– Ты идти сможешь? А драться?
– Плевать! Отправляйся за братом!!! Он где-то тут, только ниже.
– Направление – это хорошо, но недостаточно. Для того чтобы обыскать защищенное подземелье, мне потребуется больше, чем один день. Придется брать языка, возможно, прорываться с боем…
– Плевать! Я только тебя дожидался. Нет, слушай: ты должен сам убить меня! Попробуй свернуть шею. Ну или голову проломи.
– На фиг?!!
– Есть шанс, что Тьма на эфирную матрицу не повлияла. Тогда, если ты меня убьешь, я снова стану Третьим Ракшем!
– И как это нам поможет?
– Но…
– Через бедро! Они припугнут тебя безопасностью Пятого, и ты вылетишь отсюда кубарем.
– Что же делать? – неожиданно растерялся он.
Обстоятельства решили этот вопрос за меня – во внешнюю дверь тюрьмы кто-то отстучал условный знак, стражники вскочили и засуетились, приводя в порядок форму и пряча карты.
– Ты будешь делать вид, что спишь – сюда кто-то идет. А я – работать. Логически рассуждая, они должны либо убить меня, либо попытаться завербовать. Если что-то случится, выжди день и уходи, как знаешь.
– Погоди, я не сказал…
Но времени что-то обсуждать не было. С громко бьющимся сердцем я проскользнул мимо комнаты охраны и юркнул в камеру. Мог бы не таиться – наблюдатель был занят приведением себя в порядок (глазки сонные протирал). Я завернулся в тряпье и постарался выровнять дыхание.
Да, посетители пришли ко мне. Сначала в коридоре раздались тяжелые шаги охраны, задержались у дверей, вошли. Как и ожидалось – латники. Причем темно-серые доспехи очень характерной формы – так на гравюрах изображали феллийскую императорскую гвардию. Логично! Только богатейшему монарху континента могло хватить средств экипировать бойцов броней из платины, не говоря уже о том, как трудно обрабатывать этот материал. Опять раритеты и опять – против Разрушителей.
Следом за бдительной охраной в камеру вошел патриарх. Владыка дружелюбно улыбался.
Да, улыбался! Та часть его облачения, что прикрывала лицо, была откуда-то там отвязана и небрежным жестом закинута на плечо. Лицо у патриарха оказалось нормальным, черты – даже приятными, а вот кожа – бледная и тонкая до прозрачности. Что поделать – старик!
Я оценил степень оказанного мне доверия, встал и вежливо поклонился. Впечатление портило только одеяло, которое пришлось использовать как халат. Ну, не держатся на мне эти традиционные одеяния, тем более – просунутые сквозь кандалы!
– Добрый вечер, Гэбриэл! Как вы устроились, хорошо ли вас кормят?
– Спасибо, все отлично! Хотя некоторые мелочи, – я демонстративно потряс цепями, – начинают раздражать.
– Приношу свои глубочайшие извинения. – Патриарх выглядел искренне огорченным. – Проверка заняла много времени, а эти браслеты артефактные, без особого ритуала их не открыть.
Сложный артефакт на Разрушителе? Не смешите меня! Впрочем, по легенде я – идиот, мне следует соответствовать образу и всему верить.
– Очень неудобно.
– Ничего не поделаешь, вам придется еще немного потерпеть.
Угу. Пока с меня тут голову не снимут.
– Так вы связались с моим отцом?
– Видите ли, – патриарх потупил взор, – это не так просто. На самом деле магия закинула вас не в Тирсин, а намного, намного дальше. Откровенно говоря, в прежние времена эти острова считались владениями Зефериды.
Тут мне следовало изобразить шок и душевные страдания.
– Что?!! Не может быть!!! Какая еще Зеферида? Это же у демонов в заднице!
– Кхе, кхе…
– Прошу прощения, господин Гийом, ваши острова – замечательное место. Но связь Арконата с Зеферидой потеряна сотни лет назад! Как же мне теперь вернуться?
– А где находится то место, в которое вас выкинуло заклинанием?
– Там! В смысле на континенте. В горах, в пещере. Предупреждаю, там живут крайне недружелюбные дикари!
– Самым простым выходом мне видится попытка повернуть заклинание вспять. Наши корабли могут доплыть на север, но подобные экспедиции снаряжаются очень редко и не всегда возвращаются назад. Им препятствует рифы и течения, их встречают отравленные древней магией берега… Я уже не говорю о стоимости и времени, необходимом для организации такого похода…
– Отец компенсирует все расходы!
– Полагаете, у него хватит средств?
– Шутите? Шоканга – богатейшая провинция Арконата. И потом, как насчет амулетов с компактно упакованной Тьмой? Для вас это актуально. – Лицо патриарха немного вытянулось (судя по всему, демоны первые придумали емкости для Разрушения), поэтому я мягко закруглил: – Наши маги очень умелы!
– Конечно, конечно. Но я пришел поговорить не об этом. Как вы себе представляете наше сотрудничество после возвращения в Арконат?
– При таких расстояниях? Никак.
И пусть попробует опровергнуть. Какой товар стоит того, чтобы тащить его в такую даль?
Взгляд патриарха не дрогнул.
