Телефон вибрирует, и приходит ответ.
Лорн наклоняется вперед, он смотрит поверх моей головы на дисплей и наверняка видит написанное там так же хорошо, как и я.
Нет.
Ну я и молодец.
– Видишь? – Лорн снова откидывается на спинку стула.
Мелли тут же отправляет еще одно сообщение, и я тут же поворачиваю телефон, чтобы бедняга ни в коем случае не смог опять увидеть написанное.
Никогда. Оставь меня с этим парнем в покое, Клио. Ясно?
Уголки рта Лорна приподнимаются, но даже если я совершенно очевидно оказалась не таким хорошим знатоком людей, как думала, мне прекрасно понятно, что это вымученная улыбка.
– Итак, ты потерпела неудачу – давай вернемся к началу: как дела с Брином?
Мне хочется перед ним извиниться, но что-то мне подсказывает: это только ухудшит ситуацию, поэтому я решаю этого не делать.
– Пока не очень понимаю, как все идет.
– А именно?
– Ну, книга, над которой мы работаем, отличается от его первой вещи. И поэтому я все больше и больше ощущаю, что ее автор не очень хорошо себя чувствует.
Мое салфеточное сердце готово, и Лорн, слегка нахмурившись, его разглядывает.
– И я пытаюсь понять, как мне сделать, чтобы состояние и книги, и автора улучшилось.
– Вау. Значит, редактор хочет спасти своего автора?
– В основном его книгу! – возражаю я, но сама не знаю, не лукавлю ли при этом.
– Вы разговариваете по телефону?
– Что? Нет! Он же хочет сохранить инкогнито.
– Ерунда, можно использовать исказитель голоса.
Лорн закатывает рукава своего зеленого свитера.
– Привет, Кли-и-ио, – завывает он ужасным искаженным голосом (никогда не слышала такого кошмара). – Давай обсудим мою кни-и-игу-у.
Я бросаю в него салфетку, которая, к сожалению, не достигает цели, и сердце оказывается перед ним на столе.
Лорн рисует указательным пальцем пронзающую его стрелу.
– Серьезно, я бы на твоем месте спросил его, можете ли вы поговорить по телефону, – настаивает он. – Вряд ли ты сможешь опознать его по голосу.
– И почему я должна хотеть с ним поговорить?
Он берет салфеточное сердечко обеими руками за изогнутые верхние края и многозначительно крутит его, будто в танце.
– Вообще это был бы романтический сюжет – таинственный автор бестселлеров влюбляется в свою редакторшу.
Мой смех наверняка слышен даже на кухне.
– Спасибо, что не наоборот. Иначе я бы забеспокоилась, считаешь ли ты меня профессионалом.
– Чувствам плевать на профессионализм, – провозглашает Лорн, словно какой-нибудь тренер по мотивации. – Разрешаю тебе поделиться этим изречением в своей ленте, если упомянешь меня как первооткрывателя этой жизненной мудрости.
А я подумала, что, возможно, ему самому стоит это опубликовать и подстроить, чтобы увидела Мелли. Может, в этом и заключается ее проблема: она не хочет рисковать, ведь если у них ничего не выйдет, ей придется работать со своим бывшим?
– В любом случае мне очень интересно, к чему это все придет, – продолжает Лорн. – Думаю, будет нечто горько-сладко-трагичное, кокетливо-игривое и немного порочное.
– Гм?! Между мной и Брином?
– У тебя был долгий день, да? Я говорю о версии книги, когда ты закончишь ее редактировать.
– Ах!
Память услужливо подсовывает: «Не только в книгу, Клио». И еще: «Не все так просто, когда есть особенная женщина, из-за которой ты не можешь заснуть».
Я знаю, что мы друг для друга чужие. Что нас ничто не связывает, кроме делового, пусть и творческого и, как следствие, личного сотрудничества. Но дело в том, что слова, если они написаны, – мое слабое место. Они очень быстро на меня действуют. Может быть, слишком быстро и слишком меня затрагивают. Я это понимаю, когда пытаюсь разобраться, что со мной сейчас происходит.
Потому что мне действительно хочется, чтобы не только моя работа имела значение для книги Брина, но и я сама имела бы значение в его жизни.
Глава 15Чтение ни о чем не спрашивает, чтение просто понимает
Наступило утро пятницы – прекрасной пятницы, потому что завтра я наконец смогу выспаться, и ужасной пятницы, потому что сегодня вечером я увижу Черта.
Если он действительно придет. Я по-прежнему в этом сомневаюсь.
После вечера с Лорном я больше не поддавалась слабости и не заглядывала в почту.
Если бы я это сделала, я бы обнаружила, что письма у меня есть. Вскоре после полуночи мне дважды написал Брин.
Кому: Хилдьярд, Клио
От: Сперлинг, Брин
Тема: Re: Ты ищешь обо мне сведения?
Извини, Клио, признаюсь, я действительно искал о тебе информацию в LinkedIn. Там ты указала год своего рождения (и кстати: на фото ты выглядишь совсем не такой сдержанной и уверенной в себе – на онлайн-свидании ты бы заработала лайки).
