— Что? — Гнев вспыхнул в груди юноши. — Что у нее есть голова на плечах? Что она может думать сама? Что она легко может бросить нам вызов, и не станет послушно со всем соглашаться со всем, что мы ей скажем?
Король задумчиво нахмурился и провел рукой по бороде.
— Может быть, есть какой-то способ что-то сделать с твоим браком.
Каз отшатнулся, и эти слова прозвучали как пощечина. Мысли охватила неожиданная паника: он может потерять Мэри.
— У тебя нет никаких прав вмешиваться в мой брак, — сказал принц ледяным тоном. — Это контракт между мной и Мэри. Тебе понятно?
Его отец выглядел таким удивленным, что у него, казалось, не нашлось слов, чтобы ответить на это
— Я собираюсь поговорить с Дэмианом, — сказал Каз. — Может быть, он скажет мне, действительно ли совершил преступление. Если так, то мы можем говорить о соответствующем наказании. Но если он этого не делал, то мы держим и пытаем человека, который не сделал ничего плохого. Я не знаю, что более ужасно: наши действия или тот факт, что вы, кажется, нисколько не обеспокоены ими.
Он отвернулся от испуганного лица отца и спустился по ступенькам в подземелье. Он медленно выдохнул, желая, чтобы сердце перестало бешено колотиться в груди. Его всего трясло, но на душе стало значительно легче. Наконец-то он высказал то, что давно копилось внутри.
— Я… я не могу опять это делать… я… — Донесся снизу мужской голос. Каз замедлил спуск, прислушиваясь.
— Мы будем менять охрану, — сказал Гало. — Никому не придется делать это больше одного раза. — Он сделал паузу. — Рик, не смей блевать здесь, выйди наружу.
Каз сделал последний шаг. У дальней стены стояли два стражника, и Каз сразу понял, кто из них Рик. Он был молод и бледен, руки его дрожали. Увидев Каза, стражник быстро спрятал их за спину.
— Вам двоим нет никакой необходимости здесь находиться, — сказал Каз. — Подождете наверху? — Стражники кивнули и бросились мимо него к лестнице.
Гало стоял перед камерой Дэмиана, Каз остановился рядом с ним. Дэмиан лежал на полу, его лицо было окровавленным и распухшим. Свежая кровь была размазана по его рубашке.
— Охотники уехали, да? — тихо спросил Каз.
— Да, еще утром. За исключением того, что голову расшиб.
— Его так и не привели в себя?
— Нет, когда я его нашел, он уже был мертв.
— Итак, мой отец приказал стражникам взять на себя руководство пытками Дэмиана.
— Да.
Каз запустил пальцы в волосы.
— Пытки вообще-то не входят в их должностные обязанности.
— Не входят. Поэтому нам нужны были добровольцы, но…
— Но добровольцев не нашлось. — Каз внезапно почувствовал прилив гордости за охранников. — Молодцы.
Голова Дэмиана дернулась, когда один его глаз открылся. Другой распух и не открывался. Он перекатился на бок, и ему потребовалось некоторое время, чтобы сосредоточиться достаточно, чтобы узнать Каза, стоящего у двери его камеры.
Он рассмеялся, — печальный, глухой звук, эхом разнесшийся по подземелью. Он перевернулся на спину и, поморщившись, приложил руку к животу.
— Я ведь умер? — сказал он, и в его голосе послышались веселые нотки. — Я всегда считал, что после смерти меня ждет наказание. Твое лицо — это мое наказание?
— Нет, ты не умер.
— Жаль. — Дэмиан пошевелил челюстью, словно проверяя, работает ли она по-прежнему или же сломана.
— Сколько тебе лет? — спросил Каз.
Дэмиан наморщил лоб и нахмурился. Ему потребовалось несколько мгновений.
— Семнадцать. Или восемнадцать. Я потерял счет времени.
— У тебя есть семья?
— Да. Хотя все, кто был связан со мной по крови, были убиты. — Он понизил голос. — Но да, у меня есть семья.
— Так вот почему вы направлялись в Олсо? Она там?
И от его искреннего смеха затряслась грудь.
— Нет.
Каз помолчал, глядя на Гало. Стражник стоял всего в нескольких шагах от них, нахмурив брови и наблюдая за ними. Он раздумывал, не попросить ли Гало уйти, но, возможно, Каз хотел, чтобы он услышал этот разговор с Дэмианом. Ему нужно было знать, чувствует ли Гало то же самое, что и Каз, или его мысли больше совпадали с мыслями короля.
— Охотники убили всю его семью, — сказал Каз. Это было утверждение.
Челюсти Дэмиан напрягся.
— Ваши охотники убили мою семью, да.
— Наши охотники убили твою семью, — повторил Каз, потому что это была правда. — Чем ты занимался до вторжения Леры?
— Что ты имеешь в виду?
— Тебе было около шестнадцати, когда мы вторглись, верно? Ты учился в школе? У руинцев есть школы?
— Нет. Родители обучали детей дома. — Он помедлил, а потом добавил: — Но я получил образование в замке вместе с Эм и Оливией.
— Эм, это Эмелина? — спросил принц.
— Да.
— Ты дружил с сестрами Флоренс? Или ты приходился им родственником?
— Мы просто дружили.
— Значит, твои родители должны были знать Венду Флоренс.
