— То есть мы с вашей матушкой и супругой будем жить здесь столько, сколько нужно.
Глава 67
Мой жёсткий прищур ничуть не смущает мисс Бишоп, скорее наоборот. Уголки бледных, почти бесцветных губ старухи подрагивают в торжествующей улыбке, а в глазах мелькает нечто, похожее на радость.
Расправив белоснежный передник, на котором мой зоркий глаз не находит ни пылинки, она подходит ближе, украдкой оглядываясь на мать, и тихо, но с вызовом продолжает:
— Вижу, вы в добром здравии, Ваша Светлость. Значит, смогли усмирить гордость и помириться с вашей истинной?
О как.
Неожиданно.
Склоняю голову набок и стискиваю зубы так, что сводит челюсти. Торможу себя, чтобы одним резким словом не прервать зарвавшуюся нахалку. Раздражение сворачивается в груди огненной спиралью, но зверь отчего-то молчит.
Притих и выжидает.
— Мисс Бишоп, — цежу сквозь зубы. Тихо, но тщательно выговариваю буквы. Каждое слово даётся с усилием, голос становится тише и опаснее. Говорю едва не по слогам, чтобы до неё, наконец, дошло, с кем она связалась. Удивительно, до чего я терпелив. — Вы либо не получили моё послание, либо…
Старуха заинтересованно вскидывает бровь, но я не успеваю договорить. Меня прерывает резкий окрик матери:
— Мариэлла! Хватит надоедать Его Светлости, лучше приготовь нам травяной чай, да поскорее. Не видишь, Дэйдру укачало?
Пожав плечами с театральной покорностью, наглая горничная делает шаг в сторону, оказываясь на миг спиной к своей хозяйке. Кивает мне с холодной улыбкой и шёпотом проговаривает:
— Ваша Светлость, встретимся здесь же через два часа. Поверьте, мне есть что вам рассказать.
Отвешивает низкий поклон, но в её движениях читается не почтение, а какая-то мрачная решимость. Торопится в дом, а я задумчиво морщу лоб, пытаясь понять, что стоит за столь внезапной переменой. Или она предчувствует скорую победу, будучи шестёркой Её Величества?
Это же она разлучила меня с истинной. На её глазах я едва не превратился в фарш силами собственного зверя. А ходит с видом, будто она — моё спасение, ещё и говорит загадками.
Бесит до скрежета зубов.
Но тогда по какой причине она упомянула о примирении с Лизой? Или же…
— Аррон, дорогой, — мать соизволила оторваться от шпыняния молчаливых слуг, перетаскивающих чемоданы в дом, и обратила на меня внимание. — Не стой на улице, проходи. Пообедаешь вместе с нами, заодно проведёшь время с супругой. По глазам вижу, как вы соскучились друг по другу.
Да уж…
Глазомер у неё никудышный.
При мысли о том, чтобы остаться наедине с Дэйдрой, всё внутри съёживается и черствеет. Желудок сворачивается болезненным узлом. В горле першит от одной мысли о ванили, а унылый вид жены, что вяло отмахивается платком от роя мошек, вызывает тошноту с изжогой.
— У меня дела, — х ол одн о отвечаю, всп омнив от ом, чт оск ор омаги вернутся из Антрима, а Брайден х оть и выглядит зд ор овым, н ов один очку ему слаб оперетащить оставшиеся брёвна.
Не ожидавшая отпора, леди Грэй хмурится и складывает руки на груди. Качает головой с таким видом, будто я нанёс ей смертельное оскорбление, и недовольно цокает языком:
— Твоё место здесь, рядом с матерью и супругой. Это неуважение бросить нас одних на произвол судьбы! Мы проделали такой путь и ради чего?
Хороший вопрос.
Чего ж вам обеим дома не сиделось?
Моё место рядом с Лизой. И даже куча шумных, сопливых, но наивных и искренних детишек гораздо приятнее, чем надменный взгляд матери и скучная до зубовного скрежета Дэйдра.
А присутствие незваных родственничков и так ухудшило мою карму в глазах истинной. Надо будет заново набирать упущенные очки и доказывать, что я не имею отношения к их внезапному визиту.
— Отдыхай, — бросаю ей через плечо. Убираю руки в карманы и уверенно направляюсь туда, где я действительно хочу быть.
Дети бегают по двору под бдительным надзором Госкера. Каждые пять секунд он хлопает в ладоши, и ребятня с визгами подпрыгивает. Один из них машет руками будто крыльями, явно мечтая взлететь, а приземлившись, обиженно дует губы.
В груди что-то сжимается. Голову снова занимают мысли о том, что у нас с Лизой могли бы быть свои дети. Роди она сына, я бы уже вовсю готовил его к первому обороту…
Сглатываю горькую слюну. Сейчас главное разобраться с Дэйдрой, затем решить проблему с Его зарвавшимся Величеством и вернуть мою женщину на её законное место — в мои объятия, в мою жизнь и мою постель.
А там будь что будет. Лиза захочет — возьмём на воспитание сиротку и станем приёмными родителями.
Естественно, на территории её нигде не видно. Зато есть хмурый как туча Соррэн, явно недовольный моим уходом.
— Мать приехала, — коротко поясняю, не желая оправдываться, и он мрачнеет ещё больше.
