Слева направо: Иван Иволга, Диана Арбенина, Сергей Макаров
– Тогда ты высказывалась жестче и, что интересно, находилась фактически в статусе неофитки. Обычно такие люди рьяно защищают то, во что уверовали, чему «присягнули». А ты заявляла, что церковь как институт себя дискредитировала.
– Бог живет везде, не только в церкви. Он в каждой молекуле этого мира. Если мне надо поговорить с ним, я делаю это, где только возможно, и для этого мне абсолютно не обязательно идти в церковь. Церкви я люблю как произведения зодчества, мне в них хорошо и спокойно. В них, особенно в старых, чувствуешь историю, которая была до тебя. В церкви я больше созерцатель, чем молящийся православный. Молиться в церковь я не хожу. Возможно, кстати, оттого, что не нашла священника, которому могла бы открыться, найдя верные слова. Но крестилась я совершенно осознанно. И никаких противоречий между этим фактом и тем, что я не посещаю церковь, – не вижу. Не думаю, что кто-то вправе меня осуждать, поскольку это только мое дело – ходить туда или нет, как верить и прочее. Сегодня, например, мне очень интересен Коран. Я его читаю.
– Ты говоришь, что не нашла своего священника, а вообще тебе нужен некий посредник в общении с богом или пастырь, духовный учитель?
– Сейчас нет. Я решаю свои внутренние проблемы сама. У меня есть определенные способы, ритуалы. Мне их хватает. Хотя сожалею, что решаю все сама, ибо каждому необходим человек, которому доверяешь, который способен облегчить накопившиеся страдания твоей души. Но на сегодняшний день я разговариваю только сама с собой.
Глава 24Хотелось эротики, а сняли порно
Отчетливым отражением тогдашнего арбенинского экзистенциализма звучала песня из нового альбома «4» – «Поговори со мной, Ольга!», в марте 2013-го взлетевшая на первое место «Чартовой дюжины». В отнюдь не меланхоличном, темповом посвящении своей трагически погибшей подруге Диана соединяла собственное одиночество, ту неутоленную потребность в человеке, «которому доверяешь», с мрачной иронией по поводу российской современности. «Поговори со мной, Ольга!/О том, как люди гниют/С экранов отравой в наши души плюют/А мы с тобой с ними бывали когда-то дружны/Поговори со мной, Ольга/О судьбах нашей страны/Мы скоро с тобой будем ей не нужны/Ты верно узнала об этом/Ты верно узнала об этом/В то утро когда…»
Альбом «4. Изобретение музыки»
Релиз «Четверки», с подзаголовком «Изобретение музыки», состоялся осенью 2012-го и сопровождался арбенинскими мистификациями и эффектным, не без примеси популизма, рекламным приёмом. Каждому зрителю на концертах тура в поддержку альбома «4» новую пластинку вручали бесплатно. Арбенина объяснила сей «аттракцион неслыханной щедрости» высокопарно-подкупающе: «Музыка должна быть свободна, ведь изначально она приходит из ниоткуда безвозмездно, благодаря эмоциям и порывам. Поэтому мы наплевали на рацио и отдались воле эмоций и порыву. И несмотря на то, что это наше желание дарить музыку – шаг рисковый в материальном отношении и связан с массой разного рода сложностей и затрат, пока все удается!» О генезисе диска «4» Диана говорила ещё импульсивнее, в духе инков и майя: «Я увидела альбом во сне прошлой зимой. После чего собрала друзей, и мы стали перетаскивать его в явь. Этим летом, когда альбом уже был записан и разошелся песнями по территориям и эфирам, опять же во сне я увидела его имя. Не знаю почему. Не знаю, откуда ко мне пришло это знание. Не знаю, кто сказал мне это. Но знаю точно: надо следовать знакам. И не пытаться их объяснять раньше, чем они сами это позволят».
Восьмой «снайперский» студийный альбом записывали летом 2012-го в Киеве. То есть, оставив «Голос країни», Диана с днепровских берегов не упорхнула. После продолжительного перерыва она вновь обратилась к саундпродюсеру Евгению Ступке. Эта пластинка стала первой в «НС» для басиста Сергея Макарова, заменившего Дмитрия Максимова, сосредоточившегося на собственном проекте.
Я увидела альбом во сне прошлой зимой. После чего собрала друзей, и мы стали перетаскивать его в явь. Этим летом, когда альбом уже был записан и разошелся песнями по территориям и эфирам, опять же во сне я увидела его имя.
Сергей Макаров – бас-гитара
Навеянный снами альбом уже через пару недель после выхода возглавил чарты легальных продаж в России. Забавно, что «4» возвышался некоторое время над новыми дисками идолов российского поп-менталитета Елены Ваенги и Григория Лепса. Получалось – Арбенина «снайперски» попала в отечественный мейнстрим. Или задала ему новый вектор? Кому как угодно. Замечу, что после успешных концертных презентаций и рейтинговых взлетов продвижение пластинки не ослабевало. Морозным декабрьским днём в подмосковной усадьбе «Середниково» сняли жгучий клип на самую томную песню из «4» – «Иди ко мне». Им открылась коллекция арбенинских музыкальных мини-фильмов (пополняющаяся и сейчас), сделанных известными режиссерами. Да и не только режиссерами. В том же 2013-м востребованный оператор Влад Опельянц, выпускник вгиковской мастерской прославленного Вадима Юсова, снял эпатажный «снайперский» клип на песню «Демоны», где фоном периодически проступал лик Григория Распутина с внешностью Жерара Депардье («Демоны» стали главной песней саундтрека фильма «Распутин»), а Диана выглядела почти как милая её сердцу Сьюзи Сью из Siouxsie and the Banshees.
