Риалто резко позвал:
– Пуирас!
Слуга нехотя оглянулся.
– Что еще?
– Ты, кажется, выпил слишком много. Да ты просто пьян!
Пуирас нагло усмехнулся и заявил:
– Вы чрезвычайно проницательны и очень точно выражаетесь. Никак не могу возразить на ваше замечание.
Риалто ответил:
– В моем доме нет места безответственным людям или алкоголикам. С этого момента можешь считать себя уволенным.
– Вы этого не сделаете! – выкрикнул Пуирас хриплым голосом, сопровождая свои слова пьяной отрыжкой.– Мне сказали, что здесь отличное место, и я получу работу, если буду воровать не больше старика Фанка и расточать вам комплименты. И что же? Сегодня я очень скромно запустил руку в вашу казну, и вы не услышали от меня ни одного бранного слова. Так где же оно – это отличное место? И какое отличное место может быть, если не имеешь возможности прогуляться в деревню?
– Пуирас, ты невероятно пьян и являешь собой отвратительное зрелище,
– заявил Риалто.
– Не стоит комплиментов! Не можем же мы все быть магами и добывать себе модную одежду щелчком пальцев! – проревел Пуирас.
Возмущенный Риалто вскочил на ноги.
– Довольно! Иди в свою комнату, пока я не наслал на тебя ураган!
– Именно это я и собирался сделать, когда вы позвали меня обратно, – угрюмо ответил слуга.
Риалто решил, что дальнейшие препирательства ниже его достоинства. Пуирас удалился, что-то бормоча себе под нос.
Глава шестая
Прекрасный летающий дворец Вермулиана со всеми его лоджиями, садами и вестибюлем представлял собой восьмиугольник протяженностью около трех акров. Все это великолепие парило над землей. В плане дворец выглядел подобно пятиугольной звезде с кристальными спиралевидными башнями на каждом окончании. В центре располагалась башня повыше, где находились личные апартаменты Вермулиана. Мраморная балюстрада окружала небольшой внутренний павильончик. В центре павильона бил великолепный фонтан, возле которого росли лимоны с серебряными соцветиями и плодами. Справа и слева от павильона располагались квадраты садов; земля позади была засажена травами и салатами для домашней кухни.
Гостям Вермулиана отводились комнаты в крыльях дворца; под центральной башней располагались разнообразные салоны, комнаты для проведения утренних и полуденных часов, библиотека, музыкальная гостиная, столовая и большая комната отдыха.
Спустя час после восхода солнца начали прибывать гости Вермулиана. Первым появился Гилгэд, последним – Айделфонс. Вермулиан, уже успокоившийся после вчерашнего бурного обсуждения, приветствовал каждого мага со скрупулезно отмеренным количеством радушия. Ознакомившись со своими комнатами, гости собрались в большом салоне. Вермулиан обратился ко всем присутствующим:
– Для меня огромное удовольствие принимать у себя столь достойную компанию! Наша цель: спасти героя Морреона! Все собравшиеся отличаются умом и мудростью, но все ли понимают, что нам предстоит очень долгое путешествие? – Вермулиан переводил бесстрастный взгляд с одного лица на другое.– Все ли готовы к скуке, неудобствам и опасности? Те, кто готов, могут рискнуть. Те же, кто охотится за камнями Иона, имеют последнюю возможность вернуться к себе домой, во дворец, пещеру, гнездо. Есть желающие? Нет? Тогда мы отправляемся.
Вермулиан кивнул задумавшимся над предстоящим путешествием гостям и поднялся в особый бельведер, откуда наложил на дворец Заклятье Плавучести. Дворец начал двигаться в воздухе, словно остроконечное облако. Вермулиан сверился с Небесным Альманахом и отметил несколько символов. Отобранные символы маг начертил на диске штурвала и запустил его. Начертанные символы автоматически направляли дворец в нужную точку Вселенной. Вермулиан зажег тонкую свечку и поставил ее в своеобразную кадильницу. Дворец поплыл в воздухе, оставив позади старушку Землю и гревшее ее солнце.
Риалто стоял возле мраморной балюстрады. Айделфонс вскоре присоединился к нему. Оба мага наблюдали за тем, как родная планета становилась едва различимой точкой. Айделфонс меланхолично произнес:
– Когда предпринимаешь столь длительное путешествие, окончание которого скрыто в неизвестности, в голову начинают приходить странные мысли. Надеюсь, ты оставил дела в порядке?
– Хозяйство еще не восстановлено. Пуирас оказался закоренелым пьяницей; напившись, он совершенно забывает о своих обязанностях и правилах хорошего тона. Этим утром я понизил его в должность Минускула, – мрачно ответил Риалто.
Айделфонс безучастно кивнул.
– Я опасаюсь размолвок среди наших коллег, хотя сейчас они настроены довольно дружелюбно.
– Ты хочешь сказать, что могут возникнуть распри из-за камней Иона?
– осторожно предположил Риалто.
– Да. Как правильно выразился Вермулиан, наша задача – спасти Морреона. Камни Иона лишь будут отвлекать нас от главного. Если мы все же отыщем камни, то наверняка начнутся споры, и Гилгэд заявит, что они по праву должны принадлежать именно ему.
– Да уж, Гилгэд-то своего не упустит. Но как инициатор путешествия Вермулиан должен получить свою долю, – заметил Риалто.
