- Хорошо, - когда он берет небольшую передышку, отвечаю. -Я согласна на охранника, но я хочу убедиться, что ни звонки, ни сообщения больше не прослушиваются.
Муж согласно кивает на это. Охранник все равно при мне останется, а вот выиграть для себя личную свободу многого стоит. Да и сбегать я больше не собираюсь. Его предложение мне на руку, и почему-то уверена, он специально его дал. Показывает, что готов идти на уступки?
- И последнее, - Эми подходит ко мне вплотную.
Между нами остаются считанные сантиметры. Горячее дыхание опаляет, лицо. Смотрю на его ключицы, не поднимаю голову, потому не хочу встречаться с горящим взглядом. Муж не трогает меня, но от этого я не перестаю дрожать то ли от трепета, то ли от страха.
- Запомни раз и навсегда, я твой муж, я твой мужчина. Я мужчина сам по себе. И мужчина никогда не отпускает свое. Ты моя, а значит, я удержу тебя, чего бы мне это не стоило.
Глава 14
Эмир
Снежана смотрит на меня большими глазами и не верит услышанному. И пусть. Я уже все сказал. Она моя жена, и я действительно ее люблю, и нет, я не могу ей всего сейчас рассказать.
Я действительно безумно испугался, когда Сехар позвонил мне и сказал, что ее нет, что он упустил ее, как я на него кричал. В тот момент я буквально орал раненым зверем.
Зачем она сбежала? Как она могла это сделать?
Мало того, что я был зол на тот момент из-за ее последних слов, перед тем как сбросила вызов, а потом игнорировала мои звонки, так еще и это. Поведение маленького капризного ребенка. И сейчас она продолжает дуть свои очаровательные губки, показывая свое недовольство.
Да, я понимаю, измена, угрозы, это кого угодно выбьет из колеи, заставит злиться, но она ведь не ребенок, должна понимать, что безопасность невозможно обеспечить, когда не знаешь, где человек и что с ним происходит. Она думала, что прослушка продолжается? Кошмар. Я не собирался этого делать. Я прослушивал все один раз, когда она ходила к подругам.
Прослушка телефона это другое. И тем более, я перестал это делать еще в тот день, когда она поехала встречаться с девочками. Еще тогда все отключил. Ну да, мне было интересно послушать, о чем они поговорят, и поэтому я поставил стандартную прослушку, которую после убрал.
Как все запуталось и усложнилось.
- Иди, прими ванну. Ты вся синяя, продрогла, или, ты пока готовься, я сам наберу тебе. Полежишь, отогреешься, а потом ложись спать. Я не хочу, чтобы ты завтра слегла с воспалением легких из-за детской выходки.
Снежка недовольно поджимает губы. Люблю, как она злится, но сейчас это совсем не возбуждает. Это злит, заставляет беспокоиться.
Как же хочется заполнить ванну и принять ее вместе с ней, и пусть ругается, царапается, кусается, как угодно сопротивляется, лишь бы рядом. Но увы, не могу, хотя очень хочется полежать с ней в теплой воде, потискать, устроить ее голову на своей груди водить губкой по любимому телу.
Давно мы так ванну не принимали. Когда весь этот кошмар закончится, надо будет обязательно повторить. Только надо найти ее любимую персиковую пену, которой давно нет в наличии в магазине.
Но это все потом. Сейчас мне нужно уехать. И, увы, отложить я это никак не могу. Есть проблемы, которые надо решать на месте, и клянусь, если бы был уверен в том, что Снежана будет благоразумна, вечер прошел бы иначе. Мой срыв с места вынужденная мера.
И в то же время не могу ее винить, все же она в шоке, в панике. Для нее все это кошмарный сон. Я должен быть более лояльным, хотя, как бы то ни было, я не буду мягким и пушистым, даже несмотря на то, что всему виной я сам.
- Я сама решу, что мне делать, Эмир. Я не ребенок, хватит.
Мило возмущается Снежка, но по глазам вижу, она всего лишь злится, потому что собиралась именно это и сделать, а тут, видите ли, я со своими указаниями. Да, вот такой я нехороший, требую что-то от маленькой, бедненькой.
И да, мне нравится ее дразнить, это так мило. Ничего, нам обоим полезно испытывать эти эмоции. Все же мы отдалились друг от друга за эти дни, и очень сильно отдалились. Между нами огромная пропасть, которую мне придется либо заполнить, либо возвести мост между нашими сторонами.
Но лучше все же заполнить, чтобы эта пустота никогда не давала о себе знать, чтобы все вернулось на круги своя. И я это сделаю.
Я нанес ей рану, я же ее и залечу, чего бы мне это не стоило.
- Хорошо искупаться, - желаю жене и коротко, но страстно целую.
Буквально несколько секунд она сопротивляется, упирается руками в грудь, но прежде чем успевает предпринять более существенные попытки оттолкнуть, я сам ухожу.
Она ни о чем не спрашивает, кажется, даже облегченно выдыхает, а я хватаю ключи от машины, телефон и иду в гараж, параллельно набирая нужный номер.
- Ты уже перешла все границы. Двадцать минут. Жди.
Не дожидаясь никакого ответа, сбрасываю вызов и выезжаю со двора.
