Но, судя по всему, младший брат губернатора и так, кажется, уже всё знает, иначе не устроил бы тот провокационный допрос в присутствии самого начальника уезда, после которого Бано Сабуро отправил свою приёмную дочь под домашний арест. Да и в этом разговоре он недвусмысленно намекал на то, что ему известно об их отношениях.
Значит, ей уже нечего терять и можно попробовать сбить спесь с самовлюблённого мажора, оставив последнее слово за собой. Мелочь, а приятно, особенно после унижений со стороны госпожи Амадо Сабуро.
- Допустим, господин Нобуро, - медленно заговорила она. - Ту служанку действительно убили по приказу господина Хваро, и вы действительно сможете это доказать. Чем ему грозит такое разоблачение?
- Как господин, он имел полное право наказать свою нерадивую служанку, - тут же ответил бывший чиновник по особым поручениям. - Но не убивать её! За подобное полагается очень крупный штраф. А вот за убийство носильщика, который не имел к нему никакого отношения, господина Хваро могут лишить права занимать государственную должность... Или даже посадить в тюрьму! Но самое главное - эти проступки лягут несмываемым пятном не только на его репутацию, но и на честь всего рода! А для благородного мужа подобное наказание хуже смерти!
- Правда?! - с нескрываемой издёвкой вскинула брови Платина, чувствуя, как её охватывает странное возбуждение, чем-то напоминавшее кураж от удачного выступления на манеже. - Тогда ответьте, пожалуйста, благородный господин Нобуро, что должен сделать настоящий дворянин с изменницей и его любовником? Вы же не станете отрицать, что служанка предала господина Хваро?
- Не стану, - нехотя буркнул молодой человек, проигнорировав первую часть вопроса.
- В таком случае, - торжествующе усмехнулась Платина. - Так ли уж сильно пострадает репутация барона?
Собеседник насупился, словно обиженный ребёнок. Видимо, он рассчитывал, что приёмная дочь бывшего начальника уезда начнёт отрицать саму возможность участия господина Хваро в убийстве, а то и, испугавшись, закатит истерику. Однако Ия не сделала ему такого подарка, и от этого губернаторский братец казался разочарованным.
Она прекрасно понимала, что сосед по пещере злится, но уже не могла остановиться и задала ещё один ехидный вопрос:
- А что будет с бароном, если станет известно, что он оклеветал чиновника восьмого ранга?
И не дождавшись ответа, предположила:
- Вряд ли он отделается штрафом или запретом занимать государственные должности?
Молодой человек молчал.
Платина победно усмехнулась.
- Так какой ему смысл в этом участвовать, господин Нобуро?
- Не к лицу молодой девушке так рассуждать, госпожа Сабуро, - наконец недовольно проворчал тот. - Но в главном вы правы. Дело не в убийстве тех ничтожных простолюдинов. Господин Хваро, которого вы так защищаете, испугался не этого, а того, что я смогу доказать его связь с нападением на свадебный караван дочери рыцаря Канако! Мне уже известно, кто помогал ему нанимать бродяг в Тодаё. Это господин Роко Сэгаво. Я как раз собирался ехать в Тодаё, когда меня арестовали.
- А в чём обвинили вас? - Платина постаралась, чтобы в её голосе прозвучало участие.
- В том же, в чём и вашего приёмного отца, госпожа Сабуро, - вздохнул младший брат губернатора. - В государственной измене. В моей комнате в гостинице тоже нашли поддельное письмо от каких-то заговорщиков.
- И его тоже подкинул господин Андо? - несмотря на все усилия, Ия не смогла удержаться от лёгкой издёвки.
Но собеседник то ли не заметил иронии, то ли решил её проигнорировать.
- Нет, госпожа Сабуро, - в темноте раздался ещё один тяжёлый вздох. - Но я знаю, кто это сделал. Точнее знает мой слуга, но, к сожалению, только в лицо, потому что негодяй назвался ему чужим именем. Он напоил Кубваня, с его помощью попал в мою комнату и спрятал письмо среди вещей.
- Вот мерзавец! - бывший чиновник по особым поручениям грохнул кулаком по столу, так что посуда жалобно зазвенела, а светильник едва не погас. - Он же был почти у меня в руках! Я уверен, что ему тоже заплатил Хваро!
Опасаясь, что если она начнёт с ним спорить или вновь попытается подтрунивать, то нервный мажор окончательно разозлится, но всё же желая выяснить как можно больше подробностей, девушка попыталась говорить с сочувствием:
- Простите, господин Нобуро, но... какие у вас есть основания считать, что в ваших несчастьях виноват именно господин Хваро? Возможно... Только прошу вас не обижайтесь...
- Хорошо, - усмехнулся собеседник. - Не буду.
- Быть может, вы к нему слишком... пристрастны?
Молодой человек презрительно фыркнул.
- Я, госпожа Сабуро, совершенно беспристрастен, как подобает благородному человеку и государственному служащему. В другое время я бы даже не стал вам ничего доказывать. Но Вечное небо распорядилось так, что мы вдвоём застряли в этой пещере, где совершенно нечего делать. Поэтому я, так и быть, всё вам объясню.
- Сделайте милость, господин Нобуро, - с трудом сдерживая рвущуюся наружу иронию, склонила голову Платина.
