- Но зачем? - подошла к нам Цуме: - Ты же, вроде, собирался отдать ее обратно?
Я пожал плечами:
- А вдруг я не договорюсь с Хирузеном? Тогда у нашей деревни появится еще один джинчуррики. И уж тогда, имея ее в своей группе... - почему-то в моих устал слово 'имея' прозвучало со скрытым смыслом. Задумавшись над этим самым 'скрытым смыслом', я даже запнулся и произнес: - Хм. В общем, я стану неприкасаемым.
Наоми тряхнула головой:
- А как же?
Я легкомысленно пожал плечами:
- Одно другому не мешает.
Цуме покосилась на подошедших Генму с Эйджи и спросила:
- А что этому может помешать? По-моему если нам удастся ее перманить на свою сторону, то можно будет даже на два фронта воевать. Причем до победного.
Я вздохнул и посмотрел Наоми в глаза:
- В принципе, мы и так собирались выносить этот вопрос на Совет кланов, поэтому Цуме и так бы узнала, но позже. Поэтому, ей можно сказать. - я перевел взгляд на Генму: - А как насчет тебя? Будешь ли ты молчать о том, что увидишь или сообщишь Хокаге или Данзо?
- А что я увижу? - насторожился джонин: - Это может навредить деревне?
Фыркнув, я начал говорить:
- Все может навредить деревне, если неправильно этим воспользоваться. Даже вишневая косточка, скрепка или сенбон, что ты держишь в зубах. Весь вопрос в том, что бы аккуратно с этим обращаться. Хирузен и Данзо вызывают лично у меня сомнения в своей адекватности. И пример этому - то что происходит сейчас с Наруто Узумаки, урожденном Намикадзе. Сын Четвертого живет всеми ненавидимый и в гребаной бедности. При всем том что на счетах только его матери висит, я уверен, больше миллиона. Она была химе клана Узумаки, а ее сын питается раменом и живет как бесклановая сирота. Его отец - Четвертый Хокаге, отдавший жизнь за деревню, а его все ненавидят. Это - правильно? Ответь мне Генма?
Он неожиданно скрипнул зубами и опустил взгляд:
- Я тоже этого не понимаю. Нас тренировал Минато. Мы были его телохранителями. Он был прекрасным шиноби и самым достойным из всех нас. Его сын уж точно этого всего не заслужил. - он поднял взгляд и твердо произнес: - Но сейчас разговор не о нем. И если уж на то пошло - я бы хотел сам судить о том что опасно для деревни.
Я заинтересовался:
- И сколько у него было охранников?
- Нас было трое. - пожал он плечами: - Райдо, Иваши и я.
- Интересно... Если вы были так преданны отцу быть может вы послужите его сыну? - он недоуменно наклонил голову на правое плечо, а я достал из кармана запечатывающий свиток и раскатал его на земле: - Что ж - отлично. Сейчас я покажу вам, для чего мне нужна поддержка кланов на будущем Совете. И твоя, Цуме.
Когда я подал чакру в свиток, рядом с ним возникло замотанное в ткань тело. Я раздвинул ткань на лице умершей.
- Это кто? - спросила Цуме.
Генма сощурился и начал гонять сенбон во рту. Очевидно, он уже все понял.
- Пакура Собаку. - произнес я: - Именно ради санкционирования включения ее в свою группу, я и созываю Совет кланов.
Генма выплюнул сенбон и воскликнул:
- Твою мать! Все понятно! Ты боишься, что старые хрычи упрутся и хочешь на них надавить решением Совета!
Я молча запечатал труп обратно и спрятал свиток в карман.
- На фоне всего этого можно и выложить перед Советом нашу джинчуррики. Но сможешь ли ты их переманить в свой цветник? - широко улыбаясь, спросила Цуме.
- Насчет Пакуры я уверен. Ее предали свои.
Генма выпучил глаза и воскликнул:
- Они что - в Суне все не нормальные? У них же война с Ивой!
Я бросил:
- На Коноху посмотри - вот уж сборище старых маразматиков, цепляющихся за власть до последней возможности. - он смешно сдулся и я продолжил: - А вот насчет нее... - я красноречиво мотнул головой в сторону парализованной печатью женщины - ...не знаю. Есть, конечно, пара мыслей, но Кумо, в отличие от нас, своих джинчуррики холит и лелеет. Вон Би - чуть ли не в масле катается. Конечно, наша девочка не белобрысый качек, являющийся названным братом Райкаге, и ее любой обидеть может, но... - я пожал плечами и поинтересовался: - Так что, Генма? Что нам от тебя ждать?
- Я буду молчать. - кивнул он: - А что ты имел в виду, говоря, что мы можем послужить сыну Четвертого?
- Ну, тренировать же его нужно? Или джинчуррики сам сразу становится S-классом?
Он поморщился:
- Да вряд ли, чтоб напрягли нас. Есть же еще Какаши Хатаке. Он был учеником Минато.
Какаши? Что-то знакомое... А! Последний из клана Хатаке.
- А кто это? - спросил я на всякий случай.
