– Да я и не сомневаюсь… Короче, Вайс от нас никуда не денется. На двадцать процентов его поставим, будет платить нам как последний лох.
– Так он и есть лох, – криво усмехнулся Алтай. – Крутого из себя ставит; но ничего, мы ему хвост подрубим…
Честно говоря, Сыроед хотел выйти из игры. Но, увы, уже поздно поворачивать назад.
Если бы Вайс умел жечь взглядом, Аркаша бы уже горел синим пламенем. Но этот пес все еще жив, хотя невредимым его уже не назовешь. Он лежал на земле в том же положении, в каком находился Вайс, когда наблюдал за ним в своей постели. Эта мразь надругалась над Яной, и за это сегодня ответит своей головой…
Все-таки нашел Алтай Крюка и его ублюдков. И деньги Вайсу привез, все двести тридцать тысяч. Все чин по чину. Правда, самого Крюка ему не сдал. Сказал, что сам сведет с ним свои воровские счеты. А Дышло и Аркашу отдал ему на растерзание. Лежат они рядком под осиной, и по рукам связаны, и по ногам. И нет у них никаких шансов уйти с этой лесной полянки живыми.
– Зачем ты это сделал, урод? – свирепо спросил Вайс.
– Што шделал? – недоуменно смотрел на него Аркаша.
Сначала его обработали люди Алтая. Выбили ему зубы, сломали нос. Он шепелявил. Да и тембр голоса у него совсем не тот, что запомнился Вайсу. Но это неудивительно – Аркаша косил под какого-то Енота и нарочно говорил гортанным голосом.
– А то и сделал!
Вайс изо всех сил ударил его ногой в промежность.
– Это еще не все! Сейчас я тебя, козла, кастрирую!
– Жа што?
– За Яну!
– Кто она такая?
– Да тут какая-то непонятка! – простонал Дышло.
Ему тоже досталось на орехи. Нос у него не сломан, но правого глаза не видно, щелочка вместо него, причем едва заметная. И зубы у него тоже выбиты.
– Какая непонятка?
– Не шнаем мы никакой Яны! И дома у тебя не были! И нишего не брали!.. Подштава это!
– Да? И кто ж вас, козлов, подставил?
– Алтай. У него рамшы ш Крюком…
– Думаешь, если ты в маске был, то я тебя не узнаю? А я узнаю!..
Вайс внимательно посмотрел на Цимбала. Не похоже, чтобы он сомневался в виновности этих выродков. Но все-таки должна быть ясность. Сейчас нет сомнений, а потом они могут появиться. И тогда решит, что реально никто не грабил Вайса, а была какая-то непонятная имитация.
– Я сейчас Яну привезу. Она вас, уродов, без масок видела. Если она вас узнает, я вам сначала чесала отрежу. А потом шкуру живьем сдеру. И солью натру. В муках подыхать будете… Лучше сразу скажите, кто навел вас на бабки? Может, среди наших пацанов крыса была? Или просто меня выследили?
– Не вышлешивали мы тебя! Не брали бабки! Это подштава!
– Лучше сознайтесь. Умрете быстро и как мужики. А так мутантами бесполыми подохнете!
– Не шнаем нишего!
Вайс глянул на Цимбала.
– Возможно, среди наших крыса завелась. Если так, они в курсе, – кивком показал он на пленников. – Я сейчас за Яной съезжу. А ты пока пробей у них, кто им про деньги слил. Можешь их самих пробить, я только «за»…
– Точно, – кивнул Цимбал. – Надо за Яной ехать. А то они про какую-то подставу трут. Может, правда?
– Этот, который Шпилем назвался, длинный был. И Дышло такой же длинный… Но все может быть. Ворам верить нельзя. Не хотелось бы Яну сюда впутывать, но, боюсь, без нее никак… По морде их не бей, и без того живого места нет. Не знаю, как их Яна опознавать будет…
Вайс уже больше не полагался на одного себя. И «девятку» свою сменил на «Мерседес». И водитель у него теперь свой, и личная охрана из двух бойцов, один из которых будет ночевать в его доме.
Дом он уже для себя снял. В хорошем районе, со всеми удобствами. Там сейчас делают косметический ремонт, а еще мебель нужно будет довезти. Но все это решается, и через неделю-другую можно справлять новоселье. А пока надо ехать на старую квартиру.
Новый водитель умел ездить быстро, не прошло и получаса, как Вайс оказался на месте. Правда, Яны дома не было. Появилась она минут через двадцать.
– Где была?
– Мебель смотрела, для дома. Ты же сам сказал…
– Выбрала?
– Выбрала, – совсем невесело ответила девушка.
Терзают ее мысли о недавних событиях, не дают покоя. Потому и отправил девушку Вайс в поход по магазинам, это должно было хоть как-то ее развлечь. Но, похоже, Яне все равно, какая мебель будет стоять в их доме. Как бы совсем интерес к жизни не потеряла.
– Сейчас в лес поедем.
– Зачем?
– На прогулку… Аркаша там. И Дышло. Говорят, что их подставили…
– Как это подставили?
Вайс улыбнулся. Нет в юриспруденции такого термина, как «подстава», а практики у Яны не было, потому она ничего не поняла.
– Говорят, что не было их у нас. Какие-то другие люди вместо них были, а их крайними делают… Ты их в лицо видела. Опознать сможешь?
– Смогу… Только я не хочу никуда ехать! – Яна умоляюще смотрела на Аникеева. – Не хочу видеть их мерзкие рожи!
– Я тебя понимаю… Но а если это другие люди? Если мы убьем… э-э, если мы накажем невинных?
