Это место было освещено еще хуже, чем весь остальной переулок. Следуя какому-то древнему инстинкту, требующему от меня не быть обнаруженным, я забрался в темноту. Скоро шаги стали слышны. Быстрый топоток приближался ко мне, и я вжался в стену, почти слившись с ней. Допустим, растворяться в тени без остатка я не умел, но и моих скромных возможностей хватило, чтобы закутанная в плащ фигурка проскочила мимо меня. Девица. Должно быть, она слишком торопилась и была слишком напугана, чтобы смотреть по сторонам. Весьма опрометчиво! Я не успел довести мысль до конца.
Стоило девушке выйти из переулка, как ее окружили три высокие фигуры. Настроены они были недружелюбно.
– Куда спешишь, красавица, что несешь?
Девица взвизгнула и попыталась удрать обратно в переулок. Поздно. Один из троих схватил ее за локоть и грубо притянул к себе.
– Не так быстро!
«Хана девке».
«Да ладно, обойдется».
«Чего обойдется, дурень? Я говорю – хана!»
Девушка приглушенно вскрикнула – кто-то из нападавших зажал ей рот рукой. Ее голос подействовал на меня странно. Я почувствовал, что ненавижу этих троих, как никого на этом свете, словно они были воплощенное зло. Хотя вообще-то мне несвойственны сильные эмоции.
«Че замер, баран? Сделай что-нибудь!»
У меня было смутное подозрение, что Тень, оказавшись в большом и сильном теле, очень хочет почесать кулаки. Драться-то не ему. Должно быть, он всегда мечтал быть большим и страшным, а не просто страшненьким. В отличие от него я имел некоторый опыт и понимал, что трое мужиков могут крепко вломить мне, если не прирезать.
«Учти, засранец, тебе тоже будет больно!»
«Врежь им!»
Девушка придушенно верещала. Как же тут устоять? Ну я и врезал…
Уложить их оказалось неожиданно легко. Я впервые оценил по достоинству выучку моих противников-Стражей и то преимущество, которое дают мне над обычным человеком моя сила и рост. Как эти ребята умудрились попасть в грабители, осталось непонятным – в сравнении с ними я был как бог войны. Они совершенно не умели держать удар, не владели элементарной защитой, а про их реакцию лучше вообще не говорить. Разбойничать им было до первой драки, не дольше. Им просто повезло, что они нарвались на меня. Игнорируя тревожные вздохи Тени, я проверил у каждого пульс. Жить будут. Ну какое-то время…
– Они мертвы? – с надеждой окликнула меня незнакомка.
Откуда в женщинах столько агрессии? В Академии принципиально отказываются обучать воспитанниц фехтованию и борьбе, дабы не поощрять бессмысленную жестокость. В этом вопросе Тень был полностью солидарен с моими наставниками.
– Нет. Но до утра их можно считать технически мертвыми. – Я попытался улыбнуться. – А с вами все в порядке…
«Только не называй ее леди!»
– …мисс?
– О да! Я вам так благодарна, мистер, так благодарна! Вы меня просто спасли! Вас не поранили?
– Они не настолько хороши, мисс. Я думаю, мне стоит проводить вас до дома. Где вы живете?
«Вот это зря! На фиг тебе эта коза?»
«Она двух улиц не пройдет в одиночку. Стоило ли драться, чтобы тут же отправить ее на убой?»
Девушка немного поколебалась:
– Тут недалеко, у реки. Право же, не знаю…
Квартал у реки не мог быть благополучным по определению. Это вынудило меня быть настойчивее:
– Только до дверей, и я тут же уйду.
Она согласно кивнула. Мне показалось, мое предложение вызвало у нее громадное облегчение. Немудрено. Я не понимал, что могло вынудить девушку выйти на улицу в такой час. Она отчаянно старалась не спешить, но, даже если бы она бежала бегом, я все равно успел бы за ней шагом. Мне надо было привыкать к тому, что большинство моих сограждан (простых сограждан) больше похожи на мэтра Ребенгена, чем на моего отца. То есть все девушки, с которыми мне удастся познакомиться, будут едва доставать мне до плеча. Может ли это вызвать сложности в общении?
«Дурень! С бабами рост без разницы…»
Я был избавлен от выслушивания очередной пошлости – мы пришли. Около запертой двери какой-то лавки девушка остановилась и повернулась ко мне. Я приготовился вежливо распрощаться, но нас грубо прервали. Казавшаяся плотно закрытой дверь внезапно распахнулась.
– Нет, Чезер! Это друг! Он спас мне жизнь.
Парень, возникший в проеме двери, показался мне гораздо опаснее давешней троицы: быстрый, жилистый, с неприятным, колючим взглядом – вылитый убийца. Но и ему потребовалось время, чтобы посмотреть мне в глаза, – его взгляд упирался мне в подбородок. Даже с учетом ступенек. Думаю, это остановило его вернее, чем вопли девицы.
«Ну ты влип, приятель…»
«Мы влипли!»
– Зина? Что ты здесь делаешь, деточка?! В такой час!
За спиной охранника показался хозяин лавки, в ночном колпаке, халате и шлепанцах.
– Дядя Пэй, мама послала меня передать вам кое-что, срочно, а этот человек спас меня от грабителей.
– Входите же, входите быстрей!
Я зашел в дверь следом за девицей. Во-первых, мне не хотелось драться дважды за полчаса, во-вторых, охранник казался мне слишком серьезным противником. И, наконец, мне не улыбалось получить кинжал между лопаток (если Тени придет в голову пытаться сбежать).