Клип «Демоны»
Что касается «Иди ко мне», то этот ролик с драматическим танцем-монологом Чулпан Хаматовой поставила (тут подходит именно такой, «театральный» глагол) знаменитый хореограф, педагог, профессор Алла Сигалова, в которую «попала» песня Дианы. Сигаловой захотелось состыковать «Иди ко мне» с определенным визуальным рядом так, чтобы «родилось новое произведение искусства». Премьеру симбиозного творения Аллы Михайловны в октябре 2013-го устроили на Другой сцене театра «Современник». Арбенина снова и снова подтягивала свой поэтический рок-н-ролл поближе к театральным подмосткам и киноэкрану. В следующие годы её песни «визуализировали» Юрий Грымов, Валерия Гай Германика, а в клипе «Грустные люди» снимался актер Артур Смольянинов…
– С Сигаловой тебя познакомила Хаматова?
– Почти. Чулпан пригласила меня на спектакль «Бедная Лиза», где у нее был главная роль. Это хореографическая, пластическая постановка Сигаловой. Из театра я ехала в машине с Ларисой Пальцевой, и она предложила: давай сделаем наш клип с танцующей Хаматовой. Я согласилась, но спросила: а снимать кто будет? Она ответила: Сигалова. Мы ей позвонили, сказали: есть песня «Иди ко мне», послушайте, пожалуйста. Если понравится, может быть, вы снимите на нее клип, в котором станцует Чулпан? Песня Алле понравилась, и она приняла предложение.
Музыка должна быть свободна, ведь изначально она приходит из ниоткуда безвозмездно, благодаря эмоциям и порывам.
Алла Сигалова и Чулпан Хаматова
– А Грымов?
– К нему я пришла сама, но не с идеей клипа, а с предложением сделать мой фильм-концерт. Спросила его: «Вы смотрели документалку Мартина Скорсезе «The Rolling Stones. Да будет свет», где снято выступление «роллингов» в нью-йоркском Beacon Theater? Юрий сказал: «Да. Я подумаю, что можно сделать». Но потом мы как-то плавно от концерта ушли в другие измерения.
– Зато с Гай Германикой ты сразу оказалась на одной волне…
– Написав песню «Инстаграм», я захотела чего-нибудь убойного для видеоряда к ней. У Германики мне в свое время очень понравился сериал «Школа». Это был, на мой взгляд, первый сериал, где подростки вели себя так, как они себя ведут, когда остаются одни, без взрослых. Она каким-то образом смогла это подсмотреть, уловить. Мне интересно было с ней познакомиться. И мои ожидания от того, какой она будет, совершенно оправдались. Германика, по сути, тоже такой трудный подросток. Сейчас не знаю, может быть, изменилась. Она же вновь вышла замуж, родила еще одного ребенка. Валерия предложила сделать клип на основе нашумевшей жуткой трагедии двух псковских школьников, которые покончили самоубийством после того, как засели в одном из домов, стреляли в полицейских и выкладывали свои последние фото и комментарии в Инстаграм. Мы придумали другую, не трагическую развязку данной истории.
Удивительно, но после выхода клипа «Инстаграм» родители этих подростков написали нам письмо с благодарностью. Сказали, что ведь действительно все могло закончиться вот так, без жертв. Они увидели это хотя бы в клипе, и им стало чуть легче.
– Ты же привыкла к единоличному лидерству в своем творчестве, а режиссеры, которых мы сейчас с тобой обсуждаем, весьма самодостаточные фигуры. Как ты уживалась с ними на съемках? Использовала только как квалифицированных исполнителей или прислушивалась к их установкам и советам?
На съемках клипа «Инстаграм»
– С Германикой у нас сложился абсолютный паритет. Практически никаких разногласий в работе не возникало. С Сигаловой мы спорили по поводу молодого человека, которого она ввела в клип третьим персонажем. Я хотела, чтобы его было меньше. Зачем нам какой-то парень-статист? Пусть Чулпан одна весь клип танцует. А Сигалова возражала: «Нет, так будет не интересно. Нужна интрига, конфликт». Я говорила: «Пусть тогда он маячит в дверном проёме или за какой-нибудь занавеской»…
А вот с Грымовым мы друг друга вообще не поняли, когда делали клип на песню «Оченьхотела». Я думала снять эротику, а получилось порно. Мне пришлось возражать, настаивать, что ролик должен быть именно эротичным, а не из категории «только для взрослых». Юрий в ответ упрекал меня в том, что я плохо объяснила ему свой замысел, он не так его воспринял.
– Откровенность этого клипа легко тебе далась? Даже некоторые профессиональные актрисы иногда признаются, что не любят сниматься в «постельных сценах»?
– Да, пришлось немало времени провести топлес, но меня не смущало количество людей на съемочной площадке и все, что там происходило. Я могу абстрагироваться от камеры. Да и не холодно было. По крайней мере с тем партнером, который был со мной в кадре. Жанр предполагал жаркие ощущения. Мы довольно быстро, часов за шесть, все сняли. Но мне не хватило в этом клипе нежности. Секс выглядел местами грубо, что мне не нравится. Все, что Грымов счел правильным, я восприняла ровно наоборот. Мы потом с ним очень жестко спорили.