Альберто даже на торжественных балах не встречал такого изобилия красок, облегающих платьев, глубоких декольте… На ком-то наряды сидели хорошо, даже очень, кто-то со стороны больше напоминал девицу лёгкого поведения.
Были и более скромные, набросившие форменную мантию, надевшие форменные юбки и блузы, но решившие прицепить какой-то игривый бант или сделать высокую причёску. К ним Альберто даже при очень большом желании не имел права предъявлять претензии — формальным признакам они соответствовали.
Кто-то мило улыбался, кто-то — довольно подмигивал, кто-то пытался преподнести свой внешний вид ещё лучше, крутясь на месте и поворачиваясь к ди Руазу то одной, но другой стороной в порыве демонстрации собственного нетерпения. Альберто, впрочем, остался совершенно равнодушным — по отношению к девушкам это было жестоко, но…
Конечно, заяви он, что никакого отбора нет, не поверят, будут фыркать и говорить, что он придумал хорошее себе оправдание, чтобы вновь тайком выбрать понравившуюся и жениться на ней, но в том-то и беда, что свой выбор Альберто уже сделал и менять его не собирался.
— Сядьте все, кто в форме, — не меняя тон, велел Альберто.
Девушки сели. Кто-то всё ещё улыбался, чувствуя странное облегчение, кто-то, напротив, явно расстроился, полагая, что их ждёт какое-то наказание.
— Все остальные — вон из аудитории. Приведите себя в порядок, оденьте соответствующую одежду. На эту лекцию можете больше не возвращаться, я не пускаю опоздавших в аудиторию. У вас есть тридцать секунд.
Девичья толпа протестующе загудела. Неуверенные прежде обладательницы положенной формы теперь сияли, словно начищенные монеты. Их, разумеется, было меньшинство, и Альберто знал — мысленно девушки возвели себя в статус его фавориток. Может быть, не все — но, кажется, не интересовавшихся отбором оттеснили на задние ряды.
— Но ведь мы пропустим важный материал! — возмутились они.
— А нам угрожает персональное наказание? — тут же вмешалась какая-то девушка в особенно откровенном наряде.
— Да, несомненно, — кивнул Альберто. — Вы будете привлечены к восстановительным работам, когда Змеиный Замок примет своё первозданное состояние.
Невесть когда это будет, но угроза прозвучала довольно неприятно.
— А восстановительные работы где будут проходить? — вскинула голову вторая девица, выглядевшая теперь ужасно вдохновлённой.
Девушки в форме вновь расстроенно вздохнули.
— В подвалах и в коридорах. И в виде ручного труда. Ваша магия достаточно слаба, чтобы пользоваться ею на благо общества, — отрезал ди Руаз. — А вот общественная польза в таком контексте вполне возможна. Поторопитесь, будьте добры.
Спорить никто не решился. Ворча себе под нос, девицы медленной вереницей потянулись к выходу, изредка поглядывая друг на друга.
Альберто дождался, пока за ними закроется дверь, а потом уже менее зло, но всё ещё строго произнёс:
— Если кого-то не интересует боевая магия, тоже можете выйти.
Но, поскольку никто так и не поднялся, не оставалось ничего, кроме как продолжить читать лекцию.
Удивительное дело, но лекция прошла без эксцессов. Альберто равнодушным, занудным тоном прочитал положенный материал, оставшиеся в аудитории девушки его спокойно записали. Вопросы, правда, никто не задавал, особенной заинтересованности не чувствовалось, но ди Руаз ничего от них не ждал.
Уже когда девушки потянулись к выходу, он заметил среди них Бриану — тоже в надоедливой форме, хотя она и не была студенткой. Когда Альберто жестом велел ей подойти, остальные девушки аж раскраснелись от возмущения — надо же, одного жениха увела, так теперь ещё и тянет руки к другому!
— Вы что-то хотели? — с мягкой улыбкой на губах уточнила Бри.
— Думаю, "вы" будет излишним, — протянул Альберто. — Нет, хотел спросить, что привело тебя ко мне на лекцию.
****
— Жажда знаний, не женихов, — пожала плечами Бриана. — Тарлайн не против. А вампиры в последнее время запаздывают с материалами.
Что ж, Альберто знал причины — вампиров перебрасывало к одичавшему дереву, а оно, недовольное посторонним вторжением и всё ещё помнившее орочье-вампирский привкус, отбивалось от гостьей всеми ветвями, которыми только могло. Хотя бы одну проблему — вампирского донорства, — они победить смогли, но сколько ещё оставалось!
Эльи и Дрогара не было уже три дня, но сколько б Альберто ни рылся в документах, не блуждал по библиотеке и не пытался придумать альтернативные методы помощи Змеиному Замку, ничего. Только одно и то же занудное пророчество о магах-музыкантах, которые должны были каким-то образом своим колдовством спасти академию.
— Похвально, что хоть кого-то на занятие приводит жажда знаний, — рассмеялся Альберто, хотя особенного веселья на самом деле не испытывал. — У вас с Тарлайном всё в порядке?
Бри кивнула. Было видно, что она испытывала некоторую неловкость, находясь рядом с ди Руазом.
— В таком случае, приятного дня, — он и сам не хотел портить девушке день. — Вынужден откланяться. Если дамы будут спрашивать, что я говорил, лучше сказать им, что предупреждал: не интересуюсь лишними невестами. Я уже определился с выбором.
