и провинций подбирались с особой тщательностью, хотя управление финансовыми делами в провинциях и на местах, которое иногда выходило из-под контроля, иногда поручалось таким специально назначенным администраторам, как Секст Квинтилий Валерий Максим в Греции и Плиний Младший в Вифинии. Служебные письма Плиния, адресованные Траяну, и ответы на них свидетельствуют о заботе императора о благосостоянии жителей провинций, которая уживалась в нем с подозрительностью и тревогой по поводу собственной безопасности и стремлением по-отечески помочь так называемым самоуправляемым городам. В одном из таких писем Плиний спрашивал, как относиться к секте христиан. «Не следует их затравливать, — отвечал Траян. — Всякий, кто обвинен и осужден на изгнание, если он говорит, что не является христианином, и подтверждает это своим поведением — а именно почитанием наших богов, — тогда, какое бы подозрение он ни навлек на себя в прошлом, он заслуживает прощения своим раскаянием». Этот ответ, смягчающий отвратительную жестокость наказания, показывает, что Траян стремился скорее снизить накал, а не обострить отношения в обществе.
Во времена его царствования постоянно расширялись общественные строительные работы, в том числе и замечательной сети дорог и мостов по всей Империи. Основанная им в 100 г. в Тамугади (в Нумидии) колония для бывших солдат, представлявшая собой укрепленный лагерь с домом сената, базиликой и форумом и находившаяся на пересечении двух дорог провинции, сохранилась лучше всех римских поселений в Африке. В Италии внушительный акведук Траяна, последний в системе столичных водопроводов, существенно улучшил снабжение жителей города водой. Питаясь от источников близ озера Сабатин и протянувшись до Яникульского холма в черте города, этот водопровод направлял воду на крупные мельницы, затем поставлял ее на другой берег реки и заканчивался, как указывали писатели древности, у холма Эсквилин.
На Эсквилине же находились бани Траяна, воздвигнутые возле главного жилого крыла Золотого дворца Нерона и открытые в 109 г. за два дня до введения в действие акведука Траяна. И хотя ныне от бань почти ничего не осталось, можно приблизительно восстановить их план. Ясно, что эта просторная постройка превосходила размерами все виденное прежде и стала первой из крупных городских терм, которых было всего одиннадцать. Центром термы Траяна являлось собственно банное помещение с регулируемой температурой воздуха и воды, которое было втрое больше расположенных неподалеку бань Тита. Огромный главный зал с крестообразным сводом окружала огороженная территория для проведения культурных мероприятий общественного центра. Это массивное, соответствовавшее требованиям того времени сложнейшее утилитарное и монументальное здание стало плодом труда императорского архитектора Аполлодора из Дамаска, мастера по возведению сооружений, скрепленных бетоном, использование которого делало возможным создание устремленных ввысь арок, апсид и сводов высокой прочности.
Аполлодор спроектировал также Форум Траяна — последний, самый сложный и самый замечательный в ряду подобных, возведенных императорами в дополнение к первому Римскому Форуму. Он был почти прямоугольным в плане (приблизительно 166 на 109 метров), и для его возведения потребовалось срыть почти до основания часть холма Квиринал. В комплекс Форума Траяна входили греческая и латинская библиотеки, которые, как и большая часть сооружения, утрачены навсегда. Колонна же, возведенная между библиотеками в честь победы над Дакией, тем не менее сохранилась. Рядом располагалось украшенное величественными апсидами и колоннадами здание Ульпиевой базилики; многочисленные колонны высились на открытом пространстве обращенного к северу и югу боковыми полукруглыми нишами Форума; в нем свободно стояла огромная конная статуя самого императора.
К изогнутой северной нише примыкал рынок Траяна, ряды которого поднимались тремя террасами вверх по склону холма и состояли более чем из ста пятидесяти лавок. Эти торговые ряды были построены из бетона, облицованного прочным, обожженным, жаропрочным кирпичом: его стали применять в качестве внешней декоративной отделки зданий вместо мраморной или каменной облицовки. Центральное место в окружавшем Форум комплексе занимал торговый зал, представлявший собой простую прямоугольную крытую площадь длиной двадцать пять с половиной и шириной девять метров.
Многочисленные лозунги, отчеканенные на монетах Траяна, и написанные Плинием Младшим панегирики отражали желание императора быть слугой и благодетелем человечества, посланником неба на земле. Он старался править не как господин, а как принцепс, определение целей которого дал император Август. Это понятие соответствовало особому званию императора — «Optimus» («лучший») и напоминало имя самого Юпитера, которого называли Optimus Maximus (т. е. «наилучший»). Это звание было начертано на великом множестве монет, выпущенных после 103 г. Военная политика императора в конечном итоге полностью оправдала самые смелые надежды; сенаторы более поздних времен, вручая бразды правления новому императору, желали ему «быть счастливее Августа и лучше Траяна» (felicior Augusto, melior Traiano). В самом деле, Евтропий, который писал об этом времени, пояснил, что ставит Траяна даже выше Августа, особенно почитая его за уважение исключительных прав и привилегий сената. Другой историк, Флор, называл его царствование чудом римского возрождения.