– Само собой.
В этот момент Вермулиан спустился в павильон, где к нему подошел Мун Философ, Хуртианкц и другие. Мун задал интересующий всех вопрос о дальнейшей судьбе членов ассоциации.
– Проблема завершения нашего путешествия становится все более важной. Вермулиан, откуда ты знаешь, что именно это направление приведет нас к Морреону?
– Хороший вопрос. Чтобы ответить вам, я процитирую внутреннее правило Вселенной. Мы можем выбрать любое направление, которое покажется удобным, и оно приведет нас к тому же самому месту – концу Вселенной, – сказал Вермулиан.
– Любопытно! В таком случае мы неизбежно наткнемся на Морреона. Что ж, перспектива обнадеживающая! – заявил Зилифант.
Гилгэд казался неудовлетворенным.
– А что со «сверкающими полями» камней Иона? Где они находятся? – спросил он.
– Поиск полей – вторичная, а то и третичная задача. Сейчас надо думать лишь о герое Морреоне, – напомнил ему Айделфонс.
– Твоя решительность запоздала на несколько зонов. Морре-он уже давно сгорает от нетерпения, – ядовито заметил Гилгэд.
– Обстоятельства помешали нам заняться его спасением раньше. Я уверен, Морреон поймет нас, – нахмурив брови, раздраженно ответил Айделфонс.
Зилифант заметил:
– Поведение Ксексамеда не перестает удивлять меня! Как демон и ренегат, он не имеет никаких видимых причин помогать Морреону, нам или своим бывшим друзьям демонам.
– Думаю, вскоре мы узнаем разгадку, – произнес Херард Вестник.
Глава седьмая
Путешествие продолжалось. Дворец проплывал мимо звезд, туч раскаленного газа, через темные просторы Вселенной. Маги медитировали в беседках, обменивались мнениями в салонах за бокалами отличного ликера, дремали на мраморных скамьях в павильоне, выходили на балюстраду полюбоваться на все новые и новые галактики. Завтраки подавались каждому в его собственные покои, ланч обычно устраивался в павильоне, а роскошные обеды проводились очень торжественно и продолжались до глубокой ночи.
Чтобы оживить вечеринки, Вермулиан переносил в зал самых очаровательных, умных и красивых женщин из разных эонов, каждую в наряде своей эпохи. Женщины находили чужеземный дворец не менее удивительным, чем факт своего присутствия в нем. Некоторые думали, что видят его во сне, другие считали себя умершими, и лишь немногие наиболее умные дамы догадывались о реальном положении вещей. Чтобы облегчить процесс общения, Вермулиан вызвал заклинание, благодаря которому женщины могли говорить на языке Двадцать Первого Эона, и вечера во дворце проходили весьма оживленно. Риалто почти влюбился в Мерсею из страны Миф, давным-давно покоящуюся под толщами воды Шанского океана. Хрупкая брюнетка Мерсея обладала удивительным шармом, ее серьезное бледное лицо хранило выражение величественного спокойствия, и невозможно было догадаться, о чем она думает. Риалто призвал на помощь всю свою галантность и обаяние, но не добился взаимности. Девушка молча смотрела на него без всякого интереса. В итоге Риалто подумал, что она либо глупа, либо еще более утонченная особа, чем он сам. Тем не менее провал на любовном фронте огорчил мага, и он очень расстроился, когда Вермулиан вернул женщин в свои эпохи.
Дворец плыл сквозь тучи звездной пыли, яркие галактики и извилистые звездные течения; через миры, где звезды издавали фиолетовое свечение, окутанные клубами бледно-зеленого газа; через темные уголки Вселенной, где виднелись одни лишь светящиеся тучи пыли. Наконец маги прибыли в новый район, где сверкающие белые звезды устремлялись в воронки розового, голубого и белого газа, и члены ассоциации высыпали к балюстраде, чтобы насладиться необыкновенным зрелищем.
Затем звезды стали уменьшаться, их стремительные течения остались позади. Пространство вокруг сделалось темнее и плотнее. Наконец настало время, когда все звезды исчезли из вида, и впереди лежала лишь пустота. Вермулиан сделал важное заявление:
– Мы уже близки к краю Вселенной! Теперь следует двигаться очень осторожно. Впереди лежит «Ничто».
– Где же тогда Морреон? Уж конечно, его не может быть в такой тьме,
– заметил Хуртианкц.
– Вокруг нас не просто тьма. Здесь, там, повсюду находятся мертвые звезды. По сути дела, мы пересекаем «помойку» Вселенной, где угасшие звезды ожидают своей окончательной участи; обратите внимание на отдаленную одинокую звезду, последнюю, оставшуюся во Вселенной. Нам следует двигаться осторожно, ибо впереди находится «Ничто», – произнес Вермулиан.
– Но «Ничто» пока неразличимо, – заметил Эо Хозяин Опалов.
– Смотри внимательнее! Видишь вон ту темную стену? Это и есть «Ничто», – отозвался Вермулиан.
– Тогда встает вопрос: где находится Морреон? Во дворце Айделфонса, когда мы строили планы путешествия, конец Вселенной казался определенной точкой. А теперь, когда мы добрались до него, перед нами огромные пространства, – заявил Пэргастин.