- Нет, я вообще ни на что не рассчитывала, ни на слепую подпись, ни на осознанную, - сложив полотенце прямо на его глазах, кладу его на стол и отодвигаю в сторону, сама же сжимаю края столешницы до боли в пальцах.
То, что я внешне спокойна, еще не значит, что внутренне мне не больно.
- Ты думаешь, я в это поверю, Снеж. Никто и никогда ничего не делает просто так, у всего есть какая-то цель. Зачем-то же ты ездила в загс, взяла заявление, заполнила его со своей и моей сторон, а потом передала его через секретаря на подпись.
Эмир запинается ненадолго, словно пытается подобрать слова, но он чертовски зол. Его, словно бешеные собаки покусали, и он понимает, что может наговорить лишнего, может все испортить, поэтому ведет себя сейчас так осторожно. Но мне это не нужно. Мне нужно, чтобы он сорвался, чтобы потерял контроль, но почему-то глядя на него сейчас, у меня резко закончились силы. Не могу больше поступать вот так гадко.
- Снежана, я абсолютно серьезно спрашиваю, на что ты рассчитывала, поступив так подло? Я думал, мы с тобой обо всем договорились: ты даешь мне время, чтобы я со всем разобрался, и потом мы откровенно садимся и разговариваем. А что в итоге? Оказывается, ты для видимости согласилась, а сама… Черт, Снеж, я не могу поверить, что ты так поступила.
Он не может поверить? Да я тоже не могу поверить, что происходящее реально, что он изменил мне, что мы на грани развода. Для меня все это тоже за гранью понимания.
- Я тебе абсолютно серьезно отвечаю, Эмир. Я действительно ни о чем не думала. Я ведь знаю, как ты подписываешь документы. Ты всегда их внимательно читаешь, изучаешь, поэтому слепой расчет- нет. На такую удачу я не рассчитывала.
Он удивленно приподнимает бровь, мол «ты издеваешься?».
- На то, что ты все правильно поймешь и подпишешь, тоже не рассчитывала, потому что у тебя своя правда, свое видение происходящего. Так что, какой-то конкретной цели у меня не было. Я просто сделала то, что мне захотелось сделать.
Не верит. В его глазах я даю отговорки.
- Наверное, это будет единственный правильный ответ.
Пожимаю плечами и жду его реакции несмотря на его отрицание. Он ведь не отступится, продолжит со мной спорить, развивать эту тему, ведь для него важно докопаться сейчас до правды, ему важно переломить ход событий в его пользу.
А как это сделать, он пока не знает, и пока не узнает, будет говорить. Ему нужно нащупать мое слабое место в данный момент, чтобы надавить на него, ведь не используя слабое место, человека невозможно подчинить.
- Тогда почему ты поступила так? Ты ведь спокойно могла дождаться моего возвращения домой и здесь отдать документы. Зачем все это? Зачем? Хотела дать мне понять, что, несмотря на ни на что, настаиваешь на разводе, что ты готова идти до конца, бороться со мной за свою свободу? Если так, я тебя услышал, но не принял твою позицию.
Тихо усмехаюсь. Еще бы он ее принял. В его идеальный мир она не вписывается. Я и не рассчитывала на то, что он согласится, но да, я хотела, чтобы он понял, насколько все серьезно.
Да, он делал шаги навстречу. Да, я понимаю, что значу для него, как важна, насколько сильно он любит. Я была готова попробовать все сначала, но, когда он отказался говорить, все эти шаги были перечеркнуты, и мы вернулись к тому, с чего начинали.
- Мне все равно, Эмир. Мы оба считаем себя правыми. И мирно этот вопрос уже не решить. Пожалуйста, давай не будем, я тебя очень прошу. Посыл друг друга мы услышали, и на этом все. Решай свои проблемы, я не буду чинить никаких препятствий. Мне самой нужно, чтобы ты поскорее все уладил, и не из-за того, что я хочу узнать правду.
Мои слова вызывают у него гримасу на лице, словно лимон съел.
- Она мне уже не нужна, а из-за того, что после того, как ты с этим разберешься, наступит мирный период, и мы сможем решить проблемы дома. Поэтому разбирайся со внешним, о внутреннем пока не думай. Здесь все будет спокойно.
Эмир со всем этим не согласен. Мои слова не вызывают у него облегчения. И пусть.
Я обхожу вокруг стола и собираюсь выйти из кухни, но потом все же останавливаюсь, решаюсь сказать последнее.
- И да, сегодня ко мне снова приходила Алевтина. Мы не договорились. И она сказала, что я об этом пожалею. Как-то так.
Снова пожимаю плечами, делаю шаг к выходу. Вот только теперь уйти не дает мне уже Эмир.
Он хватает меня за плечо и развернув к себе, жадно целует.
Пытаюсь вырваться, но Эмир не дает этого сделать. Он сильнее прижимает к себе, не обращает никакого внимания на мои попытки оттолкнуть его. Он словно через поцелуй, пытается сказать мне что-то, показать, насколько ему важно, чтобы я была рядом, чтобы никуда не исчезала, чтобы продолжала верить ему.
Но один поцелуй ничего не решит. Да, я понимаю, он отчаялся, но какое это имеет значение, если все вот так?