- Сейчас он служит в АНБУ. - пожал плечами Генма: - После смерти на Третьей Войне своих сокомандников он получил предсмертный дар от одного Учихи - шаринган. - так вот кто лазит с шаринганом в глазу! Генма между тем продолжил говорить: - Это страшно его подкосило. А когда погиб и его учитель, он замкнулся в себе и на работе. О, Ками! Если даже ужимки этого клоуна Гая его оставляют равнодушным. Зато как шиноби ему нет равных - очень техничен, а благодаря его шарингану он скопировал множество самых разнообразных техник. Если он не утворит чего-то или не погибнет, то именно ему, вероятнее всего, доверят тренировки Наруто.
- Понятно. Кстати, а вы нашли Хизаши?
Эйджи довольно показал маленький футляр с запечатывающим свитком:
- О, да! Пришлось в тенкецу потыкать пальцем, да в ранах поковыряться и - кое-кто оказался не такими уж и крутым. - похвастался он.
- Футляр не открывал?
- Да нет... - насторожился Хьюга.
- Проверь его перед этим бьякуганом.
Он сощурился и активировал свое додзюцу. Покрутив футляр в руках, грубо выругался:
- И правда - ловушка.
А сильно по мозгам стимуляторы бьют. Что б Хьюга да тупил? Да и я, в принципе, уже третьи сутки без сна. Может и не в стимуляторах дело. Я обратился к Учихе:
- Наоми, помоги ему. И давайте тут быстрее закругляться. Может пока выставить в охрану теневых клонов? Что б не было неожиданностей?
Засунув в запечатывающие свитки все что можно и немного разбросав расходники Киригакуре, мы выступили в путь десять минут спустя. Наш путь пролегал напрямик к морю. В этот раз мы не несли на руках других членов нашей команды. Через два часа мы достигли обрывистого берега.
Высота обрыва была метров тридцать он тянулся слева и справа до самого гризонта.
- Создаем теневых клонов и отправляем их в море. - скомандовала Наоми.
Сразу после того как наши клоны спрыгнули с обрыва и понеслись по морю вдаль, я произнес:
- Приготовьтесь. Наполните мышцы чакрой - я воспользуюсь своими личными силами для следующего этапа.
Захватив всех в телекинетику, я поднялся с ними в небо, а потом применил массовый 'шуншин' в сторону Конохи. Мы возникли в небе километрах в двух над поверхностью и километрах в десяти от точки старта. На этот прыжок у меня ушло около одной пятой моей чакры. Криво улыбнувшись, я применил 'шуншин' на максимальную дальность еще три раза, постоянно корректируя направление, а в конце более короткий, но у же прямо к поверхности.
Мы все мягко встали на ноги.
- Как далеко мы убрались? - спросила Наоми.
Я ответил только после того, как забросил в рот и съел пищевую пилюлю:
- Больше тридцати километров к югу. Море в километре от нас в ту сторону. - я указал рукой направление.
- Хм. Тридцать километров. Полчаса бега среднего шиноби. Акио, ты способен продолжать путь?
- Да. - кивнул я - Только не обессудь, но я буду постоянно что-то жрать - я потратил почти всю чакру.
- Что ты. - она улыбнулась и скомандовала: - Двигаемся к сторону Страны Огня до обеда. Я бы хотела сделать остановку на нашей территории, но как получится.
Все молча кивнули, признавая ее правоту. Неожиданно я увидел как вся команда покосилась на меня и тоже стала забрасывать в рот пищевые концентраты. Перекусив таким образом, мы понеслись дальше на юг.
Нам удалось без особых происшествий добраться до северных областей Страны Огня.
Выбрав место, мы расставили теневых клонов в охрану и организовали очень примитивный лагерь. Мы не развели даже костра.
Впервые за трое-четверо суток почти беспрерывных скачек, погонь и схваток мне удалось немного поспать до вечера.
После захода солнца меня разбудил мой клон. Сон крайне благотворно сказался на мне - чакра полностью восстановилась, а пищевые пилюли наполнили мое тело энергией. Я даже провел легкую тренировку.
В разгар ее Эйджи расстелил на земле запечатывающий свиток с телами и стал его изучать на предмет повреждений и неизвестных фрагментов.
Спустя пять минут мы удостоились вида на тело Хизаши и главы ниндзя Кумогакуре.
Я подошел ближе и склонился над телом Хьюги, начав проводить углубленный анализ состояния трупа.
У Хизаши не было глаз, а тело было все в швах. Похоже, что ирьенины Конохи с особой тщательностью подошли к вопросу сохранения секретов Хьюг.
Невзирая на то, что тело сохраняло целостность, его чакросистема была разрушена сильнее, чем у полуразложившегося трупа. Тем не менее - я уже восстанавливал подобные образцы даже в начале нашей работы с Хирузеном. Тогда у меня получалось восстановить подобные трупы на несколько сеансов. Сейчас я был уверен, что я смогу его восстановить сразу.
- Ну, что? - нетерпеливо поинтересовался Эйджи.
Я скосил на него взгляд:
- Ваши поработали на славу. Однако, я уже занимал трупами даже с большим уровнем разрушения чакросистемы. К сожалению, это - крайне чакрозатратно. Поэтому, я не хочу заниматься им здесь.
- В Конохе нам могут и не дать это сделать. - произнес он. - В тоже время, воскресив его здесь мы просто поставим всех перед свершенным фактом.
Я скрипнул зубами:
- Ну, хорошо. Если уж ты этого так хочешь...