— Почему? — голос мой был холодным и отстранённым. — Точнее, для чего?
— Поверьте, у меня нет дурных намерений по отношению к вам. А он совершил большую ошибку, решив, что я буду играть в его игры и покрывать его.
Я молчала, вслушиваясь. Голос звучал устало, без агрессии или нервозности.
— Где и когда вы хотите встретиться? — спросила я.
— Завтра. В центре. Ближе к вечеру, скажем, часов в семь. Выберите место вами, пришлите сообщением адрес. Я буду одна.
На секунду я закрыла глаза и решилась.
— Хорошо. До завтра, Маргарита.
— Спасибо. До свидания, Вера, — сказала моя собеседница и отключилась.
Я вернулась в гостиную. Артём, всё так же сидящий на полу у комина, поднял на меня глаза.
— Всё нормально? — спросил он.
— Нормально, — кивнула я и, подойдя ближе, и протянула ему телефон. — Если это можно назвать нормальным.
Он взял телефон, пробежал глазами сообщение. Его брови удивлённо поднялись. Он посмотрел на меня:
— И что ты решила?
— Встретиться с ней. Завтра вечером. Я думаю, ресторан Алексея подойдёт. Во всяком случае, я смогу не опасаться, если решу что-то сьесть или выпить.
Артём отдал мне телефон, вздохнул и слегка усмехнулся:
— Пожалуй… не стоило мне советовать тебе отвечать на звонок.
Я улыбнулась, так и стоя перед диваном с телефоном в руках, не решаясь вернуться на пол перед камином. Волшебство не исчезло совсем, но момент был упущен.
Артём поднялся, забрал телефон из моих рук и положил его на диван. Он внимательно посмотрел на меня, что-то обдумывая. Вдруг он улыбнулся, подмигнул мне и... включил музыку.
Комнату наполнила красивая мелодия с обволакивающим, чувственным ритмом. Он протянул мне руку:
— Давай потанцуем?
Глава 41
Я вложила ладонь в его руку — и он тут же мягко подтянул меня к себе. Мы начали неспешно двигаться, неслышно ступая ногами по ковру. Мы не разговаривали, только наше дыхание иногда перемешивалось в неторопливых поцелуях. Музыка сменилась — я даже не заметила когда. Время растаяло между нами.
— Пойдём, — прошептал он спустя некоторое время, всё ещё удерживая мою руку.
Мы опустились на диван и устроились среди мягких подушек. Он включил старый фильм. На середине фильма я заметила, что он уснул. Он лежал на спине, одна рука всё ещё была на моей талии, другая — чуть согнута под головой. Его лицо стало спокойным, расслабленным. Грудная клетка ровно поднималась и опускалась. Я повернулась к нему и положила ладонь на его грудь, туда, где билось сердце. Он не шелохнулся. В комнате было полутемно — лишь свет от экрана телевизора и отблески от камина плясали на потолке и на его лице. Где-то вдали, за стеклом, падал снег. Медленно, беззвучно. Я прижалась к нему, устроившись удобнее.. И когда закрыла глаза, мне показалось, что это и есть то самое редкое, настоящее тепло, которое не требует слов. Просто быть рядом. И уснула.
Я проснулась в его объятиях. Пошевелилась, стараясь выбраться аккуратно — хотелось посетить уборную. Но он только сильнее прижал меня к себе и пробормотал:
— Подожди… не убегай ещё… хоть пару секунд. Только если ты прямо не лопаешься.
Я фыркнула и покраснела.
— Почти, — прошептала я, смеясь.
— Почти — значит можно, — пробурчал он, зарылся носом в мою шею и обнял крепче. — Я давно так хорошо не спал, — тихо добавил он.
Я закрыла глаза, наслаждаясь обьятиями. Потом я осторожно высвободилась из его обьятий, села и повернулась к нему. Он смотрел на меня с улыбкой. А я смотрела на него и боялась признаться себе, что я наконец нашла то, чего всегда боялась даже желать. Нежность, заботу, уют и такую тишину между словами, в которой больше смысла, чем в любых клятвах.
Мы позавтракали и отправились обратно в Москву. В пути мы почти не говорили. Я сидела, смотрела в окно и думала, как быстро закончились эти неожиданные выходные. Впереди — Москва. Встреча с невестой Михаила... Михаил... Мысли сами собой вернулись к квартире.
Перед глазами снова всплыло: шкафы нараспашку, мои вещи разбросаны по полу, испачканы, что-то порвано. В любом случае придётся всё вычистить, навести порядок. Посмотреть, что можно спасти, а что уже нет. Уверена, что придётся покупать новую одежду. Потому, что Михаил, конечно, постарался.
Я вздохнула и нарушила ютуную тишину.
— Отвезёшь меня домой? — спросила я, не отрывая взгляда от окна.
— Придётся сначала заехать ко мне, — ответил Артём спокойно.
Я обернулась к нему.
— Почему же?
Он усмехнулся, но не посмотрел на меня.
— Увидишь.
Я нахмурилась.
— Думаю, мне всё же придётся настоять, — сказала я. — Хочу перебрать вещи и привести всё в порядок.
Артём коротко перевед взгляд с дороги на меня и улыбнулся.
— Там уже должна была всё закончить клининговая фирма. Вещи тоже разобрали, отстирали и отпарили, по крайней мере то, что поддалось. Что не получится спасти — я обещал тебе поход по магазинам, но увёз в лес.
Я улыбнулась, но ничего не сказала.
Он замолчал, а потом тихо и серьёзно, не отрывая взгляда от дороги, проговорил:
— Вера… Я не хочу, чтобы ты возвращалась в ту квартиру. Совсем.
