками словно ей жарко, желая проследовать за парнем и пригласить женщина подошла вплотную к двери, но молодой человек уже устремился дальше по скверу торговых павильонов.
— Какой парень! Его девушка будет самой счастливой. Будь я на лет 10 моложе. Ух! — забормотала продавщица.
8
Наша ссора очень элегантна: мы только испортим её, если начнем объясняться.
Ричард Шеридан.
Данное высказывание не требует пояснений, но стоит лишь упомянуть об авторе цитаты. Известный британский драматург и поэт, этнический ирландец в своей яркой и творческой жизни имел презабавный случай, связанный с дуэлью. Вышло так, что в самом начале своего пути Шеридан дважды отстаивал честь своей будущей супруги. Все бы ничего только в обоих случаях дуэлянтами были сам Ричард и некто капитан Томас Мэтьюс. В первый раз дуэль должна была состояться в Лондоне на Гайд-парке, но огромная публика вынудила перенести её в менее значимое место. Орудием спора выступали шпаги, в первый раз Мэтьюс её в пылу сражения «обронил», пришлось в газете прилюдно извиняться. Вызванный ажиотаж тем заявлением, в итоге раззадорил толпу, а она собственно несчастного Томаса. Повторный вызов последовал скоропостижно, как человек чести Шеридан не смог отказать. Дрались мужчины, покуда не сломали обе шпаги, но это не остановило затейников. В итоге с ножевыми ранениями оба попали на койки. Крепкое здоровье ирландца не подкачало, и уже через 8 дней Ричард уже был на ногах, в третий раз Томат решил не рисковать здоровьем и просто сбежал.
Константин не любил откладывать грандиозные планы. Тело нещадно ломило после вчера, в икрах противно ныли мышцы, но напротив расписания он стоял как кремень. Итак художники имели четыре пары. «История искусств», «Обществознание», «Живопись» и «Рисунок».
— Что за бред они проходят? — хмыкнул Богров. — Так у меня будет время придумать план, аж целая пара.
— Костя? — раздался слащавый голосок слева.
Парень оглянулся. Рядом стояла девушка с третьим размером груди, что кадрила его в первый день.
— Здорова, — хмыкнул парень.
— Маша. Помнишь, мы виделись в…
— Да-да, помню. Чего хотела? …Хотя нет постой. Ты с какого направления?
— О, я пою. Вокал.
— Да? В каком жанре? — а в мыслях парень уточнил «А я думал, что танцуешь стрип».
— r’n’b(эренби), — похвасталась матрешка.
Костя чудом не заржал, поперхнувшись.
— К..как. кхм…получается?
— Да, очень даже. Хочешь спою?
— Нет, я подожду посвящения. Ты там выступать будешь?
— Нет, но я, наверное, смогу поучаствовать, — нахмурилась нерешительно Маша, потупив взор и сомневаясь.
— Я буду ждать. Постарайся, — похлопал её по плечу Богров и поспешил скрыться.
День был просто прекрасен светило солнце. Вика выспалась, успела красиво одеться. В этот раз бархатное синее платье с белым воротником и легкая ветровка, на ногах ботиночки на платформе. Красивая французская коса обрамляла всю голову и лежала на ее плече, изящно дополняя образ. Девочка не спешно доехала на маршрутке к колледжу. Добрый дядя придержал ей дверь на выходе. Сегодня были хорошие занятия. На паре «Рисунок» девушка планировала размять свои пальчики и отточить мастерство в зарисовке. Благо Даниил не запрещал им пользоваться карандашами. Иначе можно было атрофировать мозг и заодно напрочь забыть, какого это — держать в руке инструмент для рисования, а не к примеру, ложку или нож.