Вольдемар уставился на смущенную девицу, уже даже не в силах на неё злиться.
— Замечательно. Ну, и почему не сказали сразу?
— Вообще-то, знаете ли, слава и богатство на дороге не валяются. А тут Вы, с таким заманчивым предложением.
Ловец обдумывал новую информацию, поражаясь тому, что кто-то неизвестный, но очень умный, придумал весь этот сложный план. Таинственный кукловод прекрасно знал, едва книга появится в столице, девицы всех мастей, прочтя сей идиотский опус, ринутся соблазнять ректора, который, по удивительному стечению обстоятельств, является Ловцом, а, значит, сможет, распсиховавшись, привести ту, которая, якобы, создала данную историю. Получается, кем бы ни был великий махинатор, он неплохо осведомлён о его вспыльчивом характере и крайней любви к свободе.
И что? Это вообще ничего не даёт. Вольдемар Эстера личность настолько популярная, что данную авантюру с романом мог прокрутить кто угодно. Единственная маленькая зацепка, подложить его в почтовый ящик Анастасии способен лишь тот, кто свободно ходит между мирами, а именно — Ловец.
— Но... Это какой-то бред. Зачем отправлять обычного ребёнка в чужой мир?
— Чтоб спрятать. — ответил Вольдемар. — А значит в Вас есть что-то крайне важное. По той же причине произошло покушение. Вы обладаете тайной, судя по всему, чрезвычайно опасной для Короля мёртвых. Думаю, именно поэтому он отправил демона-убийцу.
— Но что?! Я совершенно простой человек. Вы сами знаете.
— Получается, размышляя подобным образом, мы оба, и Вы, и я, ошибаемся.
Они замолчали на несколько мгновений, а потом Анастасия все же сказала то, о чем сам Вольдемар в данный момент как раз лихорадочно думал, не зная, как перейти к этой очень волнительной.
— Вы простите за вчерашнее. Знаете, все как-то навалилось... Поэтому я напилась самым бессовестным образом. И тот поцелуй... Это, в общем, ничего не значит...
— Да, да. Я тоже хотел извиниться.
— За что? Это же не Вы меня поцеловали, а я Вас. Накатила дурь.
— Ничего. Бывает. — ответил Ловец, внешне оставаясь спокойным, хотя внутри у него все клокотало от гнева.
Ничего себе! Он тут по ночам видит её светлый образ, а для блондинки это всего лишь дурь? Обидно даже! Вот ведь дурак. Забил себе голову девицей, которой на него наплевать. Смешно. Толпа желающих захомутать Лорда Эстера бегает за ним по пятам, а эта особа, которая, не смотря на все удручающие моменты их сложных отношений, притягивает его, словно дьявольски магнит, считает их поцелуй дурью. Ну, и ладно. Пусть. Можно подумать. Найдутся другие желающие.
— Я тогда пойду? На занятия?
Девушка поднялась с дивана и попятилась к двери.
— Да, конечно. Идите, Анастасия.
Едва она покинула кабинета, Лорд Эстера встал, подошёл к столу, облокотившись ладонями о его край, и удрученно склонил голову, а затем несколько раз со всей силы ударил по ни в чем не повинной мебели кулаком.
— Всё. Хватит. Забудь эти дурацкие мысли, Ловец.
Он сказал все это, ни к кому не обращаясь, даже быстрее просто для того, чтоб выплеснуть горечь, тяжёлым осадком опустившуюся на дно души.
Проблем итак более, чем достаточно. Нужно думать о них. Для начала необходимо выяснить, где появилась на свет Анастасия Лебедева. Это возможно сделать только одним единственным образом, для которого ему нужна кровь данной бессердечной блондинки и несколько часов работы.
Вольдемар снова призвал Дух, велев тому передать писательнице, хотя, какая она теперь ко всем демона писательница, чтоб та немного порезала руку любым острым предметом. Даже мальнькой капли будет достаточно.
— Почему Вы не сделаете это сами? — резонно поинтересовался Сторож Академии.
Почему? Потому что, наверное, ему тяжело находиться рядом с женщиной, считащей то притягательное волшебство, которое возникло между ними, дурью. Потому что Анастасия безумно раздражает его своим упрямством, своим идиотским характером, но при этом он... Он хочет её.. Не просто как соблазнительную девушку, а скорее, всю... целиком, вместе с огромным количеством тараканов в светловолосой хорошенькой головке. И осознание столь очевидной истины причиняет ему какую-то странную, непривычную боль.
Конечно, этого Вольдемар Духу не сказал, всего лишь сославшись на гору дел и забот.
Спустя пару часов, Ротфорд вернулся, леветируя маленький ножик, которым девица, ругаясь и жмурясь от страха, если верить рассказу Сторожа, проколола палец.
Вольдемар взял долгожданный предмет, а затем направился в мастерскую, где можно было в тишине и покое, закрывшись ото всех, поработать на предмет определения рода Анастасии Лебедевой. Ему понадобилось совсем немного времени. Лорд Эстера отложил нож в сторону и, неверяще уставившись в пустоту, несколько мгновений просто сидел дурак дураком, широко окрыв рот из-за той информации, которую смог получить в результате своих опытов. Потом Ловец резко вскочил и рванул прочь из Академии, направляясь к императорскому дворцу. Пользоваться телепортацией он сейчас категорически не мог, потому как мысли его скакали, словно блохи на приблудной уличной собаке.