— Именно тогда, когда у тебя начало налаживаться с Лизой? — спрашивает без привычного сарказма, а в голосе звучит искренняя озабоченность. — И прямиком в Ларни, в обход Антрима? Не находишь это подозрительным?
Ещё как нахожу.
Киваю и коротко рассказываю про мисс Бишоп, занявшую собственный особняк.
Технически она права. Я его ещё не выкупил.
Хотя в письме чётко сообщил, что нашёл Элизабет в Ларни, и если она не хочет нести расплату за враньё, пусть добровольно уступит мне развалюху. Заплачу любую цену не торгуясь.
Соррэн недоверчиво качает головой, но соглашается с тем, что надо выслушать Мариэллу. В его глазах читается тревога, но не за меня. Опасается за племянника и осознаёт своё шаткое положение.
Ровно через два часа подхожу к новеньким воротам особняка Бишоп. Думаю над тем, что надо сегодня же объявить Дэйдре о расторжении брака. Предложу ей щедрые отступные и даже помогу найти выгодную партию, для которой отсутствие девственности у невесты не является критичным.
Мать будет в истерике, но мне плевать. Я сменил приоритеты.
Докажу Лизе свои намерения не только словами, но и действиями.
Ждать долго не приходится. Мариэлла змеёй выскальзывает за калитку и, оглядываясь на дом, торопливо поясняет:
— Они уснули после долгой дороги, Ваша Светлость. Не составите ли мне компанию? Кажется, я почти вечность не была на родине и с удовольствием бы прогулялась по окрестностям.
Глава 68
Лиза Грейчёва
Я пулей влетела во двор к Хелене и несколько секунд изображала соляной столб, закрыв глаза и восстанавливая сбившееся дыхание.
Губы всё ещё горели, ощущая драконий жар на нежной, почти прозрачной коже, и бесстыжую ласку, от которой внизу живота порхали бабочки.
Воистину, тело предало.
Хорошо, что мозги остались на месте и не растаяли мороженкой. Ладонь, что встретилась с железной на ощупь скулой Аррона, покалывало сотнями иголочек.
Была бы посмелее — кулаком бы врезала.
Стиснув зубы в попытке прогнать воспоминания о поцелуе, я поплелась к крыльцу и, едва переступив порог, выпалила в сердцах:
— Я переезжаю и не спрашивай куда. Сама не знаю. Меня выжило это ядовитое семейство.
Хелена торопливо отложила шитьё в сторону, и на приветливом лице отразились испуг и напряжение. Глаза расширились, а руки так сжали пяльцы, что те жалобно хрустнули.
— Лизонька, что случилось? Какое семейство?
Я рассказала ей о внезапном появлении семейства Грэй в Ларни, не забыв упомянуть о том, как их карета направилась к особняку Мариэллы. Слова лились сами собой, а в груди клокотала гремучая смесь разочарования и обиды.
— Аррон лгал мне! А потом… потом… Неважно. Гад он, в общем! Ящерица бескрылая! То есть крылатая… То есть… Ай!
Я бессильно махнула рукой и жалобно шмыгнула носом. Плакать при подруге не хотелось, и вообще этот чешуйчатый подлец не достоин ни одной моей слезинки!
На удивление Хелена медленно расслабилась. Плечи опустились, а на лице появилась успокаивающая улыбка. Подруга неторопливо поднялась с места, приблизилась и осторожно коснулась моей руки.
— Милая, — проворковала она, поглаживая мою ладонь. — Нашла из-за чего расстраиваться! Сама подумай, они же столичные, изнеженные. Такие не приживутся в нашей деревне, вот увидишь. Быстро соберутся и уедут в свой дворец.
А ведь и правда.
Слова поддержки достигли цели, и я начала успокаиваться.
Может, Хелена права?
Может, это просто временный визит?
Выйдет леди Грэй на крыльцо, увидит комара или слепня, плюнет и велит перетаскивать вещи обратно в карету.
Вот только горечь от вызывающего драконьего поведения прошлась по моей душе раскалённым утюгом.
— Пойду прогуляюсь, — вздохнула я. — Надо поразмыслить над тем, что делать дальше.
Хелена кивнула с пониманием и потянулась к вышивке, а я вышла из дома.
Едва дойдя до околицы, услышала знакомые голоса. Сердце подскочило к горлу — это же Аррон и Мариэлла!
Вот блин!
Не желая попадаться им на глаза, я быстро юркнула за густые заросли местного шиповника, растущего неподалёку, и замерла без движения.
— Леди Грэй перехватила ваше письмо, — терпеливо объясняла дракону Мариэлла. — У меня не было иного выбора, Ваша Светлость. Леди Грэй не знает, что Лиза жива. Для них она вернулась в земной мир, понимаете? Вы и только вы — та самая причина, почему ваша мать захотела приехать сюда.
— Тогда сделай так, чтобы они убрались отсюда, и побыстрее, — раздражённо ответил ей голос герцога. — Включи своё женское воображение, делай что хочешь. Напугай рассказами о привидениях, вой под окном как волк, да хоть пауков подкинь им в постели.
Мисс Бишоп неожиданно расхохоталась, на удивление живо и звонко! Будто она вмиг помолодела!
— Я вас услышала, Ваша Светлость, — отсмеявшись, ответила Мариэлла. — Всё сделаю, не беспокойтесь. И заверяю вас, как только мы вернёмся в столицу, оформлю мой дом на ваше имя.