Девица с дядей удалились в заднюю комнату, оттуда послышались приглушенные голоса – что-то бурно обсуждали. Я остался вместе с жилистым убийцей. Этот тип начинал мне активно не нравиться. Тень тем временем прислушивался к разговору. Как он умудряется сохранять свой слух, находясь в моем теле?
«Слышь, а Драконисами случайно не вас кличут?»
«Эту дурацкую кличку заслужил мой дед. Не смей повторять ее при мне!»
«Короче, они там шуршат про вас и про какую-то взятку».
«Интересно, что нужно лавочнику от Великих Лордов?»
«Валим!»
«Не выйдет, надо подождать».
«Чего ж дать? Удавки на шею? Это же черепушники!»
«Черепа?»
«Ну точно. Я того хмыря в храме видел, в Гатанге. Он у них типа жреца».
«У, дерьмо…»
«Ага, ага».
Я сделал морду проще и повернулся к охраннику боком. Он не сводил с меня холодных, настороженных глаз. Я постарался выглядеть как можно беззаботнее. Может, стоит его заболтать?
– Ну что, мужик, жизнь удалась?
Он настороженно сощурился. В принципе, учитывая тесные размеры помещения, я успею его прижать прежде, чем он схватится за нож. Он просто не осознает до конца длины моих рук. Дверь за моей спиной распахнулась.
– Все в порядке? – поинтересовался хозяин лавки.
Я повернулся к жрецу, стараясь держать в поле зрения зеркало, висящее над конторкой. Если охранник приблизится ко мне со спины, я успею его засечь. У жреца в руке было зажато что-то слишком маленькое, чтобы быть оружием, но от этого не менее угрожающее.
– Да все в ажуре, дядя! Ну я пошел. Дела!
– Возможно, мне удастся уговорить вас остаться.
Из его кулака выскользнул и закачался на серебряной цепочке маленький амулет. Я мысленно вздохнул и изобразил сонное оцепенение. Одним из немногих положительных следствий моей неспособности к магии было то, что на меня действовали заклятия, только начиная с третьего уровня (ну это типа фаербола или молнии в глаз). Попытки гипноза и наведения иллюзий вызывали у меня в крайнем случае раздражение и головную боль. У жреца не было шансов.
– Ты останешься с нами, – проникновенно шептал он.
– Останусь… – покорно повторял я.
– Ей нужна твоя помощь. Помогая мне, ты поможешь ей.
– Помогу ей…
Боже, какая глупость! Не знаю, каков этот жрец в других искусствах, но гипнотизер из него был посредственный. Он щелкнул пальцами, призывая меня очнуться, и я послушно захлопал глазами.
– Я думаю, вам стоит остаться здесь. Нам пригодится такой крепкий молодой человек, как вы.
Я энергично закивал:
– Да-да, я останусь здесь! Я хочу помогать вам.
Он улыбнулся и ушел внутрь лавки, охранник заметно расслабился. Похоже, он полностью доверял своему хозяину. Зря, зря.
«Врежь ему!» – не унимался Тень.
«Заткнись, сволочь, из-за тебя мы здесь!»
«Хочешь сказать, что сам бы не стал помогать ей?»
«Может, и стал бы… Короче, заткнись».
Из двери выпорхнула Зина, без плаща, в тоненьком шерстяном платье. Под ее сердитым взглядом Чезер фыркнул и отправился следом за хозяином. Чудненько! Она смущенно взяла меня за руку и попыталась заглянуть в глаза. При ее росте это было нелегко.
– Извини! Я не хотела, чтобы так вышло. Дядя так напуган, что едва не лишился рассудка. Они хотели тебя убить…
«Они» – значит, их здесь больше одного. Неужели святилище? Господи оборони! Перепуганы? Если они узнали, что папа в городе, их можно понять. Папин приезд – это типа нашествия. Но какая девочка! Фигурка даже лучше, чем у Аниты Хариган. А какие глаза! Большие и виноватые. Я решился – сгреб ее в охапку, заглянул в эти огромные, удивленные глаза и широко улыбнулся.
– Для тебя, крошка, что угодно!
И – поцеловал ее. Я в первый раз поцеловал девушку. Убей меня бог, но и она целовалась впервые. Глаза у нее стали еще больше (если такое вообще возможно) и такие… сияющие.
«Канай отседова, козел бодливый!»
Я отодвинул ее к стенке и выскочил в дверь. Против ожидания, Зина не закричала. Это дало мне несколько драгоценных секунд, чтобы пробежать улицу, заскочить в переулок и буквально взлететь на крышу двухэтажного здания. Там я залег.
«Ты че, сдурел? Ты б ее еще…»
«Молчать! Выгоню».
Тень заткнулся, пытаясь сообразить, как я планирую осуществить свою угрозу. Я лежал и слушал. Теперь начиналось самое опасное: после моей выходки Черепа (если это они) окончательно уверились, что я шпион. Найдут – прибьют на месте.
«Наплюй! Они базарят, что крутые, а на деле щенки позорные. Я у них в Гатанге два раза был, вещи из рук брал. Лохи!»
«А что мне делать с ними? Отцу сказать?»
«И добавить не забудь, как ты вообще здесь оказался, баран».
По улице шлепали осторожные шаги. Пока я в безопасности – даже если им придет в голову забраться наверх, это займет не меньше минуты. Я успею смыться.