– Вы не придаете значения ценнейшему ресурсу, который можно найти только на севере. Я имею в виду физически здоровых и плодовитых рабов. Вы могли заметить, что чистая кровь на юге – редкость. На вашей родине наверняка имеются люди, которые нарушают законы и оскорбляют взгляд. Мы готовы принять их всех и обеспечить более чем приличные условия содержания.
Да, в это я мог бы поверить. Если бы не разговор с Ракшем – мог. Но для того чтобы завязать торговлю, нет нужды превращать страну в руины.
– Есть одна маленькая сложность, господин Гийом – в Арконате запрещено рабство, в пику соседям, так сказать.
– Это решаемо.
– Нет. Вы не понимаете устройства нашей страны. Орден магов поддерживает у нас закон, а церковь определяет пределы допустимых отступлений от традиции. Свобода воли для них – фетиш. То есть по делу об этом редко кто вспоминает, но на столь явное попрание закона они не пойдут, даже с каторжанами. Совершенное преступление влечет наказание, но не превращает человека в вещь.
– Вы недооцениваете нашу заинтересованность.
– Это дело принципа, а не выгоды.
Откровенно говоря, некоторые Лорды с радостью сплавили бы на сторону своих уголовников и не только их. Но вопрос интереса работает в обе стороны. Ради чего рисковать, бросая вызов столпам общества? Проще повесить самых беспокойных, чем затевать торг.
– А что, если орден и церковь перестанут определять внутреннюю политику королевства?
Я с интересом посмотрел на патриарха.
– А зачем вы мне это говорите?
– Считайте, что вам повезло. Я ведь не зря упомянул нашу заинтересованность. Если на пути ее удовлетворения встанут традиции, мы готовы их изменить, если потребуется – силой.
Потому что не силой уже пробовали – не получилось.
– Изменение традиций силой? Это что-то новенькое. Мне почему-то кажется, что речь идет о войне.
– Война войне рознь. Можно считать войной то, что феллийцы устроили в Истаре, а можно – небольшое изменение законов закостеневшего общества с опорой на заемные войска. Поймите, мы двести лет готовились нести на север разрушение, поэтому вопрос, кто победит, даже не ставится. А вот что уцелеет после нашей победы?
А вот это уже больше похоже на истину. Допустим, двести лет назад, атаковав континент, владыки обнаружили те монастыри, с которыми наша церковь поддерживала связь ради преемственности веры. Существование на севере очага цивилизации стало для патриархов приятным сюрпризом. Они, не торопясь, навели порядок на новой территории и стали искать путь на север. Добавить еще немного личных амбиций, и картина будет завершена.
– С вашей способностью мы победим быстро и чисто, – уговаривал меня патриарх. – Мне бы очень не хотелось опустошать Арконат.
С рациональной точки зрения, он делал мне очень лестное предложение. Стать «царем горы», пусть и с чужой помощью, такое в истории встречалось сплошь и рядом. Да что там летописи! Некоторые Великие Лорды тоже пробовали играть в эту игру (но не Шоканга, никогда!). Как ограниченный и избалованный наследник богатого рода, я должен был ухватиться за такую возможность руками и ногами. В любой другой стране, не в Арконате. Какой смысл тысячу лет искать благосклонности Вселенной, получить ее и тут же прохлопать? Другие могут забыть про Долг, но не Шоканга, никогда!
Вот только как мне сказать ему «нет», не выходя при этом из образа?
– Знаете, у вас ничего не выйдет, – сочувственно вздохнул я. – Мой отец сумел договориться с Первым Ракшем. Так что любое войско, которое войдет в Арконат, будет истреблено демонами. То есть мне-то вы нравитесь, несмотря на то что плохо воспитаны. – Я снова потряс кандалами. – Но папа не такой. Он одержим идеей независимости Шоканги. Его и наши-то маги еле в узде держат, а с чужаками он даже говорить не станет.
– А зачем нам ваш отец? Он и так на этом свете слишком задержался.
– Так многие говорили, – вежливо кивнул я. – Еще когда он без демонов был.
– Ракши, значит? – тонко улыбнулся патриарх. – На месте вашего отца я бы поостерегся иметь таких союзников. Непредсказуемые, коварные существа! Кроме того, они не представляют для нас опасности.
– Шутите? Да вы просто их не видели! – Испуг получился у меня очень натурально. – Отец вызвал при мне это чудовище. Оно было ужасно!
– А если я докажу, что ваши опасения беспочвенны?
Я задумчиво пожевал губами и уточнил:
– Но ведь сражаться с ним мне не придется? Или еще лучше: пусть все произойдет, пока я здесь! Но насчет демонов я хотел бы быть уверенным. Знаете, Великие Лорды обязаны защищать границы королевства как раз от них, а меня такой род деятельности не устраивает. Давайте так: вы возьмете на себя монстров, а все остальное я обеспечу!
– Договорились. – Улыбка патриарха стала какой-то слишком уж широкой (у людей так рот не тянется). – Однако согласитесь, я тоже вправе требовать гарантий. Если мои доводы будут убедительны, вы подтвердите свое согласие на сотрудничество магической клятвой.
– Хорошо.
– В таком случае до завтра!
А кандалы снять так и не велел, мерзавец.