Вайс забрал у нее блюдо с мясной отбивной, поставил свою тарелку, которую украшал кусок какой-то красной рыбы в аппетитном сырном кляре.
– Рыба полегче будет.
– Ой, спасибо большое! – Олеся обрадовалась так, будто Вайс подарил ей целый мир. – Ты такой добрый! Я когда тебя увидела, сразу поняла, что ты мой тип мужчины… Нет, не мой мужчина, а мой тип.
Олеся осеклась, глянув на Цимбала. Видимо, девушке показалось, что он снова махнул на нее рукой. Но Саше сейчас не до нее. Он с такой жадностью набросился на ужин, что Вайсу оставалось только позавидовать его аппетиту.
– Весь день на ногах, то одно, то другое, – словно оправдываясь за свое желание поскорее набить едой живот, сказал он.
– Причем первую половину на колесах, – сказал Вайс.
– Ага, на колесах! – хмыкнул Цимбал. – Утро с колес начал, а сейчас бы косячок дернуть, гы!
Альбина засмеялась, реагируя на шутку.
Цимбал был немногим ее старше, но она обращалась к нему на «вы». А на Вайса даже не смотрела. Может, старший охранник объяснил ей, куда она идет и кто хочет ее белого тела. Дескать, в кабинете босса двое, один хозяин, другой – его водитель. Если так, тогда все понятно.
– Может, пойдем?
Цимбал взял Альбину за руку и вывел из кабинета. Еще и Вайсу подмигнул, чтобы он с Олесей не терялся.
– Я пробовала косячок, ничего хорошего, – проговорила Олеся, когда они с Вайсом остались одни. – Смех такой глупый-глупый, а наутро голова трещит… А ты пробовал?
– Я спортсмен, этим делом не увлекаюсь.
– И я тоже спортом занималась. Бальными танцами. В Москву приехала, в институт хотела поступить, не получилось. Домой возвращаться стыдно; сначала официанткой сюда устроилась, а потом в стриптиз переманили. Я же хорошо танцую, очень хорошо…
– Покажешь.
– Я вообще-то в привате не танцую.
– Почему?
– Не хочу. Правда, Макс заставляет…
– Кто такой Макс?
– Ты его знаешь, я от него тогда убегала. Он такой липучий… Я ему говорю, что не буду в привате танцевать, а он говорит, надо. Я говорю ему, что лучше официанткой работать буду, а он обещает на панель меня отправить. Сказал, это мой последний шанс.
– Какой шанс?
– Босса развлечь. Это же, считай, приват. Только его Альбина перехватила… Да и пусть увольняет!
– Кто увольняет? Кого? – спросил Вайс.
– Ну, Макс меня. Неужели непонятно? – удивленно посмотрела на Аникеева девушка. И даже всплеснула руками – с присущей ей незатейливой манерностью.
– За что?
– Как за что? Я же босса должна была ублажить! А босс с Альбиной ушел. Теперь понятно?
– Теперь понятно. Но босс тебя к себе звал, почему не пошла?
– Не захотела, потому и не пошла.
– А ко мне захотела?
– Захотела… Ты мне нравишься… – без всякой наигранности застеснялась она. И тут же нахмурилась, вспомнив о том, что не давало ей покоя все это время. – Только ты руки не распускай, ладно?
– Почему? Потому что просто водитель, а не босс?
– Мне какая разница, водитель ты или босс? Мне до этого нет никакой разницы. Если мне нравится парень, то мне все равно, кем он работает.
– И много тебе парней нравилось?
– Не много. Игорь нравился. Антон. Все, больше никто.
Если бы Вайсу предложили охарактеризовать Олесю одним словом, то он назвал бы ее «Простота». Бесхитростная она, и нет в этом никакого притворства.
– А я? – весело сощурился он.
– Ну, и ты, – зарделась девушка.
– Но лучше с боссом любовь крутить. У босса денег много, машина у него дорогая, квартира. Жила бы с ним и горя не знала…
– Во-первых, он не предлагал мне с ним жить. А во-вторых, я не хочу с ним…
– А со мной?
– С тобой хочу… Ну, не в том смысле… – смутилась она. – Секс меня не интересует.
– Что, совсем?
– Почему совсем? Есть в нем приятные моменты. Но сначала я должна понять, что ты ко мне относишься серьезно…
– А предложение сделать?
– Не надо предложения… То есть можно и предложение, но это не главное. Главное, чтобы ты ко мне серьезно относился… А ты смеешься надо мной, – с обидой проговорила девушка.
– Я над тобой смеюсь?
– Смеешься. Я же вижу, что смеешься, – надулась она. – Ты тоже считаешь меня глупой.
– Тоже?
– Да, многие так думают. Хотя я никому ничего плохого не делала…
– Этот мир очень жестокий.
– Я знаю. И в нем так трудно жить…
– Каждый так и норовит тебя обидеть?
– А ты откуда знаешь? – с подкупающей наивностью спросила Олеся.
– Ты красивая, мужчины хотят тобой обладать.
– Я не красивая, – покачала она головой.
– А какая?
– Я очень красивая, – без ложной скромности сообщила она.
– С этим не поспоришь, – улыбнулся Аникеев.
– И все думают, что со мной можно все. Потому что я стриптизерша…
– Именно потому они так и думают.
– Но я же всего лишь танцую.
– Танец – это искусство обещать. Ты обещаешь, а мужики верят.
– И ты думаешь, что я шлюха? – чуть не плача, посмотрела на Вайса девушка.
