Я растерянно моргнула, не понимая, почему она продолжает вести со мной диалог, а не бьёт тревогу, поднимая на ноги всех немногочисленных обитателей особняка. Каждое её слово било точно в цель, сильнее кнута!
Но в то же время давало мне драгоценные секунды передышки.
— Какое лицемерие, — выдохнула я, чувствуя спиной пронизывающий ветер, от которого по коже бежали зябкие мурашки. Весна пришла в столицу, но миствеллские ночи всё ещё были весьма холодными. — Говорите про жизнь в клетке, в то время как завтра мои дни будут сочтены! Я слышала, что вы собираетесь подлить мне что-то в чай! — голос невольно дрогнул, а в глазах защипало от непрошенных слёз. — Лучше я встречу смерть на улице, чем здесь. По крайней мере, буду знать, что я сама была в ответе за себя.
Мариэлла поджала губы. Драгоценные секунды утекали сквозь пальцы, но что-то внутри не давало мне прыгнуть на подоконник, а оттуда наружу, пытаясь ухватиться за спасительную ветку.
Тяжелое молчание, повисшее между нами, приковало меня к месту. А после долгой паузы она произнесла:
— Это зелье забвения. Так будет лучше для всех.
— Я не хочу ничего забывать! — с жаром возразила, стараясь не повышать голос, хотя все мои внутренности скручивались от гнева и испуга. Если кто-то ещё проснётся, мне точно не уйти!
Я безрассудно схватила её за рукав, глядя прямо в холодные глаза. Дыхание сбилось.
— И жить под колпаком как марионетка тоже не хочу! Я не такая как вы, я готова пройти через боль! И я знаю, что когда-нибудь, она утихнет.
Маска невозмутимости на лице Мариэллы дрогнула, обнажая истинные эмоции. Лишь на секунду, но я увидела на суровом лице жгучую жалость и растерянность, а плечи женщины бессильно опустились.
И тут меня осенило.
— Вы тоже были истинной? — спросила я тихо, затаив дыхание. — И вас предали?
Мисс Бишоп не выдержала и отвела глаза, оставив мой вопрос без ответа. Вот только это молчание было красноречивее любых слов. В нём таились десятилетия боли и ужасающей тоски.
— Пожалуйста, — прошептала я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. Искра надежды, теплящаяся в груди, трепетала будто листья на ветру и грозила вот-вот погаснуть. — У меня всё получится, я верю в себя. Я убегу далеко-далеко! Никто из вас никогда обо мне не услышит.
Губы дрожали, язык не подчинялся, и каждое слово давалось с нечеловеческим трудом. Я крепче сжала её руку, вкладывая в этот жест всё своё отчаяние и надежду.
Мариэлла смотрела долго, тяжело, словно взвешивая на невидимых весах мою судьбу. Грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, а пальцы сжимались и разжимались, выдавая внутреннюю борьбу.
И я едва не расплакалась, когда после мучительно долгой паузы она тихо произнесла, глядя сквозь меня:
— Нечего бывшей леди прыгать по деревьям. Иди за мной.
Глава 12
Внутренний голос кричал об опасности и требовал не доверять мисс Бишоп, но умом я понимала, что выбор невелик. Либо остаться добровольно и продолжить влачить жалкое существование под неусыпным надзором семейства Грэй, либо довериться Мариэлле.
Две дороги, и обе вели в неизвестность.
Судорожно сглотнув, я последовала за ней, беспрестанно крутя головой по сторонам и улавливая малейший шорох. Ноги подкашивались при каждом шаге, но Мариэлла уверенно шла вперёд, и вскоре мы оказались на улице, у кованых ворот.
Женщина с тихим щелчком отодвинула в сторону засов, покрытый мелкими, едва заметными искрами, похожими на снежинки, и открыла узкую калитку. Но вместо того, чтобы пригласить следовать за ней, взмахнула предупреждающе рукой:
— Обожди.
Мариэлла вскинула ладонь, и с её пальцев дождём посыпались сиреневые огоньки. В тот же момент проход затянула густая оранжевая пелена.
Похоже, я очень многого не знала о мисс Бишоп. В частности, откуда у неё взялась магия?
Многие горожане с крупицами дара вовсю пользовались артефактами, что облегчали их рутину. А вот высшие аристократы Миствелла намеренно набирали штат прислуги без сверхъестественных способностей. Голубой крови нравилось, когда люди работали на износ, прикладывая собственные усилия. Тратили уйму времени и сил на то, чтобы вручную почистить всё столовое серебро или вымыть до блеска полы.
На мой вопрос, почему бы не пригласить опытных бытовых магов, леди Грэй лишь снисходительно цокала языком и отвечала, что это было бы слишком просто, и я ничего не понимаю. Холодные глаза буравили меня с таким презрением, что мне отчаянно хотелось провалиться сквозь землю.
Для герцогини простая иномирянка была на том же уровне, что и поломойка. А метка лишь ухудшала ситуацию.
Пока я размышляла об этом неожиданном открытии, пелена стремительно таяла, истончаясь на глазах.
— Проходи, — кивнула Мариэлла, нетерпеливо постукивая мыском туфли по мостовой.
Я опасливо шагнула за ворота, всё ещё не веря, что у меня есть шанс сбежать. Боль от стёртой метки утихала на глазах, лишь изредка напоминая о себе небольшими, ноющими волнами.