Я повернулась к нему, чувствуя, как внутри отчего-то кольнуло лёгкое, но острое волнение.
— Я не тащу тебя к себе в кровать, но... — Он снова усмехнулся. — Моя гостевая свободна. Да и вся квартира, по сути, в твоём распоряжении. Пока Михаил в Москве — живи там. А хочешь — перебирайся ко мне совсем.
— Артём… — Я закусила губу. — Ты ведь понимаешь, что ты немного… торопишь события?
— Понимаю, — ответил он спокойно. — Но я для себя уже всё решил.
Он повернулся ко мне, коротко встретившись со мной взглядом.
— И, кажется, ты тоже, — добавил он, снова глядя на дорогу. — Так зачем нам играть в недомолвки?
Я чуть улыбнулась. Он попал в точку — и это и пугало и трогало одновременно. Я чувствовала, как легко могу сказать «да» прямо сейчас.
— Хорошо, — тихо сказала я, — Я подумаю.
— Только не думай слишком долго, — сказал он, улыбаясь.
Мы подъехали к дому, и я вышла вслед за Артёмом. Мы зашли в его квартиру, разулись в прихожей, но стоило мне заглянуть в гостиную, как я застыла на месте. На диване, креслах и даже журнальном столике были аккуратно разложены вещи. Новые женские вещи. Пальто, платья, блузки... несколько пар обуви. Несколько сумок. Всё — моего стиля. Всё — будто подобрано мной самой.
— Что это? — спросила я, и голос прозвучал тише, чем я хотела.
Артём подошёл ко мне и спокойно ответил:
— Михаил — дерьмо. Прости, но иначе не скажешь. Я видел, как ты одеваешься — на работу, на встречи. Ты очень следишь за своим образом. И я могу только представить, каково это — когда твой гардероб испортили. Поэтому… я просто решил, что тебе это будет приятно. Выбирай всё, что захочешь оставить. Всё, что здесь, — твоё.
Я смотрела на вещи, потом на него. И не могла вымолвить ни слова. Всё это было… слишком. Слишком щедро.
Он протянул мне ключи.
— Это дубликат. Квартира - в твоём распоряжении.
Я открыла рот, чтобы сказать хоть что-то, но он опередил:
— Я подумал ещё раз и нет, я не тороплюсь. И да, я уверен.
Он посмотрел на меня ещё пару секунд, потом отступил к двери.
— У меня встреча и мне нужно ехать, я буду в центре. Заберу тебя вечером после разговора с невестой Сухова. Сообщи, когда ты освободишься.
И — ушёл. Оставив после себя гору эмоций, с которыми я осталась одна.
Я прошла в гостевую комнату, осторожно притворила за собой дверь и села на край кровати. Потом — встала, подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Поколебавшись пару минут, я забрала из гостиной вещи и принялась их примерять. Всё сидело идеально. Я крутилась перед зеркалом, увлёкшись. Перемерив всё, я остановилась и посмотрела на разбросанные вокруг меня наряды. Я почувствовала, как внутри меня поднимаются страх, и благодарность, и непонимание. Как странно, как резко повернулась моя жизнь. Я взглянула на часы. Было почти шесть. Время пролетело незаметно.
Я взяла телефон и написала Маргарите адрес ресторана. Она ответила почти сразу: всё в силе.
Я привела себя в порядок, оделась, выбрав новый наряд, вызвала такси и отправилась на встречу с невестой Михаила, размышляя, чего же она от меня хочет.
Глава 42
В ресторан я приехала первая. Маргарита прислала сообщение: «Вера, я задерживаюсь. Такси встало в пробке.»
Официант только поставил передо мной бокал вина, когда в зал вошла она. Высокая, эффектная, немного напряжённая. Светлые волосы, сдержанный макияж. На лице никаких эмоций, только холодная усталость и сдержанная решимость.
— Мне тоже вина, пожалуйста, — сказала она официанту, садясь. — И, будьте добры, меню. Я ужасно голодна.
Мы заказали еду и официант ушел. Мы смотрели друг на друга — она с интересом, я — чуть настороженно.
— Я Марго, — сказала она, прерывая молчание. — Думаю, ты уже поняла. Я невеста... точнее, была невестой Михаила.
Она сделала паузу и продолжила.
— Я знала, что у него есть бывшая жена, с которой затянулся развод. Он говорил, что это ты тянешь, не даёшь согласие, устраиваешь сцены. А он бедный — ждёт и не может жить дальше. И я ему верила.
Я чуть усмехнулась.
— Всё как раз наоборот. Это он не давал развод четыре года. Я была за границей, а он затягивал процесс всеми силами.
— Я не удивлена, — вздохнула Марго. — За последние пару дней у меня как будто пелена с глаз спала. Я увидела журнал — фотография, где вы спите у него на плече, статья эта.. Я тогда чуть не задохнулась.
Она стиснула пальцы.
— Я позвонила ему. Он, как ни в чём не бывало, сказал, что это — просто маркетинговый ход. Что зрителю нужно шоу, а фото — постановочное. Ради продаж и ради галереи.
— А ты приехала, — догадалась я.
— Да. Меня не отпускало. И ещё… странно было, что он не позвал меня с собой в Москву. Мы везде ездили вместе. Всегда. А тут — молчок. Я купила билет. Прилетела. Он был в восторге от сюрприза, очень соскучился. А потом он уснул, а я… полезла в его телефон. Никогда раньше этого не делала, потому, что не сомневалась в нём. Он всегда был таким заботливым, внимательным, нежным… Мы строили планы. Говорили о детях. Он обещал, что всё у нас будет. И я верила. А теперь…