– Как бы тебе сказать…
– Значит, думаешь! Ну и пошел ты к черту!
Она поднялась, чтобы уйти, но Вайс взял ее за руку, вернул на место.
И простоватая Олеся, и глуповатая, и поболтать любит, но ему нравилась ее непосредственность. И еще ему легко с ней. Да и красивая она… В общем, он хотел, чтобы девушка ушла отсюда, но только вместе с ним.
– Ты не шлюха. Ты скромница. Скромница легкого поведения. Но мне с тобой хорошо. И я не хочу отпускать тебя в этот жестокий мир, где каждый может тебя обидеть. Ты могла бы переехать ко мне.
– Правда? – просветлела девушка.
– Можем уехать прямо сейчас. У меня квартира на Ленинском, тебе понравится…
Наталья предлагала ему свою квартиру в сталинской высотке, но, увы, с этим вариантом ничего не вышло. Ее смог срочно выкупить сосед Тарасова, причем за стоящую цену. Но ничего, главное, что с казино повезло.
– А как же твой босс?
– Нет у меня босса.
– А этот, Александр Дмитриевич?
– Кто тебе про него сказал, Макс?
– Да.
– Он тоже владеет этим казино. На общих со мной правах. Завтра он уедет, а я останусь здесь. И я здесь буду директором, а не он…
– А разве ты не водитель?
– Водитель. Своего собственного «БМВ». Просто Макс не так все понял. Потому что он идиот. Ничего, завтра я вытряхну отсюда весь мусор.
– А сейчас мы едем к тебе? – восхищенно спросила Олеся.
– Кто тебе такое сказал?
– Ты сказал! – испуганно вытянулась девушка в лице.
– Разве?
– Да. Ты сказал, что я могла бы переехать к тебе.
– Не заметил, – улыбнулся он. – Так увлекся, что не заметил. Тобой увлекся… Ну что, едем?
– Да!
– А как же работа?
– А ты можешь меня уволить?
– Могу.
– Тогда увольняй, плакать не буду. А если бросишь… А ты меня бросишь… – протяжно вздохнула девушка. – Ничего, я себе другую работу найду.
– Я тебя тогда обратно к себе возьму.
– А ты меня правда бросишь? – расстроенно спросила Олеся. Но при этом все же нашла в себе силы улыбнуться.
– Ну, ты же сама это сказала.
– А ты что скажешь?
Вайс промолчал. Ему нечего было ответить. Он и сам понимал, что Олеся – это несерьезно. И, конечно же, их отношения не будут длиться вечно… И совсем непонятно, зачем он тащит ее к себе домой?
Глава 12
Канары – острова вечной весны. И не только потому, что летом там не жарко, а зимой не холодно. Там особенная, бодрящая атмосфера, и воздух молодильный – а как еще иначе объяснить, что на Канарах Алексей Андреевич Жданов ощущал в себе прилив телесных сил? В свои шестьдесят два года он чувствовал себя сорокалетним мужчиной с крепким либидо. Не зря он отправился туда с молодой любовницей, которая здесь, в Москве, имела, мягко говоря, весьма невысокое представление о его мужском достоинстве. Зато на Канарах он показал ей себя во всей красе. И так здорово ему там было, что не хотелось уезжать. Но, увы, Жданову нужно было в Москву. Поэтому он здесь, в дождливой непогоде.
Впрочем, и на Канарах скоро начнется сезон дождей. Но ведь это будет когда-то и где-то.
– Я хочу принять ванну! – захныкала Лиза.
– Успеешь.
Из-за ее капризов они задержались на два дня. Перед самым отлетом ей вдруг приспичило побывать на острове Пальма, посмотреть на самый крупный в мире кратер Кальдеро, подышать невероятной чистоты воздухом.
Впрочем, переживать из-за этого не стоит. Артур – очень осторожный человек и не станет продавать свое казино первому встречному-поперечному. Да и слово он дал, что не будет метаться в поисках покупателя. А слово у него железное. Да и сам Алексей Андреевич пообещал ему расплатиться живыми деньгами сразу же, как только приедет в Москву… Нет, сделка не может сорваться. Это исключено.
И все равно Алексей Андреевич нервничал. Там, на Канарах, он был уверен в своем друге. А сейчас вдруг засомневался. Там, в океане, все было спокойно, стабильно, а здесь жизнь летит стремительно, и за несколько дней можно продать все, что угодно, даже Кремль. И два миллиона долларов сейчас ему казались ничтожной суммой. Потому и мчался он на Новый Арбат.
А ведь два миллиона – вполне реальные деньги. Это сейчас «Мос-Вегас» оценивают в шесть-семь миллионов. Но Алексей Андреевич знал, в какую цену он ему встал. Помещения под него он приватизировал фактически за бесценок. Ну, если не считать взятку. Еще ремонт обошелся в приличную сумму, хотя и не больше миллиона…
У входа в казино Тарасова стоял знакомый охранник. Это немного успокоило Алексея Андреевича. Старая охрана – старый хозяин.
– Артур Денисович на месте?
– Нет его, – покачал головой широкоплечий парень с рябым лицом.
– А когда будет?
– Так он насовсем уехал. Говорят, больше не вернется.
– А казино?
– Продал. Новый хозяин у нас. Водителем у Тарасова был, а потом раз, и казино купил.
Известие о новом хозяине шокировало Жданова, и он не понял, при чем здесь водитель Тарасова.