Только сейчас поняла, что МИН сдох. А я даже не заметила.
Возможно, это какой-то эпифит, мутант, который покрывал стволы, но не проникал внутрь. Может, нам удастся просто сорвать новые растения, не повредив старые.
Я потянулась к поясу, за набором для биопсии, и повернулась к боту:
– Я собираюсь…
Тот покачнулся, потерял высоту; снова выпрямился, когда запустились роторы. Я оглянулась – набор в одной руке, мачете жужжит в другой. Панцирь дрона сверкал от ярких зернистых помех разогнанных фотонов.
– В чем проблема?
– У бота отключилась воздушная подушка, – доложил Шимп. – Похоже, повреждена обшивка палубы.
– Похоже? У тебя не идет прямой сигнал с дрона?
Секундная тишина.
– Нет.
Может, дело в какой-то биоэлектрической интерференции из-за растительной массы, или какой-то побег пророс сквозь важный шов и устроил замыкание. Впрочем, мостик уже заканчивался. Через пару метров он переходил в лестницу, ведущую к скальной поверхности. Большую часть леса намеренно оставили без отделки.
Я посмотрела во тьму. Впереди лишь разрозненная мозаика размытых огоньков: аналюцифериновые солнца проглядывали сквозь прорехи в листве.
– Есть какие-то признаки Кайден или Дао? – спросила я.
– Нет, – ответил Шимп.
– А ботов? – Даже офлайн они должны были подавать хоть какой-то сигнал.
– Нет.
Я сделал шаг вниз по лестнице.
Бот нырнул вперед на пару сантиметров, рывком выпрямился, покачиваясь в воздухе.
– Трос зацепился.
Я развернулась. Из-за расстояния и препятствий люк превратился в пару ярких черточек вдалеке. Пуповина за маленьким дроном натянулась, срезав угол по мостику. Наверное, где-то запуталась.
Я пошла по своим следам. Марионетка Шимпа держалась рядом, сматывая трос себе в брюхо, чтобы тот не провис и опять не наделал неприятностей. Край далекого люка то появлялся, то исчезал из-за частичного затмения.
– Шимп, между мной и люком есть какое-то движение?
Нет ответа.
– Шимп?
Я оглянулась через плечо.
Бот дрожал так, словно боялся темноты. Что-то щелкнуло меня по правому уху. Обрезанная пуповина пролетела мимо и исчезла в брюхе машины. Там что-то тихо заныло.
– Шим…
Нулевая видимость, белая тьма. Помехи на визоре. Раздалось какое-то чириканье – это дрон перешел в боевой режим, поняла я в ужасе, а потом он врезался мне в грудь, и мы оба повалились на палубу. Что-то схватило меня за ногу, затянулось; пробило плоть и принялось зарываться внутрь. Я закричала, забилась. Меня потащили. Я слепо махнула рукой, ударила сбитый дрон; тот зашипел, заискрил и куда-то упал. Я врезалась лбом в столбик перил, сорвала бесполезный визор с лица, и белизна помех сменилась угольным мраком.
Меня что-то било по голове. Я, стукаясь о ступеньки, скатилась по лестнице, упала на камни, скорчилась, попыталась освободиться, ухватилась за что-то, а оно начало пульсировать и ужалило меня в ладонь. Я отдернула руку, в размытом сиянии, просачивающемся сквозь деревья, увидела черную кровь на серой плоти. Свет становился все ярче.
Мерцающие побеги теперь горели повсюду, они ослепляли, как могут только ночные огни. Меня тащили сквозь сердце звездного скопления, через оазис света в извивающейся клаустрофобной темноте. Я наконец увидела, что меня схватило: волокнистое, оплетенное щупальце, настолько темное, что даже на свету приходилось прищуриваться, лишь бы разглядеть хоть что-нибудь помимо силуэта. Утыканное шипами размером с зубы карнозавра. Один из них глубоко вонзился мне в икру.
Он дернулся. Я закричала.
И тут существо меня отпустило.
И не просто отпустило: отпрыгнуло, резко распустило кольца и забилось в конвульсиях прямо на камнях. Культя дергалась у всех на виду, отрубленная от какого-то верхнего командного центра, размазывала живицу – прозрачную и вязкую, как глицерин, – по камням, стволам и стеблям, по которым она шлепала в смертной агонии.
Появилась еще одна тень. Эта шла на двух ногах, переступила через умирающий чудовищный плющ, в ее руке тихо жужжало мачете. За ней маячило еще несколько фигур.
Они вышли на свет. Мачете с клацаньем упало на камни, до него можно было дотянуться.
– Твое? – спросила Лиан.
«Она жива. Она жива».
Вокруг все еще стояла тьма. Клубни висели со всех сторон серебряными фруктами, омывая лес сумеречным светом, но ни один луч, казалось, не падал Лиан на лицо. Она стояла надо мной, собрание углов и теней, окруженное биолюминесцентным ореолом. Четыре – союзника? приспешника? – стояли в двух шагах позади от нее. Кажется, я узнала Дао, тот держался с двумя незнакомцами слева от Лиан; Кайден, в одиночестве, справа.
Никто не говорил. Никто не двигался.
– Я все думала, может ты… – И правда думала, с тех пор как Дорон процитировал то, что слышать не мог. Но все это было исключительно в разуме; нутром я ничего не чувствовала.
– И вот я тут, – ответила Лиан.
Отрубленный побег слабо дергался на камнях.
