Ребенген сделал пару выдохов в ритме медитации и постарался выглядеть хотя бы нейтральным.
– Вы молодцы. Великий Лорд вами очень доволен.
Тут Марвин покладисто покивал.
– Для составления плана дальнейших действий мне надо знать обстоятельства происшедшего инцидента…
Задавленный обилием длинных слов сержант осовело хлопал глазами. Ребенген снизошел:
– Расскажи, как все было. С самого начала.
– С самого? – поразился сержант.
– С того момента, как мэтр Кейз поехал за магом поддержки.
Ребенген рассудил, что для составления общей картины происшедшего потребуется некоторая перспектива.
И сержант начал описывать обычную жизнь отряда, обильно помогая себе жестикуляцией. Самым часто употребляемым словом у него было «это». К тому моменту, как среди невнятных звуков мелькнуло «командир», маг уже немного привык к необычному стилю.
– Командир – Кейз? – на всякий случай уточнил он.
– Да, да! – закивал сержант, радуясь понятливости начальства. – А с ним второй. Я Дагу говорю – зачем снова? Опять – не надо!
– Второй – Баренс?
– Не Баренс, не Баренс!
Тут интуиция чародея выдала истошный вопль, и Ребенген начал работать в полную силу. Изувеченный магией разум сержанта был категорически не способен на глубокий анализ, поэтому допрос превратился в игру угадайку: старший дознаватель старался задавать вопросы, ответить на которые можно было лишь «да» и «нет», а его жертва морщилась, потела и пыталась отвечать правдиво (попытки говорить «не знаю» маг решительно пресекал). Вокруг бродили заинтересовавшиеся шумом Пограничные, реагировать на которых сил уже не оставалось (приходилось полагаться на присутствие Лорда). Часа через полтора перед Ребенгеном начала вырисовываться любопытнейшая картина.
– Теперь слушай меня. Я сейчас буду говорить, а ты дашь знать, если скажу что-то неправильно. Понял?
– Да!
– Вместе с Кейзом приехал человек, внешне выглядевший как Баренс, но не он.
– Да, да!
– Так уже один раз было, но вы никому не сказали. Тот, первый человек, плохо зачаровал амулеты, и несколько бойцов погибли.
– Четверо! Потеряли четверых!
Бессмысленная гибель товарищей вызывала у Пограничного страшное возмущение.
– Ты не захотел снова терять бойцов, твой помощник с тобой согласился. Ничего не объяснив Кейзу, вы попытались прогнать двойника. Кейз вмешался, и ты его стукнул. Не Баренс попытался на вас ворожить, насмерть обжег Дага, и тогда все вместе вы его завалили.
– Так, точно, да!
– А зачем разрезал его?
– Чтобы назад, назад! – Сержант покрутил руками. – Вынуть Баренса.
Ребенген дернул бровью. Он никогда бы не додумался до такого объяснения! Однако Пограничные оказались гораздо ближе к понятию «молодцы», чем можно было ожидать.
– От имени Лорда выношу вам благодарность. – Тут Марвин проснулся и очень солидно кивнул. – Вы защитили не только Арконат, но и своего господина! – Сержант просиял как медный таз. – В следующий раз, когда заметите странного человека, немедленно скажите командиру, что это – двойник. Причем так, чтобы сам двойник об этом не слышал. И вообще, двойника лучше хватать живым, иначе на все вопросы снова придется отвечать тебе.
– Ох… Понял, понял!
– Свободен.
Мысленно маг был уже в резиденции Лорда. Сержант подергал его за рукав:
– А Кейз вернется?
Ребенген на секунду замялся. Насколько он помнил, концепцию смерти Пограничные воспринимали весьма отвлеченно.
– Мэтр Кейз не вернется, ты слишком сильно его ударил. Он ушел, совсем.
– Жалко, – искренне огорчился сержант.
– Это послужит тебе уроком! – не удержался чародей. – Следи за кулаками.
Державший лошадей гвардеец был бледен как смерть – нажравшиеся Пограничные бродили вокруг и любопытствовали. Зато как возросла скорость! Гвардеец то и дело отрывался от господина и пытался делать вид, что поскакал в дозор. Ребенгена вело, как после хорошей пьянки, но настроение было радужное: если удастся найти материальное подтверждение слов сержанта, из происшедшего можно извлечь немалую пользу, как ни цинично это звучит. Нантрек будет доволен!
– А они ничего, – нарушил затянувшееся молчание Лорд. – Нормальные ребята. И чего все от них так шарахаются?
Ребенген не сразу понял, о ком говорит юноша. Такое впечатление, что битых три часа рядом с магом присутствовал не Марвин, а кто-то еще. Может, у этого тоже раздвоение личности?
Остаток дня Ребенген провел, пугая слуг призраком черной магии, приводя в порядок мантию и планируя разговор с Великим Лордом. Вызов Повелителя Россанги не застал его врасплох.
Зал был тот же. В ногах у Лорда по-прежнему сидела девица (греется он, что ли, так?), но уже другая. Еще две прелестницы старательно изображали служанок. Просто удивительно, что по всей Россанге еще не бегают табунами светловолосые крепыши! Официально детей у Великого Лорда было трое.