Вольдемар влетел в покои императора, который, ругаясь по чем зря, разбирал почту, поступившую от правителей соседних государств. Его возраст уже давным-давно подошёл к тому этапу, когда, по мнению коронованных коллег, Аргус должен жениться. Вот только сам император с такой постановкой вопроса был категорично не согласен. Ему все эти предлагаемые кандидатуры дочерей, сестёр и даже тёток даром были не нужны.
— Вольдемар? Что случилось?
— Аргус, очень коротко. Анастасия родилась в нашем мире. Ребёнком её спрятали в соседней реальности. Теперь она снова тут.
— Ээээ... Это очень коротко, мой друг. А подробности?
— Они не важны. Главное — другое. Я провел анализ её крови. А теперь... Хорошо, что ты сидишь...
— Вольдемар! Я тебя пришибу! Говори уже!
— Анастасия Лебедева — дочь драконов.
Император застыл с нераспечатанным до конца письмом в руках, абсолютно глупо хлопая глазами.
— Нет! Этого не может быть. Они вымерли более трехста лет назад! Всем известный факт! Иначе не было бы Диких земель, потому что, только эти плюющиеся огнём сволочи способны уничтожить всю нежить подчистую!
— Да, мой император! Именно! Но то, что Девица принадлежит роду мудрейших верно также, как то, что я—Лорд Эстера. Понимаешь теперь, почему на неё организовали покушение? Она-чистокровный стопроцентный дракон. Вернее драконица. И мне совершенно не понятно, отчего её сила мертва. Или спит... Я не знаю. Все это очень странно. Более того, получается мы — ни сном ни духом, а Король мертвых очень даже в курсе.
Император отбросил почту в сторону и принялся метаться из угла в угол, периодически замирая, чтоб донести другу свои важные мысли.
— Эстера, чертяка, ты понимаешь, что это значит? Если мы сможем разбудить её зверя, проблема Диких земель навсегда будет решена! Один единственный дракон способен выжечь заразу окончательно! Понимаешь? И ещё! Ведь откуда-то она появилась? Значит, можно предположить, что эти чешуйчатые гады вовсе не сдохли, как нас уверяют летописи, а благополучно прячутся в своих горах.
Аргус застыл, глядя затуманившимся от возможных перспектив взглядом на хмурого Лорда ректора.
— Что с тобой? Ты не рад?
— Пока ещё нечему радоваться. По факту у нас всего лишь совершенно бездарная девица.
На самом деле, Вольдемар просто-напросто отчётливо понимал, что женщина, к которой он успел странным образом привязаться, теперь стала совсем далёкой, недоступной, и от этой мысли ему становилось все тоскливее, а сердце наполнялось горькой пустотой.
Пятнадцатая глава
Настя, честно говоря, сама не знала, отчего её все так безумно бесит. Версия, высказанная ректором, особо сердце не волновала. Лебедева настолько привыкла быть сиротой, что, в принципе, совершенно не чувствовала разницы, какие именно родители её бросили, из обычного безмагического мира или здешние. Она одинаково была не нужна своей матери, ровно, как и отцу, при любом раскладе. Этот этап страданий, осознания своей никчемности, а также ущербности она уже пережила лет в тринадцать. К чему теперь дёргаться? Даже, если допустить, что, на самом деле, родиной являлась волшебная реальность. Принципиально такой факт ничего не менял.
А вот равнодушие Лорда ректора ранило в самое сердце. Отправляясь к нему в кабинет, Настя все же рассчитывала хоть на какие-то эмоции. Да, может она и не идеал женственности, может где-то бывает несколько безолаберна, но все же. Неужели тот случайный, произошедший по велению странного, тревожащего душу влечения поцелуй для этого дурака Эстера ничего не значил? Сухарь. Чурбан бесчувственный.
Она всю ночь обнимала подушку, представляя на её месте сильного черноволосого красавца, а он... Блондинка жалобно всхлипнула и плюхнулась на кровать, отвернувшись к стене. Занятия закончились. Странное желание ректора она выполнила, порезав палец и отдав нож Духу. Делать абсолютно было нечего, а очень хотелось. Настя была согласна сейчас даже повторить подвиг Золушки и переберать чечевицу, отделяя её от гречи, лишь бы только заняться хоть чем нибудь, чтоб отвлечься от грустных дум, объектом которых по-прежнему оставался Лорд ректор.
— Лебедева!
В спальню влетела зарыхавшаяся секретарша.
— Срочно собирайся! Тебя вызывают во дворец.
— Ага. Побежала уже. Слышите свист? Это я мчу со скоростью ветра, — ответила Настя, продолжая изучать стену.
— Ты что? Совсем с головой не дружишь? Когда император приказывает, каждый подданный тут же со всех ног выполняет его пожелание.
— Я не его подданная. Так что идите вы, со своим императором, куда подальше. И ректора туда же захватите.
Посягательсв на светлый образ начальства Аделаида вынести не могла. Она подскочила к лежавшей в постели девушке, ухватила её за ухо и со всей силы выкрутила, вынуждая нерадивую студентку, завывая от боли, моментально подняться с кровати.