– А такое может быть?
– В наше время может быть и не такое.
– Ну, хорошо, поехали, – через силу, но все-таки решилась Яна.
На лесной полянке солнечно, легкий приятный ветерок шевелит листья деревьев, где-то в дубраве заливается соловей. Словом, с виду идиллия. А ведь здесь должно произойти убийство. Вайс почему-то не сомневался, что Яна опознает своих насильников.
Так и оказалось. Аркашу она узнала сразу, а Дышло долго рассматривала, прежде чем кивнуть.
– Они это, они.
– Што ты такое говоришь, милая? – воззвал к ее милосердию Дышло. – Не жнаем мы тебя!
– Точно, он. Голос его…
Яна отступила и спряталась за широкую спину Вайса. И даже прильнула к нему. Он ощутил, как девушка вздрагивает.
Вайс проводил ее в машину, помог сесть.
– Здесь будь. И никуда не выходи.
– А что ты с ними сделаешь? – дрожащим голосом спросила она.
– Кажется, им нужно что-то отрезать, – усмехнулся Вайс.
– Не надо.
– Почему?
– Я не хочу, чтобы ты им уподоблялся… Не надо издеваться над ними!
– А что надо сделать?
– Ты сам знаешь что, – сказала девушка и опустила глаза.
– Знаю.
Вайс подошел к пленникам и с презрительной ухмылкой сказал:
– Вам повезло. У вас добрая заступница.
– Жначит, это не мы были? – обрадовался Аркаша.
– Вы. Только шкуру с вас сдирать не будем и отрезать ничего не станем… Повезло вам.
Вайс достал из кобуры пистолет, передернул затвор и выстрелил Аркаше в лоб.
– Теперь ты.
Он протянул ствол начальнику своей охраны. Ульян кивнул, взял ствол и с невозмутимо спокойный лицом выстрелил в Дышло.
Ну, вот и все, правосудие свершилось. Хотелось бы, чтобы Яне от этого стало легче. Она отомщена рукой любимого мужчины; определенно, это должно избавить ее от депрессии…
День начался просто превосходно. Вайс проснулся в новом доме, в новой постели.
Вчера они с Яной праздновали новоселье, девушка перебрала коньяку и уснула прямо на диване. Он на руках отнес ее в спальню, раздел, укрыл простыней. И даже не пытался к ней приставать. Может, за то и был щедро вознагражден утром. Яна сама взяла инициативу в свои руки, сама оседлала его. И это ли не хорошее начало дня?
Казалось бы, какое начало, таким должно быть и продолжение. Но не тут-то было. Вайс ехал на встречу с банкиром, когда его остановили гаишники. Все бы ничего, но иметь дело ему пришлось со спецназовцами. Он так и не понял, откуда они появились. Эти ребята набросились на него со всех сторон, скрутили, обыскали и увезли на Карамзина.
И вот он в кабинете начальника РУОПа, в наручниках. За столом полковник Дукатов. Вальяжный, высокомерный, в глазах недобрая ирония. Крутой мужик, мощный. А сейчас он еще предельно уверен в себе. Значит, есть на руках какие-то крупные козыри.
– Говорил я тебе, Аникеев, допрыгаешься ты. Допрыгался. Сколько убийств на тебе?
– Нисколько.
– Врешь.
– А докажи, что вру.
– Думаешь, не докажу? – чувствуя преимущество своего положения, ехидно сказал Дукатов. – Думаешь, время нынче такое, что люди даже собственной тени боятся? Да?.. Может, оно и так?.. Были свидетели, которые видели, как ты Шептуна застрелил. Были, но тебя испугались. Потому ты и вышел сухим из воды. И Туляка ты убил, и здесь были свидетели…
– Ничего не знаю.
– А кто Пластунова грохнул? Аламова?
– Это кто такие?
– Ну да, ты же у нас в другом измерении живешь, там людей по фамилиям не знают… Там в ходу только клички, как у собак. Пластуна ты убил и Рубильника.
– Я не знаю, про какой мир ты говоришь, но я этих людей не знаю.
– Значит, ты их убил, не зная, как их зовут. Но это понятно. Они за тобой гнались, стреляли в тебя, тебе пришлось отстреливаться…
– Ничего не знаю, начальник.
– Мой тебе совет, Аникеев: признайся во всем чистосердечно. Мы тогда тебе навстречу пойдем, оформим тебя в пределах допустимой самообороны. Ну, получишь, три-четыре года, отстоишь на одной ноге. А так мы тебя по полной программе укатаем. За умышленное убийство тебя привлекут, а это полная катушка…
– Давайте подождем, пока мой адвокат подъедет. Тогда и поговорим.
– Сейчас ты себе адвокат, Аникеев. Сейчас только ты себе можешь помочь. Ведь тебя не только в убийстве Пластунова и Аламова обвиняют. Ты еще и гражданина Петрова застрелил…
– Кого?
– Аркашу ты застрелил. Так понятней?
– А кто это такой?
– Ублюдок один. Он твою подругу изнасиловал.
– Кто вам такое сказал? – встрепенулся Вайс.
– Есть информация… Где находится тело Петрова, мы не знаем. Твои ребята его где-то закопали. Вместе с телом Деева. Его ты знаешь как Дышло… Нет, Деева убил твой телохранитель. Но с тебя хватит и Петрова…
– Что-то не то ты говоришь, начальник, – не на шутку встревожился Вайс.
– Да нет, все то… Петрова мы оставим в покое. Собаке собачья смерть. Пластун