ской прессой, которая наряду с материалами об усилении религиозности публикует большое количество статей о кризисе религии и церкви. Так, например, журнал «Юнайтед Стейтс Ньюс энд Уорлд Рипорт» в августе 1976 г. писал: многие церкви в США ведут борьбу за то, чтобы выжить, в архиепископстве Филадельфии за последние четыре года закрылось шесть церквей, а треть сельских приходов в штатах Мичиган и Огайо не имеют даже средств на содержание священников[112].
Некоторые американские обозреватели с усилением религиозности связывают увеличение количества слушателей духовных семинарий. И, действительно, приводимые ими данные как будто бы свидетельствуют об этом. Так, если в 1966 г. в протестантских семинариях учились 22 тыс. 433 слушателя, то в 1976 г. их число увеличилось до 35 тыс. 207, т. е. на 57 %. Число учащихся в ешиботах, готовящих раввинов, увеличилось с 399 в 1966 г. до 515 в 1976 г.
Но эти же исследователи не могут пройти мимо того факта, что ежегодные наборы в католические духовные семинарии составляют лишь 1/3 набора, который проводился десять лет назад.
Характеризуя положение в духовных семинариях США, апостолический делегат Ватикана в США в отчете ватиканской конгрегации по вопросам вероучения, обрисовав проблему пополнения духовенства, приходит к выводу, что в США теряется уважение к церковному образу жизни. «Все это находит отрицательные отклики в весьма чувствительных душах многих молодых людей, которые далеки от того, чтобы избрать для себя карьеру священнослужителя».
Тот факт, что духовные семинарии католической церкви наполовину пустуют, не только свидетельствует о падении престижа церкви, по и отражает происходящий в США процесс роста индифферентизма к религии среди молодых католиков.
Для того чтобы как-то спасти положение, церковники всячески рекламируют учебные заведения, готовящие священников, проводят ежегодно день молебствий за священническое призвание, т. е. за пополнение церкви новыми кадрами молодых священников.
Некоторые американские исследователи отмечают, что после войны во Вьетнаме и пресловутого уотергейтского дела у американцев вместе с духовным смятением и растерянностью появилось желание возвратиться к религиозному пониманию природы и судьбы человека. Религиозные институты, хотя и не полностью, оправились от недавних поражений и имеют в своем распоряжении много средств, чтобы удовлетворить это желание.
Но опубликованные в США материалы о состоянии религиозности за последние два года отнюдь не подтверждают мысль о новой волне ревайвализма.
Правильнее будет сказать, что в Соединенных Штатах Америки, как и в других капиталистических странах, в настоящее время действуют две тенденции. Одна проявляется в упадке религии, ее влияния на массы, в отходе от церкви значительной части верующих, разочаровавшихся в религии и церкви. Другая ведет к усилению позиции религии, влияния церкви, религиозности определенных слоев населения.
Кризис религии и церкви проявляется конкретно в уменьшении посещения богослужений, росте индифферентизма к религии, поредении рядов духовенства, трудностях укомплектования духовных семинарий.
Однако своеобразие кризиса религии в США состоит в том, что он происходит в условиях сохранения или даже увеличения членов церкви, т. е. паствы. Поэтому, например, несмотря на кризис религии, в США не уменьшаются доходы церквей. Более того, как показывают данные, опубликованные в американской печати, они даже увеличиваются. В США как стране капиталистической, пока существует капитализм, будут существовать социальные корни, порождающие, питающие и консервирующие религиозность масс, будут существовать классы, заинтересованные в распространении влияния религии на массы. И пока они существуют, они будут оказывать всяческую помощь религиозным организациям в их деятельности, направленной на преодоление кризиса религии и усиление позиции церкви.
Обновление церкви в США проводится по линии социально-политической и отражается в изменении позиции церкви в отношении актуальных социально-политических проблем, например войны и мира, социальной справедливости и т. и. Усилия церкви направлены на то, чтобы изменить мнение о церкви как опоре богатых, пособнице угнетателей, как организации, равнодушно относящейся к повседневным нуждам верующих. Поборники церковной модернизации считают необходимым сделать известный крен в сторону земных проблем и говорить с верующими об их нуждах. Не случайно поэтому в лексиконе американских церковников все чаще начали появляться термины, которые не имеют никакого отношения к религии, такие, например, как «классовая борьба», «профсоюзы», «гонка вооружений», «агрессия» и другие.