Что я выгляжу как тип, переживающий кризис среднего возраста, мне еще никто не говорил. Так что спасибо за откровенность.
Конечно, ты получишь свою сцену «свидания-не-свидания». Но не сегодня. Сначала я сделал сцену встречи с родителями. В том числе и в свете последних событий. Удачи тебе на чаепитии с отцом! Уверен, ты постоишь за себя лучше, чем он.
Брин
Сцена с родителями. doc
Кому: Хилдьярд, Клио
От: Сперлинг, Брин
Тема: О нет
Извини, с лайками я неудачно выразился. Все, что я хотел сказать, – у тебя симпатичная внешность. Хотя на самом деле я вообще не хотел об этом говорить. Или хотел. В общем, ты понимаешь.
У меня на языке – вернее, на пальцах – есть несколько фраз для ответа, но на болтовню нет времени.
Мне нужно срочно отредактировать начало книги к тому времени, когда начнут появляться новые и переработанные сцены. Кроме того, Брин добавил мне еще кое-какой работы.
Конечно, мне будет полезно посмотреть сцену чаепития Ноя у родителей, перед тем как я в одиночестве начну переживать то же самое со своим отцом.
Может, Брин придумал для меня несколько секретных советов, как мне с этим справиться.
– Насколько оскорбительным может все это быть? – спросила Вайолет.
Клио
Или здесь так: «будет».
– Оскорбительным? – Я вытащил ключ зажигания и незаметно вытер мокрые от пота руки о свои темные джинсы. – Ну… мы просто позволим им предположить, что между нами что-то есть. Или точно дадим им это понять? Я просто размышляю, как будет лучше! – поспешно пояснил я.
Потому как если что-то и сможет еще больше осложнить ситуацию, так это старания Вайолет дать моим родителям конкретный повод для подозрений, будто мы с ней вместе.
– Ной, ради всего святого, пожалуйста, расслабься! Это ужасно.
Расслабиться не так просто, когда тебе нужна помощь человека, в которого ты когда-то был влюблен, чтобы восстановить свой имидж в собственной семье
. Тем более если этот человек совершенно непредсказуем.
Клио
Тут я не совсем уверена: действительно ли его беспокоит именно имидж? Или все-таки их отношения?
Вайолет опустила солнцезащитный козырек, чтобы еще раз взглянуть в маленькое зеркальце на нем и убедиться, что выглядит потрясающе. В чем она и убедилась.
Клио
Знаю, ты уже предвидишь мой вопрос: почему именно он считает, что она выглядит потрясающе? Что именно его в ней восхищает?
– Прекрати пускать слюни и наконец выйди.
– Еще будут инструкции? – спросил я, наполовину раздраженный, наполовину развеселившийся, и толкнул дверь.
Мой родительский дом обманчиво мирно располагался за темно-зеленым
забором, и я точно знал, что за его стенами меня ждут десятки подозрительных вопросов, недоверие, посеянное Дэймоном, и разочарование от непонимания.
Клио
В последних предложениях слишком много прилагательных и наречий. Цвет уточнять не обязательно.
Я не был здесь более трех месяцев, и мой последний звонок сюда был почти так же давно.
В щелканье замка позади нас было что-то окончательное. Больше уже не спрятаться – ни в машине, ни где-либо еще.
По пути к входной двери Вайолет взяла меня под руку. И я не был уверен, оказалось ли движение занавески на кухонном окне единственной причиной, по которой я позволил ей это сделать, или стало главной.
Клио
Мне очень нравится эта фраза. ☺
Именно она нажала на кнопку звонка. У меня бы ушло, наверное, минут десять, чтобы решиться на это. Поэтому я был не совсем готов, когда мой отец открыл дверь и посмотрел на нас со смесью неуверенности и интереса.
– Ной.
– Папа.
– И Вайолет, какая красивая. Мы давно не виделись.
Она высвободила руку, будто отняла у меня поддерживающий костыль.
Клио
Я понимаю твою мысль, но такая картина мне не очень нравится. Она поддерживает его, да, но не как костыль. Он не зависит от нее, она просто оказывает ему необходимую поддержку, чтобы он наконец справился со всем сам.
Они пожали друг другу руки.
То, что моя мама ждала внутри, а не вышла нам навстречу, говорило о многом.
Я старался не позволять себе воспринимать это слишком остро.
К тексту не придраться – отличное вступление, и следующие три страницы тоже хороши. Все выглядит естественным: обстановка за чаем немного напряженная, и ее нельзя назвать ни плохой, ни хорошей. Болтовня Ноя и Вайолет вплетена в рассказ идеально, особенно с учетом того, что Брин сначала ни за что не хотел это описывать. Еще он умело привлек внимание к сюжету, который напрямую относится к его истории, – когда мать Ноя, едва ситуация начала немного меняться к лучшему, заявляет, что хочет дать показания против сына в суде. После того, как Дэймон наговорил ей всяких ужасов. Вайолет встает на сторону Ноя и спасает положение. Его мать обещает не принимать поспешных решений и согласна для начала выслушать его версию.