Подавшись вперёд, так чтобы его лицо стало различимо в тусклом свете крошечного огонька, тот торжественно заговорил:
- После того как Сын неба, да продлится его жизнь десять тысяч раз по десять тысяч лет, издал указ о "стене мечей", чтобы защитить империю от петсоры, среди столичных учёных нашлись негодяи, осмелившиеся обвинять государя в пренебрежении жизнями подданных, оставшихся на поражённых болезнью землях. Предводителем их стал некий Кайтсуо Дзако. Как потом выяснилось, они с братом создали тайное общество, чтобы свергнуть Сына неба!
Оратор замолчал, явно наслаждаясь своим красноречием и, видимо, ожидая каких-то вопросов.
Несмотря на то, что он не мог её видеть в темноте, Ия всё же смогла удержаться от усмешки, слушая эту пафосную речь. Насколько она помнила, Хваро описывал те события несколько по-другому.
Не желая однако разочаровывать младшего брата губернатора, девушка осторожно поинтересовалась:
- Это, конечно, очень интересно, но, господин Нобуро, причём тут вы и мой приёмный отец?
- При том, госпожа Сабуро, что и меня и вашего приёмного отца обвинили как раз в связи с тем самым тайным обществом, - охотно и даже не без удовольствия пояснил бывший чиновник по особым поручениям.
- Вот оно что, - задумчиво протянула Платина.
- А кто в вашем уезда лучше всего знал, что творилось в столице после объявления указа о создании "стены мечей"? - с нескрываемым торжеством вскричал собеседник и сам же себе ответил: - Барон Тоишо Хваро!
- Господин Нобуро, с тех пор, как открыли дороги через Букасо, проехало очень много людей, - рискнула напомнить Ия. - Среди них могли быть и те, кто знал историю о тайном обществе.
- Но ни у кого из них нет нужды клеветать на меня и на вашего приёмного отца! - огрызнулся молодой дворянин. - А господину Хваро это было просто необходимо! Он знал, что вернувшись из Тодаё, я мог арестовать его за организацию нападения на свадебный караван дочери рыцаря Канако!
- Даже если с вашей стороны господину Хваро и грозила какая-то опасность, - уловив в голосе мажора истерические нотки, девушка спорить с ним не стала, но всё же попыталась воззвать к здравому смыслу. - Но зачем ему понадобилось клеветать на моего господина Сабуро?
Однако невольный сосед по пещере оказался на редкость упорным в своих заблуждениях и, не раздумывая ни секунды, выпалил:
- Потому что он был в курсе моего расследования! Господин Сабуро знал, что Мукано по приказу Хваро убил его служанку и её любовника! Я сообщил ему, что собираюсь съездить в Тодаё и допросить господина Сэгаво! Хваро испугался, что его тёмные делишки станут достоянием гласности и решил покончить с нами обоими!
Пришелице из иного мира хотелось сказать, что все его рассуждения - это обычное "натягивание совы на глобус", полный бред, ну или, в лучшем случае, слишком неправдоподобная версия событий.
К счастью, она вовремя вспомнила где-то прочитанную или услышанную фразу: "никогда не спорьте с сумасшедшими", поэтому оставила своё мнение при себе и осторожно пробормотала:
- Но вы же сами сказали, что господин Хваро куда-то уехал. Как он мог...
- Я говорил, что ему помогал Джуо Андо! - рявкнул младший брат губернатора, так что у неё даже в ушах зазвенело. - Вы что, госпожа Сабуро, совсем меня не слушали?!
- Простите, господин Нобуро, - невольно вздрогнув, Платина попыталась неуклюже оправдаться. - Всё это так неожиданно... Я просто растерялась... Вы же знаете, мы женщины так не собраны...
- Да уж, - остывая, пробормотал бывший чиновник по особым поручениям. - Запомните, госпожа Сабуро, это Джуо Андо спрятал в канцелярии книгу смутьяна Дзако, его возмутительное воззвание и поддельное письмо заговорщиков.
- Простите, господин Нобуро, - Ия тоже попробовала не сдаваться. - Наверное, я вновь вызову ваше негодование, но господин Андо - тихий пьяница, не способный на такой рискованный поступок. Я же его знаю.
Реакция собеседника на её слова оказалась совершенно неожиданной. Он громко, заливисто расхохотался, да так, что аж слёзы на глазах выступили.
Ничего не понимая, девушка только растерянно хлопала ресницами.
- Госпожа Сабуро, - немного успокоившись, выдавил из себя молодой человек. - Вы совсем не знаете господина Андо. Да будет вам известно, это господин Андо и его матушка написали ту жалобу на вашего приёмного отца, обвинив его в том, что он собирается принять в семью дикарку из какого-то варварского племени!
Платина замерла, не веря собственным ушам. Неужели эта милая, хотя и несколько взбалмошная старушка, обучавшая её этикету и всему тому, что должна знать благородная девица, оказалась настолько лживой и двуличной?
Донести на того, кто держит на службе её сына - алкоголика, да ещё и использовать для этого несчастную, потерявшую память девчонку, которая не сделала ей ничего плохого?
У Ии это настолько не укладывалось в голове, что даже дыхание перехватило.