Однако религиозный модернизм не способен преодолеть кризиса религии, во-первых, потому что изменения, которые ныне вносятся в доктрины церкви, но устраняют реакционного содержания религии и, во-вторых, потому, что модернизация религии не может ослабить влияния факторов, подтачивающих религию, не может ликвидировать глубокие причины кризиса религии, которые обусловлены объективными процессами, происходящими в современном мире. Модернизированная религия в условиях капиталистического общества также служит интересам эксплуататорских классов и, выполняя социальную функцию в капиталистическом обществе, используется буржуазией для освящения существующих классовых отношений.
Модернизация религии имеет цель сохранить позиции религии в период, когда колоссальные социальные изменения и небывалое развитие науки и техники приводят ко все большей секуляризации общества. Все те модификации, которые церковники под натиском времени вносят в политику, культ, догматику, структуру церкви, изменяют до некоторой степени лишь форму, по не сущность религии. И в модифицированном виде религия во всех ее разновидностях является реакционной. Однако нельзя недооценивать значение модернизации религии и церкви. Отказываясь от ряда устаревших положений, не соответствующих современным условиям, модернизируя социальную доктрину церкви в соответствии с изменившейся в мире обстановкой, выдвигая в ряде случаев даже некоторые Прогрессивные лозунги, церковь может в отдельные периоды даже усилить свое влияние на отдельные слои населения. Однако это не означает, что ей удастся преодолеть кризис религии, ослабить влияние факторов, которые подрывают позиции религии в современном мире.
В модернизации структуры, вероучения, культа идеологи церкви видят средство укрепления позиций религии, основательно поколебленных за последние десятилетия. Они пришли к выводу, что христианская религия в таком виде, в каком она существует почти два тысячелетия, слишком архаична, не соответствует образу жизни современного человека; поэтому следует отбросить все закосневшее и устаревшее, все то, что может оттолкнуть от религии человека второй половины XX в..
Мы уже говорили, как модернистские тенденции проявились в конце XIX в. в американском протестантизме, особенно в баптизме. Модернисты тогда утверждали, что Библия не является непосредственным откровением бога. Анализируя Библию, виднейшие представители модернистского направления в баптистском богословии В. Кларк, В. Раушенбуш, Ш. Матьюс, Е. Фосдик, приходили к выводу, что она включает различные религиозные доктрины (древние верования евреев, учение Иисуса и т. д.). Библию они рассматривали как обширное собрание литературных произведений, написанных в разное время.
Некоторые протестантские модернисты оспаривали тезис о непогрешимости Священного писания, подвергали сомнению традиционные библейские догматы о человеке как о погибшем грешнике, божественном искуплении, оправдании верой, предопределении; отказывались от буквального понимания каждого слова Библии. Они положительно отнеслись к теории эволюции Дарвина, даже считали необходимым применить принцип эволюции к религии и для сохранения духа христианства ввести в него новые символы. Таким образом, они пытались примирить христианство с наукой.
Взгляды модернистов на социальные проблемы также отличались от взглядов приверженцев традиционной христианской точки зрения. Они считали необходимым пересмотреть христианскую концепцию человека и отказаться от догмата о его прирожденной греховности. Один из идеологов социального евангелизма Ш. Матьюс писал: «Христос сохраняет полное молчание касательно всеобщей греховности»[113].
Сторонники модернизма в католической церкви США также считали, что церковь должна пересмотреть свою позицию в отношении к буржуазно-демократическим институтам и к науке. Эти взгляды американских модернистов, получившие название «ереси американизма», в 1899 г. были публично осуждены папой Львом XIII.
Идеи модернизма развивали видные католические историки и богословы в Германии (Шелль), Франции (Луази, Дюшен), Италии (Муррп), Англии (Тиррель) и др. Они подвергли критике ряд основных положений вероучения католицизма. В 70-х годах XIX в. идеи модернизма активно проповедовал католический священник Геккер, считавший необходимым отказаться от единообразия в церкви, построенного на дисциплине. Геккер оспаривал религиозно-моральную ценность евангельских идеалов безбрачия и бедности. Папе Пию X в 1907 г. пришлось опубликовать особую энциклику для осуждения взглядов модернистов и ввести специальную антимодернистскую присягу: для профессоров богословских факультетов, для лиц духовного звания перед посвящением их в следующий сан и для других представителей церкви.
Таким образом, пытаясь приспособить религию к научному и культурному прогрессу, модернисты стремились укрепить позиции религии в обществе. Однако их критическое отношение к библейским догмам было фактически направлено против основ религиозной идеологии. Поэтому, характеризуя сущность взглядов модернистов, М. Коэн писал: «Логика модернизма в корне подрывает не только христианство, но и все существующие религии»[114]