— Все знали Венду, — сказал Дэмиан, проведя рукой по лбу. — В Руине было устроено не так, как у вас. Это вы изолируетесь от своего народа, словно боитесь его.
— Ты получил боевую подготовку? — спросил принц.
Дэмиан едва заметно пожал. Но прямо так и не ответил.
— Вы участвовали в нападении на замок Валлос? — спросил Каз, вспомнив встревоженное выражение лица Мэри вчера, когда она спросила о Дэмиане.
И вновь Дэмиан лишь пожал плечами.
— Тебя воспитывали в ненависти ко всем, кто не был руинцем?
Дэмиан убрал руку со лба и повернул голову, чтобы посмотреть на Каза.
— Нет.
Каз взглянул на Гало. Стражник стоял, скрестив руки на груди, с серьезным выражением лица. Он едва кивнул Казу, как бы говоря ему продолжать.
— Ты убил кого-нибудь до вторжения Леры?
— Мы же не убиваем друг друга. А с другими народами общаться не доводилось. — Он фыркнул. — Не могу сказать, что вы, ребята, произвели очень хорошее впечатление.
— Наверное, ты прав, — тихо произнес Каз.
Между бровями Дэмиана появилась складка, когда он внимательно посмотрел на Каза. Он открыл рот, как будто собирался что-то сказать, но тут же закрыл его, нахмурившись еще сильнее. Каз отступил назад, чтобы присоединиться к Гало у стены. Он наклонил голову, его слова предназначались только стражнику.
— А ты никогда не задумывался, — сказал он, глядя в землю, — может быть, это мы опасны, а не руинцы?
Гало ответил не сразу.
— Постоянно.
Глава 15
— План номер раз. — Эм подняла один палец вверх и прошлась по своей спальне. — Мы изо всех сил пытаемся сохранить ему жизнь, пока не будем готовы начать. Тогда замок все равно будет наш, и Дэмиан выйдет на свободу.
Арен кивнул, прислонившись к стене и глядя в окно. Солнечный свет струился по его лицу и падал на синюю рубашку стражников.
— Какое-то время ему придется терпеть пытки, — тихо сказал он.
— А то я не знаю. — Эм сглотнула. — План номер два. Ты вызываешься добровольцем в очередную смену, убиваешь второго стражника, и вы оба сбегаете.
— Если он вообще в состоянии бежать. Не говоря уже о том, что мое освобождение Дэмиана и исчезновение навлечет подозрение на тебя.
Она застонала и запустила руки в волосы.
— Забудь о плане номер два. Или! Давай так. Пусть все выглядит так, будто Дэмиан убил другого стражника, использовал свою магию руинца, чтобы выбраться из камеры, и сбежал сам.
— Ну освободится он, и что? Ему в любом случае будет очень тяжело перебраться через стену замка, а уж уйти от других стражников и подавно.
— У тебя есть идеи получше? — раздраженно спросила она.
— Нет. А есть план номер три?
— Узнать, как можно скорее, где находится Оливия и удрать отсюда.
— Этот еще хуже. Выдать себя, разрушив прикрытие, еще до того, как мы будем готовы напасть? Тогда все уже предпринятые усилия были напрасными. Они только усилят оборону.
— А я и не говорила, что планы хороши, только и твоего полета мысли не наблюдаю.
Он повернулся, задрав голову к потолку.
— План номер четыре: позволить Дэмиану умереть.
Она схватилась за один из столбиков изголовья кровати, сжав его почти до треска.
— Не смотри на меня так, — сказал Арен. Он несколько раз моргнул, но она успела заметить слезы в его глазах. — Мне требуется вся сила воли, чтобы не броситься туда и не поубивать всех, даже в непосредственной близости от его камеры. Но наше дело больше, чем одна жизнь. И тебе это прекрасно известно.
Она убрала пальцы со спинки кровати.
— Известно.
— План номер один. Это единственный вариант. Заставь их как можно дольше не лишать его жизни.
— Может быть, он сможет подкинуть им немного информации, притвориться полезным, чтобы они решили его не сразу убить, — сказала она. — Я хочу поговорить с ним. Можешь пойти в смену добровольцем?
— Могу. На ночную смену еще никого не назначили.
— А с тобой будет кто-то еще?
— В смену назначают двоих. Но я могу с помощью своих сил скрутить ему желудок. Так что ему будет плохо, и он не сможет стоять.
— Хорошо. Скажешь, когда будешь готов.
В ту ночь Эм шла по южной поляне, в четвертый раз оглядываясь через плечо. Она не сказала Казу, что собирается навестить Дэмиана, и не хотела, чтобы он заметил ее и пошел следом. Каз и его родители узнают, что она навещала его, но лучше объяснить это позже, чем спрашивать разрешения сейчас.
Она спустилась по ступенькам в подземелье, приподняв подол своего светло-фиолетового платья. Чем дальше она спускалась, тем темнее становилось вокруг, единственный свет исходил от фонарей, расставленных вдоль стен через каждые несколько шагов. Стены были голыми и серыми, совсем не похожими на яркие цвета замка. Было прохладно и тихо, и она вдруг вспомнила о доме. Подземелья Леры очень походили на Руину.
Сначала она увидела Арена, который стоял, прислонившись к стене, и наблюдал за лестницей. Еще один стражник стоял в нескольких шагах от него, и он выпрямился, когда заметил Эм. На его лице отразилось удивление.