Дуб опять закивал — точнее, затряс Нериссой, — и она вскрикнула от боли. Всё тело, казалось, сжимали отвратительные тиски, и она находилась на грани потери сознания. Дышать тоже становилось всё труднее. Девушка не сомневалась, что если упадёт в обморок, минуты её будут сочтены. Сейчас, всеми силами сопротивляясь и отталкивая мелкие ветки, которые старались оплести её, она и так теряла слишком много энергии, но если дуб сможет делать всё, что захочет, листва быстро сомкнётся на её горле.
Тем временем дерево закрутилось, вынуло ещё два корня, и управляющий кристалл стал видимым. Он был небольшим, с человеческую ладонь размером, и сиял изнутри синим. В глубине кристальной структуры, впрочем, билось что-то чёрное, напоминающее густой туман, и всё естество дуба отторгало его.
Как бы ни старался несчастный, он не мог выдрать из себя этот кристалл. Впрочем, Альберто знал, что от такого может избавить только тот, кто его установил. Даже смерть не поможет. А незнакомец явно не спешил терять свой шанс вновь захватить дуб. Сейчас, разорвав контакт с кристаллом по каким-то причинам, приказывать ему он не мог, но как только вновь проберётся внутрь дерева…
Это слишком долго, к тому же, неизвестно, что этот мужчина вздумает сделать с Нериссой. Альберто не собирался рисковать.
Пламя на его ладонях угасло и теперь бушевало под кожей. Ему казалось, что незнакомец тоже боялся огня, не меньше, чем дерево, потому что облегчённо вздохнул, увидев, что огня больше нет.
— Забери кристалл, — приказал ди Руаз, отступая на несколько метров назад. — Немедленно.
— Я не буду этого делать, — возразил мужчина. — Это мой дом, а он рухнет, как только…
— Забери кристалл, — повторил Альберто, бросив быстрый взгляд на задыхающуюся Нериссу, — иначе я тебя уничтожу.
— Ты? — презрительно скривился тот, ещё минуту назад не знающий, куда б ему подеваться. — Что ты сможешь мне сделать, мальчишка?!
Он расправил плечи, стал ещё выше и выглядел теперь удивительно могучим.
— Ты — не волшебное дерево, чтобы бросать вызов духу, живущему в этом мире уже сотни тысяч лет! — провозгласил он. — Я — Цендрес, если тебе это имя о чём-то говорит, и моя сила значительно больше, чем ты можешь себе представить, человек!
Звучное имя Альберто не говорило ровным счётом ни о чём. Он мог предположить, что это серьёзный противник, но отступать, когда Нерисса была в плену, не собирался ни на секунду.
— Ну же, атакуй, — подбодрил его Цендрес. — Посмотрим, на что нынче способны люди!
Альберто буквально чувствовал его защитный купол, твердеющий с каждой секундой. Пробить такой было практически невозможно. Древняя защитная магия, материальная и ментальная одновременно, переплетала мысли и явь…
— Ты забыл об одном, — ди Руаз тоже выпрямился, огонь в нём окончательно затих. — Если магия недостаточно сильна, она должна быть изобретательна.
Он буркнул себе под нос короткое заклинание, надеясь, что сработает — ведь чем старее была магия, тем больше способов противостоять ей придумали люди.
— Твоя силовая волна не собьёт меня с ног! — фыркнул Цендрес. — Она даже не дотянется до меня!
Купол, окружающий его, слегка сместился, а после, реагируя на чужеродную магию, начал расширяться. Альберто знал, что это волшебство легко раздавит его, если мужчина этого пожелает, но надеялся, что успел отступить достаточно далеко.
Цендрес вскинул руки, и купол вырос практически в два раза. Он сделал шаг навстречу Альберто, надеясь смести его мощью своей магии… И застыл, услышав осторожный стук.
— Приятного общения, — усмехнулся Альберто.
Корень дуба сначала постучался в купол, очевидно, выкованный из его же магии, а потом прорвался сквозь него и схватил Цендреса. Ветви сначала замахнулись Нериссой, собираясь швырнуть её на землю, но потом дерево изменило своё решение и поставило девушку на землю настолько нежно, насколько это вообще было возможно.
Коснувшись твёрдой поверхности ногами, она, не медля ни секунды, бросилась к Альберто, а ветви, заполучив новую жертву, крепко сжали Цендреса.
Нерисса, не оборачиваясь на дерево, крепко обняла ди Руаза за шею, прижавшись к нему всем телом, уткнулась носом мужчине в плечо и выразительно всхлипнула. Он в ответ обхватил её руками и поцеловал в висок с неожиданной для обыкновенного коллеги нежностью.
— Всё закончилось, — прошептал Альберто ей на ухо. — Тише, родная. Всё закончилось.
Крессман не проронила в ответ ни слова. Она считала себя довольно смелой девушкой, никогда не сдающейся перед серьёзными преградами, но сегодняшний день стал отвратительным испытанием на прочность. Ведь больше всего на свете Нерисса боялась задохнуться. Страх перед замкнутым пространством, перед тисками, сжимающими грудную клетку, поселился в её сознании ещё в раннем-раннем детстве, когда кузины читали вслух жуткие сказки, не задумываясь о последствиях для трёхлетней девочки, вслушивающейся в их тихий сказ. Для того, чтобы никогда не оказаться в плену, Нерисса и училась, узнавала всё новые и новые виды магии, пыталась колдовать постоянно, старалась стать самой могущественной ведьмой, чтобы ей не было равных — и не было тех, кто мог бы ограничивать её свободу, не только морально, а и физически.