— На этом заборе охранных заклинаний, как аристократов на приёме у короля, — слегка насмешливо произнесла Мариэлла, наблюдая за моей нерешительностью. — Неужели ты думала, что сможешь перебраться через него сама? Да даже если решила перелететь по воздуху, то защитная магия тебя бы мигом обездвижила, и ты свалилась бы на землю, отделавшись в лучшем случае переломами.
Руки непроизвольно задрожали, а глаза расширились от осознания собственной наивности! Мысль о том, что я была на волосок от смерти, вонзилась в сознание ледяной стрелой.
— Я… я не знала, — пролепетала, обхватив себя за плечи.
Мисс Бишоп окинула меня взглядом, в котором за показным раздражением проскальзывало что-то похожее на сострадание. Заметив моё состояние, она смягчилась, но голос остался твёрдым, как стальной клинок.
— Направо вдоль улицы, — указала она рукой. — Свернёшь на третьем повороте, пройдёшь до конца, потом налево и направо до круглосуточной пассажирской станции. Если сможешь добраться до Антрима, считай, тебе повезло — в его окрестностях есть деревушка Ларни, там сохранился летний домик моей бабушки. Можешь занять его, — она на мгновение задумалась, — если, конечно, он ещё не развалился.
В словах горничной леди Грэй слышалась напускная небрежность, но глаза говорили другое. Взгляд Мариэллы внимательно следил за каждым моим движением, желая убедиться, что я всё правильно запомнила.
— Антрим, значит, — пробормотала я, вспоминая прочитанные книги в дворцовой библиотеке. — Кажется, это где-то на западе, но я не уверена, придётся уточнить на станции.
На губах Мариэллы появилась слабая улыбка, но она тут же спрятала её.
— На каждой станции есть карта Миствелла, не потеряешься. А теперь уходи, — строго отчеканила она. — Надеюсь, я больше никогда о тебе не услышу.
Неожиданно для себя я повернулась к мисс Бишоп, и с губ сорвалось тихое:
— Может, сбежим вместе? Я же вижу, что вы многое скрываете, как будто тоже пленница, — голос от волнения трепетал как осиновый лист. — Вы владеете магией, из аристократического рода, у вас есть дом в Ларни! Почему вы прислуживаете Грэям?
Мариэлла стремительно отступила, будто я не предложила ей побег, а отвесила мощную пощёчину. Лунный свет упал на бледное лицо гувернантки, и я с изумлением заметила, как её глаза странно заблестели. Но в следующий момент она решительно мотнула головой.
— Ты молодая, и тебя здесь ничего не держит, — произнесла она с нажимом, выставив перед собой ладони в защитном жесте. Или же боялась, что даст слабину и согласится? — Поэтому хватит тянуть время, иначе решу, что ты передумала, возьму за шкирку и верну обратно в дом. Мне ещё придумывать правдоподобное оправдание для леди и герцога, когда те вспомнят про твоё существование, а ещё заткнуть прислуге рты. Пошла вон!
Последние слова прозвучали резко, почти грубо, но глаза…
Глаза говорили иное.
Моя жажда свободы пробудила в ней тревогу и старую, затаённую боль, похожую на рану, которую не исцелили до конца, а лишь упорно заматывали бинтами.
Мариэлла не просто отказывалась бежать.
Она оставалась намеренно.
Я кивнула, чувствуя, как к корню языка подступает тугой, колючий комок, а в горле першит от холода:
— Спасибо вам, мисс Бишоп. Я никогда не забуду вашей доброты.
— Ты ещё здесь? — фыркнула она, но в голосе не было злости, лишь напряжённое ожидание.
Я последний раз взглянула на женщину, которая пять лет смотрела на меня как на пустое место. А сейчас по неведомой причине рисковала всем ради моего счастья и свободы!
Затем развернулась и стремительно зашагала вдоль улицы, проговаривая про себя маршрут. Пальцы сжимали мешочек с драгоценными камнями, и я надеялась, что доберусь до станции без приключений.
«Направо по улице, третий поворот, до конца, налево, направо, станция… Антрим… Ларни…»
В тот момент я знала и верила, что моя жизнь изменится, но не представляла, чтобы настолько!
Глава 13
Герцог Аррон Грэй
Резким движением я поднялся с постели, и с высоты своего роста взглянул на Дейдру. Новоиспечённая леди Грэй неловко куталась в одеяло и прикрывала на белоснежной простыне красноречивое свидетельство её невинности.
Глаза — овечьи, робкие, умоляющие. Волосы закрывают большую часть лица. Чёртова святоша. Стыдливо отводит взгляд, будто считает, что я не имею права расхаживать в своей спальне без одежды.
Меня передёргивает от отвращения.
Скривился так, что сам почувствовал, как перекосило лицо.
Первая брачная ночь с Дейдрой оказалась пустой, бессмысленной тратой времени.
Я даже не удостоил её взглядом, когда широкими шагами пересёк комнату и хлопнул дверью в ванную. Крутанул вентиль душа до упора. Вода ударила по коже — обжигающе горячая, идеально подходящая драконам.
Вот так гораздо лучше.
Смыть. Всё смыть немедленно.
Быстрыми, остервенелыми движениями я принялся втирать мыло в кожу, будто хотел содрать верхний слой вместе с воспоминаниями. Приторный аромат ванили, которым Дейдра обрызгалась с ног до головы, въелся в ноздри и до сильного першения забил глотку.