Траяна отличал высокий рост и хорошее сложение, его лицу было свойственно сосредоточенное выражение собственного достоинства, усиленное преждевременной сединой. Дион Кассий заявлял:
«Он выделялся среди всех справедливостью, храбростью и непритязательностью привычек… Он никому не завидовал и никого не убивал, но уважал и возвышал всех достойных людей без исключения, не испытывая к ним ненависти или страха. На клеветников он не обращал внимания и не давал воли своему гневу. Ему было чуждо корыстолюбие, и он не совершал неправедных убийств. Он расходовал огромные средства как на войны, так и на мирные работы, и сделав очень много крайне необходимого по восстановлению дорог, гаваней н общественных зданий, он не пролил ничьей крови в этих предприятиях… Он был рядом с людьми не только на охоте и пирах, но и в их трудах и намерениях… Он любил запросто входить в дома горожан, порою без стражи. Ему недоставало образования в строгом смысле этого слова, но по сути он многое знал и умел. Я знаю, конечно, о его пристрастиях к мальчикам и вину. Но если бы вследствие своих слабостей он совершал низменные или безнравственные поступки, это вызвало бы широкое осуждение. Однако известно, что он пил, сколько хотел, но при этом сохранял ясность рассудив, а в отношениях с мальчиками никому не нанес вреда».
Траян и его семья служили примером возвышения представителей правящих классов из провинций. Его супруга, Помпея Плотина, целомудренная и достойная женщина, которая приходилась ему родственницей и стоически ухаживала за ним на смертном одре, была родом из городка Немаус в Южной Галлии (романизированного, как и его родной город в Испании и многие другие). Плотина и сестра императора, Ульпия Марциана, были удостоены титула Августы в 105 г., когда Марциана в том же году умерла, ее причислили к лику богов, а ее дочь Матидия (умерла в 119 г.) унаследовала от нее этот титул. Обожествлен был также и отец Траяна.
АДРИАН
Адриан (Публий Элий Адриан) (117–138 гг.) родился в 76 г., по-видимому, в Риме, хотя семья его постоянно проживала в городке Италика в Бетике, куда ее предки переселились из Пицена, что на северо-востоке Италии. Он был сыном Публия Элия Адриана Афра (что означает «Африканский» — это, по-видимому, звание за успешную службу в Мавретании) и Домиции Паулины из Гадеса. Отец его отца, член сената, был женат на Ульпии, приходившейся теткой императору Траяну.
После смерти отца в 85 г. Адриана препоручили заботам двух опекунов: Публия Ацилия Аттиана и самого будущего императора Траяна, для которого он стал утешением в бездетности.
Избрав военную стезю, он был военным трибуном (tribunus militum) в легионах, расположенных в Нижней Паннонии, Нижней Мезии и Верхней Германии. Затем, вслед за вступлением Траяна на престол, сопровождал его в Рим, где в 100 г. женился на Вибии Сабине, дочери племянницы Траяна, Матидии Августы. Затем он служил квестором, офицером штаба, командиром легиона и претором во время Первой и Второй Дакских войн, впоследствии стал наместником Нижней Паннонии, а в 108 г. был избран консулом. Его назначили наместником Сирии в годы Парфянской войны, развернувшейся в следующем десятилетии, а в 117 г. уже было принято решение о вторичном избрании его консулом на следующий годичный срок.
Траян умер в Силене 8 августа; 9 августа в Антиохии было объявлено об усыновлении им Адриана и передаче последнему прав наследования трона, о смерти же Траяна не сообщалось до 11 августа. Его вдова, Помпея Плотина, подтвердила факт усыновления, но возникли большие сомнения в том, успел ли на самом деле осуществить его умирающий император. Эго нашло отражение в надписях на монетах, выпущенных сразу после описанных событий, на которых Адриану присваивался титул Цезаря, но не Августа (HADRIANO TRAIANO CAESARI). Имел место на самом деле факт усыновления или нет, армия признала Адриана императором, и сенату (хотя некоторые из его членов считали себя более достойными высших полномочий) пришлось с этим смириться.
Адриан обратился к сенаторам с почтительной предупредительностью, пообещав никогда не применять по отношению к ним смертной казни и испросив их согласия на обожествление своего предшественника. Однако затем он стал действовать самостоятельно, проводя на Востоке военную политику, отличавшуюся от политики Траяна. По убеждению Адриана, недавние широко распространившиеся беспорядки в Месопотамии показали, что агрессивные намерения его предшественников превышали возможности финансовых и людских ресурсов Империи. Поэтому он решительно отказался от захватнических амбиций Траяна, вновь провозгласив эти территории провинциями Империи (то есть они оставались в подчинении у Рима), но оставив их в руках местных зависимых царей. Затем он уделил внимание северным пределам Империи, где одолел племена роксоланов и сарматов, относившихся к иранской группе народов, закрепил покорение Дакии Траяном, которую разделил на две, а позже — на три провинции.