Думаю, совет попечителей не одобрял посещений казино еще больше, чем встречи с девочками. Мне пришлось тут же увеличить сумму предполагаемого займа. Я вернулся в машину и начал ждать. Они появились около часа ночи. Вновь отпустив "седан" на пятьдесят ярдов, я поехал за ними. Арнольд направился в город и уже там свернул в переулок около своего дома. Я остановился на улице и понаблюдал, как он закрывает гараж и ведет даму к боковой двери.
Арнольд и Мэри не имели детей, поэтому он жил в доме один. Сами понимаете – никаких помех. Но ведь банковским служащим, как и проповедникам, полагалось быть выше причин для укора. К тому же, рядом жили соседи. Меня даже удивило, что он стал таким беспечным к своей репутации. Кроме того, надо было учесть его положение в обществе. И я решил, выражаясь фигурально, договориться с родственником о максимальном займе размером в тысячу долларов.
На следующий день – в среду около двух дня – мне как раз довелось проходить мимо банка. Когда я сунул голову в кабинет Арнольда, он встретил меня не то что бы с энтузиазмом, но и не прогнал.
– Привет, Мэл, – сказал он. – Входи.
Он отбросил в сторону письмо, которое читал. Прикрыв за собой дверь, я сел в кресло напротив его стола и предложил ему сигарету. Арнольд покачал головой. Тогда я прикурил свою и бросил спичку в идеально чистую пепельницу на столе.
– Что на уме? – спросил он.
Я выпустил струю дыма в его направлении.
– Мне кажется, мы могли бы уладить нашу ссору, Арнольд. Не забывай, мы с тобой родственники.
– Я с тобой не ссорился, Мэл. Но я никогда не возьму тебя к себе на работу и денег взаймы не дам, если ты пришел за этим. Тем не менее, мне хотелось бы тебе помочь. Я даже могу дать тебе рекомендации, где лишь отмечу, что работа не должна быть связана с деньгами.
Я бросил на него обиженный взгляд.
– Ладно. Вряд ли ты захочешь мои рекомендации в другой банк, – произнес он мрачно. – Если нужны какие-то характеристики и справки, то говори. Но только быстро. Завтра я здесь последний день.
– Идешь на пенсию? – спросил я.
– В сорок пять? Кто отпустит?
Он протянул мне письмо, которое читал перед моим приходом. Вверху стояла печать леверетского отделения национального банка, а письмо гласило:
"Уважаемый мистер Стронг.
Согласно нашей договоренности, мы ожидаем вас поездом из Мидуэя в понедельник – 14 сентября. К сожалению, не могу лично встретить вас, как обещал прежде, но вас будет сопровождать наш главный бухгалтер, мисс Стелла Маршалл. Я заказал вам номер в "Леверет". Мисс Маршалл подвезет вас туда, а потом, если пожелаете, вы можете заглянуть и в банк. Я буду на работе до пяти, но если хотите, мы можем увидеться в понедельник вечером. В любом случае ждем вас на утреннем заседании в среду. Искренне хотел бы подружиться с вами и надеюсь на долгое приятное сотрудничество в качестве вашего помощника."
Письмо было подписано Рэймондом Барком, главным кассиром.
– Это еще что такое? – спросил я, возвращая письмо.
– Меня переводят, – ответил он печально. – Управляющий банка в Леверете умер несколько дней назад от сердечного приступа, и меня решили поставить на его место.
– Что-то ты не очень этому рад.
– Да, это повышение. Я, в конце концов, становлюсь вице-президентом. Но там чужие люди, а здесь я был счастлив. Придется расстаться с друзьями, и меня это огорчает.
Бедная Тина Крауфорд, подумал я и постарался его утешить.
– Но, наверное, у тебя есть друзья и в том банке?
Он покачал головой.
– Я знал старого Сэма Моррисона, прежнего управляющего, но он умер. Это новое отделение возникло несколько месяцев назад, и я не знаю никого из служащих. Да и вообще никого в том городе.
Тут меня осенила фантастическая мысль, и я спросил:
– Так уж и никого?
– Я никогда не бывал в Леверете. Это отсюда три сотни миль, а так далеко мне забираться не приходилось.
Я тут же забыл о плане бессрочного займа. Фантастическая идея кружила мне голову.
– Почему ты решил тащиться поездом? Ехал бы на машине.
– У меня как раз кончилась страховка, я продал свой "седан" и решил купить новую машину уже на месте. Для меня приготовлен и дом, и мебель. Мне повезло найти продавца, который предлагает полностью обставленный дом. Остается только получить ключи, и я заеду за ними в понедельник.
– А когда отправляется поезд?
– Утром, в пять тридцать. А что?
– В прошлом ты здорово помогал мне. Хочу заехать за тобой. отвезти на станцию.
– Спасибо, но я заказал такси.
Впрочем, для моего плана мне было необязательно заезжать за ним, поэтому я умолк. Погасив сигарету, я встал и протянул ему руку.
– Ладно, Арнольд. Удачи! Рад, что увидел тебя до отъезда.
Приподняв зад, он сердечно ответил на рукопожатие.
– Спасибо, Мэл. И тебе удачи. Если нужны рекомендации, то обращайся.
– Мне они ни к чему. Обойдусь. Я заскочил, чтобы уладить наши разногласия.
Покинув банк, я отправился на набережную и долго смотрел на реку, обдумывая план. Постепенно идея оформилась в детали, и мысль, которая осенила меня в кабинете Арнольда, стала менее фантастической и более выполнимой.
