Даниэла уставилась на неё во все глаза, на что Нерисса ответила коротким весёлым подмигиванием и самодовольно улыбнулась.
— Только спокойствие! — прошептала она. — Я знаю, что делаю. Не переживай, дорогая, он сейчас прогонит меня и будет весь твой. Главное — довести до нужного состояния. Просто, понимаешь, если не увидит сегодня утром, то оштрафует за прогул рабочего дня.
Альберто тем временем уже выглянул из комнаты. Нерисса была готова поклясться, что при её виде он облегчённо улыбнулся и, кажется, почувствовал себя более уверенно. По крайней мере, затравленный взгляд стал в разы бодрее.
— Даниэла, ваша подруга двойку за реферат не получала, в отличие от вас. Будьте добры вернуться в комнату и сдать тему, — настойчиво произнёс ди Руаз. — Не заставляйте меня назначать ещё одну отработку.
Даниэла, кажется, не знала, как реагировать. В конце концов она взглянула на Нериссу и слишком громко, чтобы Альберто этого не услышал, прошептала:
— А отбор правда существует?
Проклятая сокурсница! И что теперь делать? Если Нерисса скажет, что это выдумки, несомненно, поступит правильно. Но она выставит себя лгуньей в глазах девушек, а потом не избавится от слухов об и отношениях. А если подтвердит, то ди Руаз потом с неё три шкуры спустит.
Нет, месть Альберто была всё-таки не столь страшным явлением, как его увольнение, и Нерисса, решившись, тихо сообщила:
— Да. Он проверяет тебя, разве ты не понимаешь?
Даниэла засверкала. Альберто же помрачнел. Кажется, он рассчитывал, что после ответа Крессман студентка умчится куда подальше и больше не появится на пороге его кабинета, а она вместо этого уверенно засеменила по ступенькам вверх и так ласково погладила ди Руаза по плечу, что тот аж сжал руки в кулаки от гнева.
Неужели ему действительно неприятно? Тогда почему не прекратит весь этот цирк?
— В таком случае, продолжим, — Альберто распахнул перед Даниэлой двери и, когда пропускал её вперёд, едва заметно подтолкнул в спину. Адептка этого даже не заметила, зато Нерисса содрогнулась всем телом и мысленно прокляла и свой длинный язык, и то, что её однокурсницы так легковерны. И почему было не сказать им, что она — невеста ди Руаза? Тем более, она действительно его невеста. Была.
Крессман вылетела из кабинета Альберто, чувствуя, как внутри вскипает злость, в первую очередь — на себя саму. Ведь она сама наговорила об этом отборе, а теперь ревнует Альберто. Как полноценный, нормальный мужчина, он имеет полное право встречаться с кем угодно и когда угодно. Но не со студентками.
Она пнула дверь ногой и собиралась уже высказать дереву всё, что думает о обладателе этих покоев, но чужой сочувствующий голос полностью выбил из колеи.
— Нерисса! Он тебе нахамил? Ты только скажи, я моментально поставлю его на место. Нерисса?
Михаэль, стоявший напротив, смотрел на Нерисса так, словно она была богиней, сошедшей с какой-то религиозной картинки. А что? У них же были боги… Она — красивая, могущественная воительница, и он — всесильный маг.
Нерисса понятия не имела, насколько сильно она походила на могущественную воительницу, но с Михаэля бог был отвратительный. Ни тебе синих глаз, ни обаяния, ни сложной жизненной истории.
— Ты не хотела бы прогуляться? — спросил он. — Сегодня такая хорошая погода на улице… Снег первый выпал!
— Снег? — удивилась Нерисса. — Да у меня… — она посмотрела вниз и поняла, что не прихватила бумаги. — Хорошо, Михаэль, пошли смотреть на твой снег.
Всяко лучше, чем торчать под ректорской дверью и ждать, пока Альберто наконец-то закончит своё дополнительное занятие! К тому же, Нерисса любила зиму. Особенно ей нравилась игра в снежки. Самое приятное воспоминание, связанное с погодой, осталось именно после снега. Нерисса бы с удовольствием его повторила.
— О чём думаешь? — спросил Михаэль, пытаясь взять Нериссу за руку.
— О том, как в юности забавлялась в снегу, — сообщила она и мечтательно улыбнулась.
Нет, она ж была юна прошлой зимой? Несомненно, не меньше, чем сейчас. А Альберто потом долго ходил в боевой полумаске, пока не прошёл синяк под глазом…
Глава двадцать третья
— И это мы тоже не знаем, — подытожил Альберто. — Чему вас вообще учила Тильда?
