Я вспомнил обстоятельства своего путешествия и мысленно содрогнулся. Что было бы, если бы будущие правители росли в такой шизофренической обстановке, не хотелось даже думать.
А вот и агенты влияния – ученики постарше, почти сплошь целители – глубокомысленно вещающие, что, если демоны в Шоканге и были, Драконис их наверняка прогнал. Наставники держали настроения подопечных под плотным контролем. Удивительно ли, что, несмотря на неистребимую потребность людей сбиваться в стаи, в Академии никого всерьез не клюют?
Я представил себе, что будет, если в этот цветник попадет воспитанник Серого Братства, и не сдержал улыбки. Моя благосклонность неожиданно досталась симпатичной девице в строгом ученическом платье, но с яркой ленточкой в волосах. В руках у красавицы был поднос с символической чашкой чая и яблоком. И этот хищный блеск в глазах…
– Вы позволите?
Я не возражал. В принципе мест в зале было сколько угодно, но ко мне еще ни разу не подкатывались так откровенно. Чинно усевшись на стул, девица принялась шинковать яблоко ножом.
– Вас давно не было видно, милорд, – завлекательно улыбнулась красавица. – Мы уже начали думать, что вы нас покинули.
Полезно иногда иметь раздвоение личности: пока Тень Магистра исходил слюной, я быстро перебрал варианты ответа в поисках самого безобидного.
– Отец приболел. К счастью, ему уже лучше.
Она подцепила на вилку кусочек яблока, поднесла его к ослепительно-белым зубам и осторожно куснула.
– Бедняжка! Должно быть, дороги в такую погоду ужасны.
– Не то слово! Но снадобья нельзя было переправлять порталом – слишком нестабильны. Проклятые волшебники…
Надеюсь, такой ответ объяснит мою странную верховую прогулку – об отношениях нашей семьи с орденом не знает только слепоглухонемой. Целители вполне могли отказаться ехать к Драконису.
Покончив с делами, девушка переключилась на приятное:
– Вы уже выбрали спутницу на бал?
Если бы я еще о нем помнил.
– Пусть это будет сюрпризом!
Все верно, мне как-то незаметно сравнялось восемнадцать, и теперь я мог принимать участие в подобных мероприятиях. В конце весны, когда просохнут дороги (никто не станет переправлять пентаграммой кучу слуг и барахла) состоится первый в этом году бал, на котором традиционно присутствуют все старшие ученики Академии (включая магов). Не то чтобы я мечтал увидеть королевский дворец изнутри (я – Великий Лорд, меня это не минует), но пора исполнять данный в Хемлене зарок – заводить полезные знакомства.
Улыбчивая девица доклевала свое яблоко и, многозначительно качнув бедрами, ушла делиться добытыми сведениями с товарками. Ум и красота – страшное сочетание. Доппельгангеры ей не конкуренты.
Надо срочно заказать новый костюм (камзол с перешитыми пуговицами для бала не подойдет), выяснить у мастера Ребенгена, есть ли что-то, что участники мероприятия должны знать по умолчанию, освежить в памяти королевский этикет и, естественно, найти спутницу на вечер. Заниматься Пятым Ракшем будет совершенно некогда. Ну и ладно, ждал же он тысячу лет и еще подождет! Отец прав – полгода на изыскания я у Первого выторгую как нечего делать. В конце концов, раньше такая серьезная экспедиция все равно не соберется.
Я с чистой совестью отправился на боковую, и никакие сны меня не тревожили.
Утром оказалось, Первый Ракш имел свое представление об отпущенном мне времени.
Глава 9
Мы достоверно знаем, что мудрецы древности владели всеми тайнами мироздания. Это поведали нам джентльмены, неспособные объяснить, где стирали их сюртук.
Дверь грязного притона на улице Фонарщиков хлопнула, выпуская в предрассветный сумрак сгорбленную, шатающуюся фигуру. Укуренный до бровей клиент дешевого борделя неверным жестом пригладил всклокоченные волосы и побрел в сторону площади Зеркал, не обращая внимания на патрули Мобильной Стражи, утомленные долгой ночной вахтой. Вместе с ним сквозь вонючий сумрак расползались по домам другие любители запретных удовольствий, которых в Гатанге всегда было предостаточно.
С каждым поворотом улицы, отдаляющим его от злачных кварталов, походка человека становилась тверже, а осанка – ровнее. Перед выходом на площадь он уверенным жестом отряхнул плащ, выкинул в канаву горшочек со снадобьем, придававшим ему специфический запах бродяги, и водрузил на непослушные волосы щегольской бархатный берет. Осталось побродить по улицам еще полчаса, чтобы окончательно выветрились подозрительные ароматы, и можно отправляться в лавку, но лучше – в трактир. Желудок, избавленный от выпитого в притоне пойла, решительно требовал наполнения.