«Жива».
– Шимп…
– Думает, что я упала за борт, – еле заметная улыбка, она скорее чувствовалась в голосе, чем проявилась на лице.
– Я тоже так думала. И Кай, и… – Я приподнялась на локтях, нога запротестовала. – Боже, Ли, я так рада тебя видеть.
– И я тебя тоже.
Я бы ее обняла, если бы смогла встать:
– И как ты сумела все провернуть?
– Сымитировала несчастный случай. Поджарила несколько камер и парочку сенсоров. Достаточно, чтобы добраться сюда.
– И теперь ты живешь здесь.
– Мы передвигаемся по слепым зонам. Мы их строим. Не попадаемся на глаза ботам.
– А кортикальные линки?
– Выжгла. Глубокофокусными микроволнами.
Я поморщилась.
– И сколько… в смысле, как долго… – Я подсчитала про себя: новости от Кая и сколько времени прошло с тех пор. – Ты здесь уже девять тысяч лет.
– Скорее десять.
– Значит, у вас есть гробы.
Она кивнула.
– К которым не подключен Шимп.
– Разумеется. Иначе какой в них смысл?
– Откуда?
– Сандей, – ее плечи поднялись, опустились. – У нас три тысячи свободных гробов, есть из чего выбрать.
«Откуда ты узнала, – хотела я спросить, – почему ты знала, а я нет?»
Я с трудом села, аккуратно потыкала в рану на ноге. Болело ужасно, но насколько я могла сказать, шип вошел неглубоко. Я перевела взгляд на лес-убийцу.
– И ты сделала это.
Надо признать, решение было верным. Большую часть времени «Эриофора» – это воплощенное одиночество, ее безупречную атмосферу не портило ничего, кроме медленного фотосинтеза генно-модифицированных растений. Единственный человек, бодрствующий вне очереди, оставил бы пусть крохотные, но заметные отпечатки на таком девственном фоне. Теперь же… по идее, в этом буйном метаболизме можно было спрятать дыхание небольшой армии.
– Я только начала, если честно, – ответила Лиан. – Подкрутила некоторые параметры, ну и оставила их расти, пока мы спали. Вообще мне пригодилась бы твоя помощь; у меня не столь обширные познания в органике, инженерный профиль мешает. Была парочка сбоев. Поначалу лианы вели себя довольно буйно.
– До сих пор ведут.
– Проект требует доработки.
– Но они не смогут удерживать Шимпа вечно.
– Они – нет, – ответила Лиан. – А ты – да.
Я поначалу не нашлась с ответом. А потом:
– Ну и как я это сделаю?
В отличие от меня Лиан без всяких проблем распознавала мое настроение по выражению лица.
– Ты – мясорезка.
– Эволюционный инженер.
– Мысль в том, что ты можешь обдурить Шимпа. Мы дадим тебе спецификации, достаточно деталей, что этот уебок от нас отстал.
– И надолго?
– Насколько понадобится. Я даже отдам тебе выжившего, чтобы миссию можно было назвать успешной.
– Только одного?
– Дао останется со мной. Еще один несчастный случай. Так мы строим нашу армию, – она обвела рукой свою свиту. – Ты не замечала, что за последнюю пару сборок количество несчастных случаев возросло?
– Я не проверяла, – признала я. – Ли… это же безумие.
– Ты мне это уже говорила в прошлый раз. И вот ты здесь.
Ее глаза мерцали в темноте. Она вела себя так, как никогда раньше.
– Ладно, даже если тебе удастся спрятаться, что ты собираешься тут делать? Убить Шимпа?
– Со временем. Да.
– Мы даже не знаем, где гипервизор находится в данный момент. Мы не знаем все места, где он потенциально может быть. И если тебе очень повезет и ты сможешь его убить, следующая версия загрузится быстрее, чем ты успеешь сплюнуть.
– Боже, Сандей, – холодно произнесла Лиан. – Если бы я не знала тебя лучше, то решила бы, что эта тварь тебе по душе.
Я решила быть дипломатичнее:
– Тогда Леви мог и не посылать мне приглашение.
– Ты не оставила ему выбора. Судя по его словам, ты хотела нас сдать.
– Но не сдала.
– Нет, – сказала Лиан. – Не сдала.
– И ты знала, что не сдам. – «Откуда-то знала». – В смысле увертюру вы мне выдали специфическую. Она же была сделана специально для меня.
– Да, для тебя, но мы не были уверены. А ты нас вынудила.
– И все же.
– Разумеется, шифр создали специально для тебя. Ты же моя подруга.
«Твоя подруга». Я подумала о Единороге. О серебряном гремлине. Об этом самом лесе, тысячелетия назад.
«Никудышная из меня подруга.
Может, в этот раз получится лучше».
Я попыталась снова:
– И как конкретно ты собираешься это сделать?
– Просто смотри.
– А все остальные получат те же места около арены? Ты хочешь пробудить тридцать тысяч человек…
– Двадцать семь.
– …одного за другим, втихую протащить их сюда, рассказать о плане? А мы все получим голос?
– На это уйдет вечность. А мы и так слишком долго ждали.
– Значит, ты приняла решение за всех. Единогласно.
– Я не совсем одна.
– Тут даже кворума не наберется. А если и наберется… мы же одно племя, Лиан. Из шести сотен.
– Кто-то должен принять решение.
– И чем тогда ты… чем тогда мы лучше Шимпа?