Мычу в его губы, хочу, чтобы до него наконец дошло, что все это бесполезно, и у него ничего не выйдет. Вот только он не обращает на это никакого внимания. Эмир целует и целует, пока не заканчивается воздух, и даже тогда. Еще несколько секунд все же продолжает, а когда мы отрываемся друг от друга, то смотрим затуманенными глазами.
Тяжело дышим, оба потеряны.
Молчим, ничего не говорим. Я не знаю, что ему сказать в этой ситуации. Вот что?
Он там что, сошел с ума? Это ничего не изменит.
Так, если я отреагирую, он, наоборот, может понять, что это как раз-таки тот самый шанс, что он все еще может что-то изменить для меня.
Да, он может это сделать в любой момент, потому что я еще не разочарована в нем до такой степени, чтобы не простить, но все же ему лучше об этом не знать, поэтому мне нужно, я просто обязана сейчас сдержаться и спокойно уйти под его недоумевающим взглядом.
Вот только Эмир со мной не согласен, он хватает меня за плечи и не дает никуда уйти. Муж держит на месте и думает, чтобы ему такого сказать. Но сегодня, наверное, не самый удачный день для разговоров, потому что я на любую фразу отвечу негативом.
Алевтина испортила этот день, она испортила мое настроение, она перечеркнула все старания на пути к восстановлению. Возможно, я придираюсь и на самом деле ничего страшного не произошло, но глупому сердцу не прикажешь.
- Это из-за нее, да? Снежан, она для меня ничего не значит, мне абсолютно все равно на нее, запомни, это. Для меня есть только ты, только ты важна, и больше никто. Ты моя женщина, ты мать моих детей, и больше я не собираюсь тебе это повторять.
На фоне его измены слова кажутся издевкой.
- Понимаю, женщины любят не только поступки, им важно еще слышать все эти красивые слова, но может быть, я и поступил как сволочь. Но исправлять это я буду не словами, а поступками. Словами я потом после действий тебе все объясню.
Молчу, потому что ничего не понимаю, да и не хочу продолжать. Чего-то хочет, что-то будет делать, абстрактные слова, в которых нет никакой конкретики, мне не нужны пустые слова, громкие речи, пустые обещания.
Для меня было важно то, с какой легкостью он взял мои обязанности на себя, как он заботился обо мне во время болезни, справлялся с делами в салоне, это поступки, это то, что говорит больше других слов. Но все его действия сейчас, после появления Алевтины в очередной раз, кажется издевкой какой-то.
- В молчанку решила поиграть? Ну хорошо, может, это даже и к лучшему, - хочу возмутиться, слова уже практически срываются с губ, но потом все же решаюсь промолчать.
Это ведь была провокация, а я на провокации не поведусь, не должна, во всяком случае. Поэтому, пока гордо побеждаю в этой маленькой схватке. Пусть что хочет, делает. Хоть еще раз целует. Не дождется от меня никаких слов.
- Значит, так, утром я оставлю часы в прихожей. Ты должна будешь в ближайшие дни носить именно их. Неважно, дома будешь или в салон поедешь, за детьми, они всегда должны быть на тебе. Не снимай их, пока не разрешу иного. Это моя просьба, приказ, пожелание, не важно.
Вот это красноречие, и главное – на другую тему. Я думала продолжит убеждать в любви, а не это.
- Считай, как хочешь, называй, как хочешь, но носи их. Насчет угроз я тебя услышал. Приставлю к тебе второго человека, больше не могу, иначе это привлечет много ненужного внимания. Мне сейчас это не на руку. С Алевтиной я разберусь, осталось совсем немного. Не волнуйся, этот кошмар вот-вот закончится.
Эмир говорит вроде бы спокойно, но почему-то мне кажется, что все совсем не так просто, как ему кажется на первый взгляд. Хочу спросить у него, что происходит, зачем все это, но это ведь шаг на сближение.
А я не должна его делать. Вдруг он снова не расскажет, вдруг снова отмахнется? Я не хочу унижаться еще раз.
- Я знаю, как тебе больно, сейчас. Знаю, Снеж. Но однажды ты поймешь, что мне сейчас намного больнее.
Глава 22
Эмир
- Ааааа, - с рыком бью кулаком в стену, и так раз за разом, пока не сбиваю костяшки в кровь.
Как же меня все это достало. Как же меня все это раздражает. Не могу поверить, что все так получилось. Я ожидал, что будут неприятности, но не такие. И этот взгляд Снежки. Мне кажется то, как она на меня вчера смотрела, навсегда въелось на подкорку. Я не смогу забыть это.
Почему она так со мной? Да, я понимаю, вся эта ситуация выглядит ужасно со стороны, но она даже не пытается, не пытается меня понять, она уперлась рогом, ее не сдвинешь. Она всегда была терпеливой, могла дождаться, что изменилось сейчас, почему сейчас она ведет себя как истеричка?
- Хватит, Эмир. Хватит, я тебе говорю, прекрати, это, - брат хватает меня за руки и оттаскивает от стены. - Ты решил себе перелом обеспечить? Совсем с ума сошел.
- Пусти меня, пусти, говорю, - пытаюсь вырваться, но мы с Арданом в равных положениях всегда дрались.
С детства до последнего, пока нас кто-то не разнимал, не унимались. Мы не уступаем друг другу ни в чем. И сейчас он понимает, сможет удержать до тех пор, пока я не обессилю.