Даниэла опустила глаза. Ну, разумеется. Как рассказывать Нериссе всякий бред о страстном ректоре и особенных отработках с утра пораньше, так они все первые, а как действительно на этих отработках соответствовать положенному уровню адепта такого уважаемого учебного заведения, как их академия, так где там…
Боевые заклинания тоже получались, мягко говоря, через раз. Альберто, привыкнув работать с сильными, опытными магами, находящимися на достойном уровне, с трудом выдерживал студенческие заявления и то, как эти несносные девицы вели себя на лекциях. В рефератах они написали такие пошлости, что ди Руаза до сих пор колотило. Нет, разумеется, были порядочные девушки, которые со всей серьёзностью подошли к поставленной задаче, да и Бриана приходила, интересовалась, нельзя ли получить какой-нибудь интенсив по магии, чтобы не чувствовать себя совсем уж отсталой…
Но допустить порядочную молодую женщину к этому развратному сброду Альберто просто не мог! Разумеется, в дворянских кругах девушкам рассказывали о том, как надо провоцировать мужчину. Все эти богатые купеческие дочки или, напротив, наследницы разорённых поместий из родовитых семейств так и искали себе подходящую партию. Но в обычное время ди Руаз умудрялся от них убегать, и желающих стать маркизой хоть и было много, но они не концентрировались в одном месте. А академия оказалась просто средоточием бесчинства. Девушки, обмениваясь опытом, за несколько месяцев сумели изучить все таинства соблазнения представителей богатых семейств, а теперь решили потренироваться на нём одном.
Лучше б на профессоров наседали, а то Ларстайн и Биурман только и думают, как бы пакость какую-то сделать! Как будто он не знает, откуда ноги растут у желания министерства прислать комиссию для проверки…
— На сегодня отработка закончена, — вынырнув из мрачных мыслей, сухо сообщил Альберто. — Передайте своим сокурсницам, чтобы впредь являлись ко мне исключительно в форме и подготовленными. И никаких — никаких, слышите! — больше намёков на отбор! Или вы не понимаете, что нельзя об этом открыто болтать во всей академии?!
Отрицать отбор было бесполезно. Альберто знал, что единственное событие, способное его спасти — это женитьба, причём незамедлительная. Но единственная девушка, которую ди Руаз взял бы в жёны, вряд ли согласится, а тащить под венец абы кого — ту же Даниэлу, смотревшую на него своими оленьими глазами, — бессмысленно, только жизнь сломает, причём и себе, и ей.
— Больше ни слова! — пообещала Даниэла. — Когда мне ещё прийти?
— Я сообщу потом, — обречённо произнёс ди Руаз. — Пока что не могу назначить подходящее время. Идите, идите, адептка…
Альберто выглянул в окно. Снаружи его вряд ли ждало что-то интересное; было ещё утро, наверное, никто и не выходил из Академии. Змеиный Замок теперь рушился куда менее активно, вероятно, вливания силы Эльи всё-таки оказались полезными…
Надо посоветоваться с Цендресом, возможно, ему известно, что именно надо сделать, чтобы Замок пришёл в соответствие?
За окном оказались настоящие снежные сугробы. Зима ещё не наступила, и ди Руаз застыл от удивления, рассматривая искрящийся снег. Неужели? А ведь он так любил подобную погоду… Конечно, маскироваться куда легче летом или болотистой, грязной осенью, весной, да, но какое же это наслаждение — вдыхать чистый морозный воздух!
Как жаль, что этот прекрасный день тоже омрачит появление какого-нибудь гостя. Проверяющего из министерства, например…
Альберто не успел, впрочем, размечтаться. Натренированный взгляд успешно выхватил две тёмные фигуры, блуждающие по заснеженной дорожке. Присмотревшись, ди Руаз едва не вспыхнул от негодования.
Молодой человек, наверняка прогуливающий занятия — а что иначе он забыл на улице в учебное время?! — был одет довольно тепло. Поправлял меховой плащ, в который превращалась местная форменная мантия. Девушка же, шагающая рядом с ним, тоже куталась в накидку, но точно не волшебную. И платье её было совсем лёгким… Альберто не мог не узнать фасон. В нём особенно хорошо смотрелась Нерисса. Узнать, впрочем, девушку с такого расстояния было невозможно, ди Руаз предполагал, что это кто-то из старшекурсниц.
Направлялись они как раз к кусачему дубу. Тот в очередной раз переместился, а сейчас успешно притворялся спокойным деревцом. Молодой человек подходил к дереву всё ближе и ближе, кажется, замахнулся в него снежком, и Альберто напрягся, увидев, как зашевелились ветви — а ведь на улице не было ветра!
Интересно, что это за курс?
Альберто прищурился. Чёрное платье, тёмные волосы, рассыпавшиеся по плечам, не мёрзнет в снежную погоду.
Нерисса!
А дерево тем временем уже занесло свою первую ветвь.
Недолго думая, ди Руаз очертил телепортационный круг.
Дуб не стал ждать. Он всерьёз замахнулся веткой на Нериссу, и девушка с трудом успела отскочить в сторону. Альберто выскочил из портала как раз вовремя, чтобы дерево занесло над ним свою ветку, передумало и потянулось к студенту.
— Немедленно прекратить! — обращение ди Руаза относилось ко всем участникам сцены. — Что тут происходит?
Он вскинул руку, сначала подумывая зажечь огненный шар, но вместо этого просто оттащил Нериссу в сторону. Дерево взяло размах, ветвь, растопырив два последних листика, попыталась ударить Альберто в глаза, но в последнее мгновение передумала. Мужчина погасил пульсар, сжав руку в кулак, дерево погрозило листиком, а потом с удивительной стремительностью выбралось из земли.
Михаэль широко распахнул глаза, наблюдая за тем, как корни стряхивают с себя обмерзшие грудки.
— Нерисса, — Альберто, хотя и было холодно, закатал рукава, потому что так колдовать было удобнее, — тебе лучше уйти. Наше дерево, кажется, немного сошло с ума.