Мелли пожимает мне плечо:
– Осталась только рукопись. Отправь ему, и лучше прямо сейчас.
Пока у меня не пропали остатки смелости, я беру файл книги с моей альтернативной концовкой и прикрепляю его к письму Адриану с короткой припиской: «Так пойдет?»
В последних главах я свела разрыв моей любимой книжной пары к небольшому конфликту, убрала короткую встречу у здания суда и заставила Ноя тщетно искать там Вайолет. И когда он понимает, что она не пришла, это сильно ослабляет его облегчение после избавления от сети лжи Дэймона.
Потом идет новая финальная сцена, действие которой происходит у него дома.
Очень надеюсь, что из нее Адриан поймет все, что я так отчаянно и от всего сердца хочу ему сказать.
С каждым шагом к моему дому у меня ослабевало ощущение, что я на самом деле иду домой. Потому что в этих четырех стенах, которые изо дня в день были моим убежищем, не было ничего от того чувства дома, которое дало мне присутствие Вайолет. Вернее, давало.
Я лишился его по собственной воле. Потому что не сумел противостоять своим страхам и убедил себя, что без меня ей будет лучше. Но это было неправдой. Я тоже ей что-то давал, и даже очень многое.
Свернув на свою улицу, я глазам не поверил. Вайолет сидела на верхней ступеньке перед домом и смотрела на меня. Поза у нее была спокойной, но чем ближе я подходил, тем менее выражение ее лица соответствовало этому спокойствию. Я остановился в нескольких шагах от нее, потому что приближаться казалось мне слишком рискованным. Похоже, она еще не решила окончательно, как ей поступить.
– Отпустить меня было бы ошибкой, Ной.
Теперь я должен быть грубым. Отослать ее прочь и в последний раз пожелать ей всего наилучшего. Но я слишком обрадовался, что она по-прежнему не сдалась.
– Я тоже пришел к такому выводу.
Этого Вайолет не ожидала. Конечно, она приготовила кучу слов, но сейчас они ей не пригодились. И я ждал, пока она найдет новые слова.
Она откашлялась:
– Ты пытался поблагодарить меня за мое нежелание смотреть, как ты снова и снова прячешь голову в песок. Но лучшей благодарностью будет, если ты больше никогда не будешь меня так благодарить. Особенно в отношении нас с тобой.
В моей больше не застрявшей в песке голове сначала будто раздался громкий взрыв, а потом стало совсем тихо. Вайолет знала, как сильно я ее люблю. Тем не менее пытаться это скрывать, сдерживать, отрицать – в этом был весь я. И это было абсолютно бессмысленно.
– Прости, пожалуйста, – сказал я и, видя ее разочарование по поводу скудных слов оправдания, поспешил высказать то, что она заслуживала услышать. И то, в чем мне пришлось признаться самому себе: – Я никогда больше так не поступлю. Обещаю.
Я преодолел последние несколько метров, сел рядом с ней на ступеньку и обнял Вайолет, которая значила для меня больше всего на свете.
Вот так мы и сидели, она и я, и больше не было никаких закрытых дверей и упущенных возможностей. Были только мы и начало чего-то очень хорошего.
* * *За завтраком в понедельник утром я просматриваю сотни уведомлений и комментариев – есть даже лайк от Аманды!
Удивительно, насколько много позитива пришло мне в ответ. Хотя, как и в случае с заявлением Адриана, появилось несколько троллей, недовольных, что Адриан не в состоянии сдерживать свои наклонности даже во время работы. Одна пользовательница, которой я очень признательна, отметила, что мой текст свидетельствует о совсем другой истории и я не просто безликая женщина, которую можно легко соблазнить.
Только сам Адриан не реагирует. На почте у меня нет ответа и от Брина.
Даже если он еще не видел мою публикацию, переработанную концовку он должен был получить. Он ее прочитал? И теперь молчит намеренно? Ему просто нужно время?
Я решительно выключаю телефон, убираю со стола и готовлюсь ехать на работу. В этот день мне явно понадобятся мои «духи удачи».
Однако сначала они работают явно не в полную силу: по дороге в издательство на велосипеде я чуть не раздавила чихуахуа, а в конце пути какая-то догадливая девушка лет восемнадцати настойчиво хотела со мной сфотографироваться. Единственным способом от нее спастись было скрыться в здании, но, боюсь, она все равно успела сделать снимки и может их опубликовать.
Когда я вхожу в офис, Шеннон несколько загадочно меня приветствует. И я не смею надеяться, что эта загадочность сулит что-то хорошее.
– Лучше скажи все сразу, – прошу я. – Мой радар плохих новостей в настоящее время работает чаще положенного. Неужели меня увольняют, и об этом уже знают все, кроме меня?
– О, надеюсь, что нет! Не волнуйся, мне просто нужно кое-что тебе показать.
– Кое-что… показать?
Несмотря на ее попытки меня успокоить, напряжение отпускает меня не сразу.
– Некий мистер Шербурн написал мне с просьбой кое-что добавить в свою книгу. Конечно, было бы неплохо, если бы ты неожиданно обнаружила это позже, когда она выйдет из типографии, но думаю, что это слишком долго. Ты должна видеть это сейчас.