Маг ворвался в двери, в меру стремительный и в меру нахальный, с тем немного безумным выражением на лице, из-за которого обыватели чародеев сторонятся. Следом бледный слуга внес медное блюдо, накрытое перевернутой миской.
– Мой сын сказал, что вы значительно продвинулись в расследовании.
– Да, господин! Я практически закончил.
Хмурый Джеррол ждал продолжения.
– Пограничные Стражи не убивали мага ордена, они уничтожили самозванца! Как вы знаете, наше королевство подверглось нашествию чужаков, способных придавать себе чужую внешность. После допроса солдат я еще раз осмотрел останки убитого.
Ребенген снял с блюда импровизированную крышку, вызвав у дам сдержанный стон. Густо запахло мясным бульоном.
– Вот здесь, на его черепе, – маг показал пальцем, – вы можете видеть следы подрезки и наращивания костей. Те же признаки я обнаруживал, препарируя других перевертышей. К счастью, создать человека, полностью идентичного убитому, злодеи пока не могут.
Чародей в упор посмотрел на Лорда, без восторга воспринявшего появление костей.
– Такая маскировка может обмануть простых людей и даже магов, но не Пограничную Стражу. Они привыкли бороться с двуличной нежитью и смотрят на мир взглядом, чистым от предрассудков. Ложный Баренс действовал, чтобы разделить Великого Лорда и его воинов, вероятно, покушение на вас – тоже его рук дело.
Кажется, Джеррол начал проникаться моментом.
– От имени Арконийского ордена магов я прошу вас отнестись к поведению Пограничной Стражи снисходительно. С нашей стороны, мы не имеем претензий за смерть мэтра Кейза. Хочу также отметить, что присутствие зачарованных воинов позволит избежать повторного проникновения перевертышей в ваше окружение, ценность этого с лихвой перекроет те неудобства, которые доставляют Пограничные Стражи.
Да, Великий Лорд все понял, было бы странно, если бы повелитель целой провинции оказался идиотом. Лицо его окаменело, а на щеках заходили желваки.
– Удалить, стало быть, преданных солдат, которые, значит, сквозь личину видят. Марвин!
– Да, отец.
– Ты понял, как чародей с ними управляется?
– В общих чертах, отец.
– Примешь над ними командование и разместишь вокруг замка!
Оставалось надеяться, что хоть кто-нибудь останется патрулировать Границу.
Поместье Ребенген покидал в ореоле славы, даже Джеррол проникся интеллектуальной мощью орденского эмиссара и выделил для его путешествия крытую кибитку (очень полезная в Россанге вещь!). В дорогу магу надавали кучу всякой снеди и подарки для проживающих в Академии членов семейства. Едва опустился полог, уверенная улыбка чародея выцвела и сменилась гримасой усталости, он привалился к обитой войлоком скамейке и заснул, наплевав на ухабистую дорогу и сквозняк, поддувающий из угла. Во сне его никак не хотел отпускать этот странный плоский замок, никогда не подвергавшийся штурму, но тем не менее едва не оказавшийся во власти врага.
А в Гатанге шел дождь. Секретарь Нантрека подал совещающимся чародеям грог (не иначе, для профилактики простуды).
– Я не стал обращать внимание Лорда на одну мелочь: если доппельгангеры озабочены устранением солдат, значит, и до прямого вторжения уже недалеко.
– Вот именно. – Председатель скользнул взглядом по древней карте мира, с некоторых пор занявшей место линованной доски. – Чтобы захватить землю Арконата, недостаточно внутренних диверсий. Ты уже задумывался над тем, откуда они придут?
– Зеферида?
– Не знаю, не знаю… Во время последнего контакта лидеры гильдии просили нас принять уцелевших адептов. Орден согласился, но в Арконат так никто и не прибыл. Что за бедствие их постигло, мы так и не узнали.
– Другой континент?
– Сказки! – отмахнулся председатель. – Если алхимики древности на пике своего могущества ничего не нашли, значит, его просто не существует. Это, – Нантрек широким жестом обвел карту, – вся земля, доступная человечеству.
Ребенген невольно проследил жест старого мага, про себя дивясь малости оставшихся людям земель и величине потерянного. Его размышления прервал досадливый вздох.
– Мы все еще пытаемся мыслить понятиями дохаосной эпохи, ее границами и государствами, а нам следует обратить свой взгляд на земли, которые наименьшим образом пострадали от катастрофы из-за удаленности от ее эпицентра. Юг, дальний юг.
Для наглядности председатель подошел к карте и щелкнул пальцем в самый ее низ.
– К сожалению, я до сих пор не нашел подробной карты этих территорий.
Ребенген прищурился на неясные пятна, которые переписчики не удосужились как следует обвести. Да что там может быть, на самом краю мира? Находясь в такой немыслимой дали, узнать о существовании Арконата и отправиться на его завоевание… Бред! Лучше бы Нантрек подумал, куда могли деться выжившие зеферидцы.
Глава 7
Домру оценивают по звуку, лошадь – по стати, а человека – по делам.
Я блаженствовал в ванне и вспоминал прошедший день. На ум приходили только гадости.