Теперь бы сдержать слёзы, но не получалось.
Нерисса заставила себя, так и не освободившись от объятий Альберто, впрочем, обернуться на обидчика. Она не жалела, что вмешалась — иначе, возможно, ди Руаз давно уже был бы убит, — но защищать Цендреса не хотела совершенно.
Тот вопил, пытаясь вырваться, но дерево было неумолимо. Вся мощь духа вдруг куда-то подевалась. Его сила, заключавшаяся, очевидно, в том, чтобы умело вытягивать соки из собственного жилища, теперь исчезла, и мужчина мог разве что пытаться содрать пальцами кусочки коры с ветвей.
Успокаивалась Нерисса быстро, но, когда Альберто шагнул было к дереву, наверное, чтобы вмешаться в скандал на территории его академии, мёртвой хваткой уцепилась в мужчину, не позволяя ему ступить и шагу, а для достоверности громко всхлипнула. Ди Руаз подвоха не заметил, на слёзы отреагировал правильно — вновь привлёк девушку к себе, поцеловал в висок и утешительно погладил по спине. Нерисса повторила всхлип и спешно спрятала лицо у него на груди, стараясь сдержать смех.
Конечно, ей было уже не страшно, но, во-первых, не хотела, чтобы Альберто во что-то ввязался, а во-вторых… Стоять в его объятиях было куда приятнее, чем вытаскивать из лап сумасшедшего дерева.
Когда она наконец-то осторожно подняла голову, то узрела полуорчанку, внимательно наблюдавшую, как дерево трясло мужчину и пыталось его задушить. Даже ди Руаз, видавший не одно магическое сражение и не одну смерть, явно напрягся и выглядел настороженным, а девчонка разве что не улыбалась, но смотрела с удивительным интересом… Нериссе её поведение показалось противоестественным, но она промолчала, вспомнив рассказы Брианы о сестре. Сумасшедшая Паулина или нет, но человечности в ней явно недостаточно. Сразу видно, что орочья кровь сильнее.
— Сделай то, что просят! — крикнул Альберто Цендресу. — Иначе тебя убьют!
Ветви подтянули пленника к кристаллу. Мужчина сначала отворачивался, но, вовремя поняв, что должен прощаться или с властью, или с жизнью, выдернул кристалл из дерева. Тот вспыхнул в его руках и практически мгновенно погас. Странное мутное вещество, плескавшееся внутри, впрочем, осталось, переливаясь под пальцами Цендреса и пытаясь вырваться на свободу.
Дерево обрадованно расправило ветви и гордо отбросило свою жертву прочь. Альберто, не ожидавший такой резкой смены настроения, едва успел вскинуть руку, вызывая нужное заклинание.
Но с воздухом ему всегда было трудно управляться, а Нерисса не успела поддержать своей энергией, потому Цендрес не завис, как предполагалось, а просто менее сильно ударился. Ди Руаз поморщился. На лице его явно отпечаталась усталость, и Крессман задалась вопросом, как бы это помочь мужчине, не выдав себя.
— Ты в порядке? — мягко спросил он, всматриваясь в лицо Нериссы, но краем глаза наблюдая за деревом. Последнее отошло в сторону, вернуло мостовую на место, зарылось поглубже в землю и прикинулось совершенно спокойным растением. — Ничего не болит?
— Чего ж вы так переживаете за меня, господин ректор? — грустно вздохнула Нерисса. — Неужто так беспокоитесь за здоровье сотрудников?
— Не будь глупой, Нери, — не поддался на провокацию Альберто. — Он тебя не ранил?
Слышать от ди Руаза свидетельство его прямой заботы было очень необычно. Нерисса привыкла к тому, что любое проявление внимания приходилось расшифровывать, а сейчас Альберто не пытался притвориться злым и сердитым начальством и смотрел на неё с неподкупной нежностью.
— Всё хорошо, — смягчилась она. — Я просто сильно испугалась. Он едва меня не задушил.
Альберто отступил от неё, но только для того, чтобы окинуть внимательным взглядом на предмет повреждений. Нерисса, впрочем, против своей воли немного зарделась. Ей бы хотелось, чтобы всё это происходило без свидетелей. А девушка буквально телом ощущала внимательный взгляд надоедливой Паулины. И не отвернётся же! Неудивительно, что Бри, её подруга и сестра этого явления природы, вопреки повышенному вниманию орочьих кавалеров, так ни за кого замуж не вышла — эта сестрица своим примером всё желание полукровок рожать отобьёт! Будет ещё такое явление бродить по дому…
Ди Руаз не проронил больше ни слова, но его пальцы скользнули по линии её подбородка, перебираясь чуть ниже, к шее, там, где ветви оставили несколько мелких царапин. Нерисса могла исцелиться и сама, но чужое внимание оказалось удивительно приятным. Впрочем, у него ведь не бесконечный резерв…
— Не нужно, — мягко остановила Альберто она. — С этим я сама справлюсь. Ты и так слишком много колдуешь.
— Со мной всё…
— А вы не хотите поинтересоваться, что со мной?! — возмутился развалившийся на земле Цендрес. — Потому что мне, между прочим, плохо! Очень плохо! Я не уверен, что смогу встать на ноги!