Если Арнольд никого не знает в Леверете, значит никто не знает и его. После трех лет работы в банковских кассах я достаточно поднаторел, чтобы запудрить мозги на пару дней. А мне только этого и требовалось.
Новый управляющий будет принимать хранилище. Он узнает комбинацию кода и получит ключи от здания. Если у меня хватит наглости пройти через это, я дерну разок удачу за хвост и рвану из страны еще до того, как откроется кража.
К сожалению, мой план никак не мог обойтись без убийства. Я тщетно перебирал варианты до самой темноты, но так и не решил проблемы. А потом мне подумалось, что большие ставки требуют большого риска. К тому же, Арнольд мне никогда не нравился.
Итак, сначала предстояло разобраться с родственником, чтобы он не путался под ногами. Я сосредоточился на этой проблеме. Выбор действий зависел от воскресных планов Арнольда. Например, все могло провалиться, если банк устроит для него в субботу прощальную вечеринку. Вы сидите, ждете, а виновник торжества не приходит, и тогда. Проще было узнать о его планах. В восемь тридцать я позвонил ему домой.
– Это Мэл, Арнольд. Мне не дает покоя, что я в долгу у тебя за прошлые дела. Как ты насчет маленькой отвальной перед отъездом? Или у тебя все время уже расписано?
– Нет. Коллеги в банке устраивали банкет в прошлую субботу. Но, скорее всего, на выходные меня в городе не будет.
– Вот как? Я думал, ты останешься до понедельника.
– Останусь. Но мне хотелось порыбачить на озере. Пару часов назад я продал машину, но друг согласился оставить мне ее на выходные. Он заберет "седан" в понедельник. Завтра вечером поеду на озеро, а в воскресенье вернусь. В пять тридцать поезд, так что праздновать уже не придется, сам понимаешь.
Я постарался придать голосу печаль и уныние.
– Какая жалость. А с кем ты едешь на рыбалку?
– Ни с кем. Один.
Все складывалось, как в сказке.
– Тогда удачи там – на озере.
– Спасибо, – ответил он. – Спасибо за предложение и извини, что не могу принять его.
Повесив трубку, я продумал каждую деталь своего плана, потом завалился в постель и всю ночь проспал, как покойник. Утром в пятницу я кое-что прикупил в скобяной лавке – четыре грузика для жалюзи и дюжину метров струны для карниза.
Арнольд мог в последний день уйти с работы раньше, и чтобы он не уехал на озеро прежде, чем я до него доберусь, мне пришлось держать его под наблюдением. В два часа дня я припарковался возле банка. "Седан" Арнольда стоял на стоянке.
В 16.30 начали выходить сотрудники. Около пяти большая часть служащих банка ушла. А еще через десять минут появился Арнольд под ручку с Норманом Брэди. Они вышли на стоянку, задержались у машины Нормана, поговорили пару минут, а потом пожали друг другу руки. Брэди сел в машину, и Арнольд пошел к своей. Я дождался, пока они не отъедут, и помчался следом.
Дверь гаража в доме Арнольда была открыта, и там виднелся "седан". Я нажал на звонок, потом еще раз десять, и только через минуту в дверях показался Арнольд, удивленно разглядывая меня.
– Я был наверху. Паковал вещи, – объяснил он. – Прости, если заставил ждать.
Я вошел. Он закрыл дверь. На нем был все тот же костюм. Когда я вваливаюсь в свою комнатушку, то первым делом переодеваюсь в удобные шмотки, но Арнольд, наверное, и в ванной купался при галстуке.
– Ты делай, что хотел, – извинился я. – Шел мимо. Дай, думаю, попрощаюсь.
– А я закрывал последний чемодан, когда услышал звонок. Все вещи упакованы. В квартире, кроме мебели, ничего не осталось, так что выпить предложить не могу.
– Ну что поделаешь, – произнес я, медленно проходя в переднюю комнату.
Он потащился за мной, подозрительно присматриваясь.
– Значит, в доме больше никого нет? – спросил я. – И никого не ждешь?
Он озадаченно взглянул на меня.
– Нет. Я хотел выезжать через несколько минут.
Мне оставалось лишь приблизиться к нему. Он совершенно не ждал того удара по шее. Арнольд хрюкнул, рухнул на колени, его взгляд стал пустым, и он воткнулся носом в пол. При определенной сноровке таким ударом можно убить человека, сломав ему шею. Но у Арнольда была крепкая шея. Он все еще дышал, когда я перевернул его на спину. Мне пришлось повторить удар – чуть ниже горбинки носа. Я услышал треск кости под ребром моей ладони. У него даже коленки подскочили до груди. И парень перестал дышать.
Я поднялся, проверил двери, убедился, что все заперто, и вернулся к телу. В бумажнике Арнольда лежали документы. Текст водительского удостоверения мне не понравился, но кто, кроме полицейских, его читает, когда надо лишь подтвердить свою личность. Я наскреб по карманам около двухсот долларов, а в пиджаке нашел ключи от машины и дома.
В спальной были приготовлены два чемодана и сумка. В портфеле на кровати могли оказаться документы, с которыми мне, как новому управляющему, следовало ознакомиться. Но портфель оказался пустым. За два захода я перенес багаж вниз. До вечера было далеко, сидеть с трупом несколько часов мне не хотелось, поэтому я вышел через боковую дверь и запер ее за собой.