Улыбаясь, Шеннон хватает распечатку со своего стола и протягивает ее мне.
Я беру листок и смотрю на три строки, расположенные по центру:
Посвящается Клио – и эта книга написана во многом благодаря тебе. Ты показала мне, как сильно я сам себе мешал. Только благодаря тебе я снова верю в любовные истории
– Не хочу ничего говорить, Клио, но кажется, ты действительно украла его сердце.
Я покачиваю головой, а затем киваю:
– Я должна немедленно поехать в Лондон.
Вскоре после этого я говорю то же самое Челси, которая за столом подписывает контракт.
– Могу я внезапно взять отгул за сверхурочную работу?
– И вам доброе утро.
Она смотрит на меня снизу вверх… или мне это кажется, или она действительно надо мной подсмеивается.
– Полагаю, речь идет о мистере Шербурне? Кстати, поздравляю с вашей все объясняющей публикацией.
– Э-э… спасибо.
– Можете идти. Но взамен обещайте мне, что уговорите его продолжать писать для нашего издательства… Пусть даже как Брин Сперлинг. Или под любым именем, какое он захочет.
– Сделаю все возможное! – обещаю я, практически уже уехав. Потому что ноги давно несут меня к двери, к моему велосипеду, к машине и к Адриану.
* * *Что-то явно не так. Адриан недоступен по мобильному телефону, и даже когда я наконец нашла место припарковаться, пешком подошла к воротам и позвонила, он не поднял шлагбаум. Немного пройдя вдоль забора, я вижу объявление. И в ту же секунду перестаю думать о чем-либо другом.
«Продается».
Как автомат я набираю номер, указанный под объявлением.
– Фирма «Браун и Уолш», вы разговариваете с Шелби Мэтьюз, чем могу помочь?
Назвав агенту адрес, я дрожащим голосом спрашиваю, где находится нынешний владелец недвижимости. И намеренно называю его имя, чтобы она поняла, что я его знаю.
– Мистер Шербурн переехал три дня назад, – объясняет она. – Больше я ничего вам сказать не могу, это конфиденциальная информация.
Все ощущения у меня внутри тоже решают переехать – часть из них направляется в горло, чтобы его окончательно сжать, остальные – в желудок, где из-за нехватки места начинают болезненно толкаться.
– Спасибо… хорошего дня, – заикаюсь я и нажимаю отбой, хотя женщина продолжает что-то говорить.
Это посвящение было чем-то вроде прощального подарка?
Адриан решил, что он окажет нам обоим услугу, если осуществит свой план по отъезду из страны? В конце концов, именно так он, похоже, и поступил, не так ли?
Он решил начать все сначала – и получается, уже без меня.
Где-то внутри я ощущаю разгорающийся гнев. Что ж, это намного лучше, чем паника. Отлично. Я, значит, страдаю, а бывший инфлюэнсер избавляется от своей любовной тоски, продав свой дом и все бросив. Почему бы и нет?
Я закрываю глаза. Будь мой план даже неизмеримо более удачным, результат был бы таким же, – наша история любви закончилась.
Глава 45Чтение – это часть твоей истории жизни
– Джош выглядит так, будто в любой момент готов удрать. – Кейден покачивает головой.
Бабушка, он, Мелли и я сидим в первом ряду кресел перед маленькой беседкой, где наши родители собираются снова вступить в брак, как в каком-нибудь сладком американском фильме. Никогда я не была в таком менее свадебном настроении, как на этой неделе. Адриан по-прежнему не дает о себе знать. Мои звонки и сообщения остаются без ответа, и мне кажется, что все эмоции у меня просто атрофировались. Я с трудом смогу описать, как я провела последние несколько дней. Но я держу голову высоко поднятой и стараюсь выглядеть максимально радостно.
Я смотрю на Джоша, который стоит наготове и заметно нервничает. И поправляет то рукава пиджака, то воротник.
Мой вердикт более милостив:
– Нет, скорее, будто он сейчас женится на женщине своей мечты и до сих пор не может в это поверить.
Странным образом именно здесь, на территории Ардингтон-хауса, много лет назад состоялась их первая свадьба.
Изначально мои родители хотели отметить событие в узком кругу, но сейчас нас собралось около пятидесяти человек. Приехали сестры Джоша, и, поскольку мои родители были довольно долго разведены, с обеих сторон возникли другие контакты, о которых та или другая сторона даже не знала. Еще мама очень хотела, чтобы пришла Мелли, потому что благодаря мне она уже много лет считалась частью нашей семьи.
Немного свежо, и когда начинает играть трио оркестрантов и мы все встаем, я обеими руками плотнее запахиваю пиджак.
Вдруг Кейден слегка пихает меня в бок:
– Клио, это?..
Я поворачиваю голову, чтобы проследить за его взглядом, и вижу, как кто-то быстро пробирается между двумя рядами стульев. И это явно не невеста.
– Адриан, – произношу я еле слышно, но в голове у меня его имя звучит как удар грома.