Через час странный господин сидел за столом трактира, в котором завтракал ежедневно на протяжении десяти последних лет. Дородная хозяйка подавала «мастеру Тьяну» легкое пиво и пышные оладьи, про себя радуясь постоянству вкусов старого клиента. Тот добродушно улыбнулся и, припав к кружке, мысленно попрощался с талантливым преображенным, брошенным злой судьбой в пасть дракона. Помощник палача, наконец согласившийся за немалые деньги отравить заключенного, никаких эмоций у мастера Тьяна не вызывал – платить ему все равно не придется, наемник, слишком много увидевший и узнавший, будет мертв к следующему утру. Гораздо больше хозяина перевертышей волновало, почему преображенный так долго оставался живым. Местные колдуны определенно что-то придумали.
Весь день прошел в переговорах с покупателями. Купец из Стаха, ни разу не заподозренный в контрабанде опия, может себе позволить обстоятельность и неторопливость, так что если кто-то из собеседников обратил внимание на излишнюю задумчивость Тьяна, то виду не подал. Сегодня он не мог позволить себе полностью сосредоточиться на побочном заработке. В удаленности от метрополии есть много преимуществ и один большой недостаток – за все приходилось отвечать самому. Очередная буря пронеслась над городом, истончив и без того растянутую сеть агентов, требовалось принять решение: оставить планы неизменными, отдать приказ затаиться или наоборот – перейти в наступление. Тьяна одолевало желание убрать с доски несколько беспокойных фигур, в другом месте это сильно оздоровило бы обстановку, но в Арконате на освободившиеся должности немедленно набьется агрессивная молодежь, из-за чего ситуация может стать даже сложнее. В нынешнем составе руководство арконийского ордена магов, по крайней мере, не может добраться до ключевых фигур подполья. Сейчас страдают лишь неудачливые боевики и вновь внедряемые преображенные, а основной массив агентов реализует планы или ждет команды на выступление. Но и оставлять происходящее без внимания тоже нельзя, особенно ввиду смутных слухов о переговорах с демонами и выступлении Разрушителя на стороне короны. Быстро же колдуны подхватили разработанную в метрополии идею! Какой неприятно изобретательный противник!
По улице Согласия в сторону замка Пепе прокатила карета с гербами королевской Академии и черно-красными флажками на крыше. Тьян сморгнул. Приезд в город одного из южных Лордов напоминал ему о провале крупнейшей силовой акции последнего времени. Нет, были и другие, успешные, но иногда хозяину перевертышей казалось, что пользу из их проведения извлекает кто-то другой.
Взять, например, устранение двух западных Лордов. Хаоса на границе с провинцией не последовало, а на трон Дарсании взошел опальный старший сын, никогда не ставший бы повелителем при жизни среднего брата. Двадцать лет прозябавший в безвестности Лорд оказался злым и бескомпромиссным. Опираясь на поддержку короля и магов, Лорд Аран вырезал половину собственной гвардии и девять благородных семейств, замешанных в покушении на его родственников. Поголовье дворян Дарсании разом сократилось вдвое, а уцелевшие с бешеной энергией гоняли по провинции остатки тирсинских банд, надеясь таким образом добиться благосклонности господина. Стражи ордена магов буквально с боем вырывали у них немногочисленных пленников, чтобы предать их справедливому суду и, естественно, публичной казни.
Где спекулянты, готовые наживаться на слухах о появлении в Шоканге тысяч лишних ртов? Запасы в королевских зернохранилищах не смогут перекрыть всплеск спроса, если он произойдет хотя бы в половине центральных городов. Вместо этого все знакомые Тьяну купцы увлеченно делили клиентуру дарсанийских коллег, а на робкие намеки на возможность сговора снисходительно улыбались: «Вы слишком мало живете в Арконате и не понимаете, чем это кончается!» Да, единственный купец, выставивший двойную цену за солонину, так и не смог пристроить в Гатанге свой гниющий товар – рынок оказался забит свежей говядиной. Из аферы так явственно торчали уши волшебников с их пентаграммами, что Тьян даже не пытался выявить ее организаторов.
Где воины предводителя Серого Братства, которым волей-неволей предстояло сыграть роль авангарда вторжения? Эти, без сомнения, уже тут – строят кузни и налаживают добычу торфа. Можно попытаться возбудить недовольство ремесленников, здорово напуганных появлением конкурентов, вот только недовольные жили в Каверри, а источник недовольства – в Шоканге, и встретиться им было не дано.
Даже сектанты-Черепа неожиданно получили индульгенцию церкви!
«Это все бред, умопомрачение, колдовство, лишенная всяких логических оснований вера в незыблемость королевства. Пока она существует, опрокинуть существующую власть без внешнего вмешательства невозможно. Количество реально обиженных или увлеченных поиском справедливости слишком незначительно на общем фоне, а достаточно нещепетильные слишком уверены в неотвратимости наказания. В эту точку и надо бить. Нужна катастрофа, событие, равное в сознании обывателей нашествию демонов, причем нужна уже сейчас».
За окном прокатила в обратную сторону карета с черно-красными флажками.
«И у меня есть на этот счет некоторые мысли».
Я проснулся рано с четким ощущением какого-то праздника, в смысле ни единой мысли о занятиях. Да и пес с ними. До чего же приятно валяться в постели, вытянувшись во весь рост – на постоялых дворах далеко не всегда имелись подходящие Великому Лорду кровати. Учебное настроение никак не желало просыпаться. В крайнем случае, можно пропустить завтрак… Воспом