Она не перезванивает, понимает, что бессмысленно и уверен, прекрасно знает, по какому поводу я собираюсь с ней встретиться. Пусть знает, пусть готовится. Мне даже интересно, что она придумает в свое оправдание, и будет ли вообще оправдываться. Это девчонка в край охамела.
Доезжаю до нужного дома даже раньше, чем планировал, всего за семнадцать минут.
- Отлично, - выжидать даже не буду оговоренный срок.
Поднимаюсь на нужный этаж, дверь уже открыта. Молодец, подготовилась.
Не разуваясь, захожу внутрь. С порога в нос ударяет запах ароматизированных свечей. Противно, терпеть такое не могу, но ей все равно, ей нравится, и это главное.
Нахожу Алевтину в гостиной. Плотные шторы занавешены, чтобы у нашего разговора не было свидетелей из окон напротив.
Предусмотрительно. Вот только кино отменяется. Во всяком случае то, от пересудов которого она хотела себя защитить. Неужели после того, что она устроила, рассчитывала на что-то? Да на ее месте я бы думал, в какой комнате запереться и через какую стенку вести переговоры.
А что я вижу в итоге?
Сидит на диване, закинув нога на ногу в белье. Белье черный кружевной комплект, все, как я люблю, вот только не, на ней. Ни чулки с красной кружевной вставкой. Ни завлекательные бантики. Ни призывный макияж, ни вульгарная поза. Ничего ее не спасет от моего гнева.
Нет, я, конечно, допускал мысль о том, что она сошла с ума, но неужели она думала, что Снежка мне ничего не расскажет или о том, что я не узнаю о ее посещение цветочного магазина? А если она прекрасно это понимала, тогда она еще более сумасшедшая, чем я думал.
- И чего ты такой бука? Иди ко мне, у меня все готово, в том числе и я. Не злись, я ведь делаю все ради нас. Ты такой нерешительный, вот я и решила тебе помочь, - ласково блеет, что та овца, а я борюсь с диким желанием придушить ее.
- Значит, так, Алевтина, я многое тебе позволял, но сегодня ты перешла все границы. Твоя выходка тебе будет очень дорого стоить, и поверь, если до этого я просто не хотел скандалов, то сейчас ты разбудила во мне зверя, который будет мстить за свою семью. Ты знатно облажалась, посмев так угрожать моей жене. Ты знатно облажалась, посчитав, что можешь диктовать мне и Снежане, как жить.
- Эмир, ты прекрасно знаешь, чего я хочу. И мне казалось, мы обо всем уже договорились, но ты все тянешь кота за причинное место. Мне надоело ждать, я все ускорила. Я думала, ты поймешь с первого раза, еще когда она застала нас в школе.
Гадина. И как язык поворачивается. Я в тот день чуть не обзавелся сединой, и до сих пор жалею о том, как говорил со Снежкой.
- Но нет, ты продолжал медлить, поэтому я все взяла в свои руки. Понимаю, ты ее любишь, она твоя жена, мать твоих детей. Это нормально, не желать терять с ней связь, не желать терять ее. Но все, ее время вышло. Не заставляй меня давать делу ход.
Говорит так, словно победила. Так, словно имеет право командовать мной. Вот только она ошибается. Все это время не она играла со мной, а я играл с ней, выжидая время, которого мне еще не хватило. Ну что ж, значит, придется не спать ночами и ускориться, пока она не натворила еще больше бед.
- Хочешь серьезных проблем? Не вопрос. Собирай подписи на поддельных документах, или же сама подделывай их, не знаю, пиши соответственное заявление, делай, что хочешь. Но у тебя ничего не получится, и ты это прекрасно знаешь. Именно поэтому ты пошла сегодня к ней, - Алевтина усмехается ну, я понимаю, что эта усмешка не от победы или чувства превосходства, она от отчаянья.
- Да, я знаю, что у меня ничего не получится. Но я знаю, что это опозорит всю вашу семью. Ваши дети не смогут учиться в этой школе, придется искать новую, а ведь у них здесь друзья секции. К тому же им нравится учиться именно в этой школе.
Отчаянно. Очень отчаянно.
- Ну ладно, им придется, они привыкнут, вот только слухи по городу в ваших кругах распространяются быстро и от сплетен они нигде не укроются. Даже несмотря на то, что вы оба останетесь родителями, я испорчу вашу репутацию, я потреплю вам нервы.
Все реально, но кто сказал, что мы не выстоим. Правду диктует победитель, так что она ошибается.
- Я сделаю так, что над вашими детьми будут смеяться. Я сделаю так, что вы все будете друг друга ненавидеть. Я разрушу твой идеальный мир, Эмир. Я не проиграю в любом случае, возможно, я просто не получу всех желаемых призов. Так что, сбавь тон.
А вот это она зря.
- И лучше начни уже решать проблему. Я даю тебе всего неделю.
Смотрю на нее и не понимаю, она действительно такая сумасшедшая? Столько лет прошло, а она все также одержима. Только сейчас для достижения свои цели у нее есть свои рычаги и помощники. И именно из-за последних я так долго тяну.
Мне нужно собрать информацию. Мне нужно все подготовить, чтобы устранить всех разом, чтобы у нее не осталось никого, кто смог бы прикрыть, и тогда ей придется сдаться и исчезнуть из нашей жизни раз и навсегда.
Неделя? Хорошо, значит, у меня есть всего шесть дней для того, чтобы все закончить.