— Если я так скажу, они меня загрызут, — покачала головой Бри. — Будут выпытывать, о ком именно идёт речь. Я ведь… Правильно понимаю?
— Да, — подтвердил Альберто. — Абсолютно правильно.
— Как замечательно, что вы всё-таки нашли общий язык! — Бриана хотела сказать что-то ещё, но дверь отворилась, и она непроизвольно отшатнулась от ди Руаза — очевидно, не хотела, чтобы их заметили вместе. — Спасибо за лекцию.
— Да не за что, — вдогонку Бриане произнёс Альберто и опять повернулся лицом к лекционной зале, ожидая, пока хлопнет входная дверь.
Впрочем, задерживаться надолго он не планировал. Собрал листы бумаги, на которой отрывками записывал лекцию, когда готовился, заклинанием прошёлся по аудитории, дабы убедиться в том, что ничего не упустил, а студентки не развесили какие-нибудь привороты.
К счастью, было чисто, и мысли Альберто вновь ускользнули в библиотеку, хотя идти туда сейчас не было возможности. Он перебирал в голове варианты, которые позволили бы помочь Змеиному Замку.
Да, прежде он как-то держался, все эти безумные перемещения духов, вселившихся в камень, не вредили зданию. Сейчас же магический запас был исчерпан; ди Тэ-Луа, хоть и не замечал этого, становился прозрачнее и мог уже не так много, и сам Альберто ощущал, как магия покидала замок. Удивительно, ведь где ей ещё находиться, как не в академии?
Да ещё и Тильда да Марта… Были ли они сестрами, или их связывало что-нибудь другое, более серьёзное, чем просто родственная связь?
Работать следователем было куда легче, чем ректором этой сумасшедшей академии. Именно к этому неутешительному выводу каждый день приходил Альберто. И Нерисса хотела бы вернуться на прежнее место, но всё не решалась сказать ему о том, что устала от постоянных проблем академии. Или, может быть, считала, что таким образом совершит предательство.
Дорога, проведённая в размышлениях, уже привычно показалась практически незаметной, хотя глаза Альберто выхватывали образовавшиеся то тут, то там новые дыры, выпавшие камни, щербатые стены. Вылетело очередное окно, и по лестнице гулял ветер. Близилась зима, и если так пойдёт и дальше, то Академию надо немедленно закрывать и отправлять студентов по домам, греться.
Ди Руаз уже по привычке направлялся к Нериссе, а не к себе. Хоть что-то же должно быть приятное в пребывании в Змеином Замке? Но, только-только войдя в нужный коридор, застыл, заставляя себя двигаться максимально тихо. Некто, завернувшись в тёмный студенческий плащ, пытался вилкой взломать замок. Несколько её зубцов уже торчали в разные стороны, но отмычка грозилась вот-вот сработать.
Альберто не стал прерывать незнакомца. Раздался щелчок, дверь приоткрылась, воодушевлённый взломщик двинулся вперёд — и струя раскалённого воздуха ударила его в грудь.
— Да ведь здесь же есть список допущенных! — заорал возмущённо парень. — Я в него попадаю! — он тряхнул листком, который Нерисса только вчера повесила на дверь. — Разве ты не видишь, возлюбленный я!
Да, Нерисса любила вешать заклинания, впускающие "своих", но, как подсказывал Альберто опыт проникновения в её комнату, этот молодой человек, копавшийся в замке, к возлюбленному никакого отношения не имел.
— А вы в курсе, — протянул ди Руаз, не в силах скрыть раздражение в голосе, — что за проникновение со взломом в цивилизованных странах полагается тюремный срок? Я могу организовать.
"Возлюбленный" обернулся, и Альберто без капли удивления узнал в нём Михаэля. Разумеется, кто ж ещё мог пытаться проникнуть к Нериссе, если не этот болван?
Михаэль вовремя понял, что общение с ректором не закончится для него ничем хорошим. Он выпрямился, скромно улыбнулся и, прижимаясь к закрывшейся самостоятельно двери спиной, протянул:
— Да я тут хотел зайти к Нериссе в гости… Мы договаривались о свидании… Но у меня были определённые проблемы с учёбой, и я никак не мог выкроить минутку…
— Да-да, — кивнул Альберто, благодаря которому, собственно говоря, эти проблемы с учёбой и обострились. — Но женское сердце склонно к метаниям, и, возможно, возлюбленного Нерисса тоже сменила? Ну, неделя всё-таки, или сколько там дней прошло — не такой уж и маленький срок. Столько всего произошло!
— Наши чувства были искренними, — упёрся Михаэль. — Она обещала провести со мной ночь!
— Да, — ди Руаз подошёл ближе. — Провести ночь? Надо же. Никогда не думал, что госпожа Крессман — такая ветреная девушка. А вы знаете, кем работает её отец?
Михаэль не знал, иначе подобные предположения не слетали бы с его языка. Тем не менее, ощутив, насколько опасна почва у него под ногами, парень поспешил исправиться:
— Мы собирались погулять под звёздами… Ночью. Потому что звёзды сияют ночью. Я имел в виду только это!
Альберто медленно кивнул. Кажется, его внешний вид не внушал совершенно никакого доверия, потому что адепт