до тех пор, пока указом Каракаллы большей части жителей империи не было предоставлено гражданство. Следовательно, порядок комплектования флота во многом походил на то, как это осуществлялось во вспомогательных войсках. Но было одно существенное отличие: уроженцев Египта, которых запрещено было принимать во вспомогательные когорты, принимали в состав итальянского флота. С другой стороны, дорога в Александрийскую эскадру все еще оставалась для них закрыта[30].
На флоте был установлен срок службы 26 лет. В те же времена для вспомогательных войск он составлял 25 лет, а для легионеров — 20 лет. Согласно дошедшим до нас документам, в период со 152 по 217 г. некоторое время срок службы во флоте продлевался до 28 лет[31].
Все эти факты означают, что служба во флоте была менее престижной и менее привлекательной, чем служба во вспомогательных войсках, но незначительно. Таким образом, можно полагать, что размеры жалованья моряков были равны или несколько ниже платы, которую получали солдаты вспомогательных войск. Как говорилось выше, жалованье во вспомогательной пехоте в период правления Домициана и Септимия Севера составляло 100 денариев. Как предполагает Старр, «моряки, скорее всего, зарабатывали столько же, сколько и солдаты пехотных когорт вспомогательных войск». В качестве второго варианта можно предположить, что выдаваемые матросу-новобранцу в качестве дорожных денег 75 денариев или три золотых монеты соответствовали его годовому жалованью. Но к последнему соображению можно привести два контрдовода: во-первых, размер дорожных денег был неизменным и одинаковым для всех новобранцев, независимо от того, к какому роду войск они принадлежат. Во-вторых, 100 денариев, которые составляли годовую плату солдату вспомогательных войск, превратились в эту сумму после того, как Домициан ввел дополнительную четвертую выплату, увеличив жалованье солдат. До этого эта сумма должна была составлять 75 денариев. Скорее всего, прибавка к жалованью касалась всех военнослужащих Рима. И если после прибавки моряки стали получать по 75 денариев в год, будет логично предположить, что прежде их размер их платы составлял 56½ денария в год. Такая дробная цифра является абсурдной. Следовательно, вывод Старра относительно того, что базовая оплата службы моряка совпадала с базовым жалованьем во вспомогательных войсках, является верным. А порядок оплаты службы моряков был аналогичен тому, как это осуществлялось в пехотных когортах вспомогательных войск.
Вычеты из жалованья
Невозможно определить уровень жизни римского солдата, основываясь на одних лишь цифрах его доходов. Необходимо также знать, какими были его траты. Для этого в нашем распоряжении имеется два документа первостепенной важности. Первым является знаменитый отрывок из начала «Анналов», где Персений перечисляет жалобы легионеров: «Тело и душа оценены в 10 ассов в день. Отсюда мы должны платить за нашу одежду, оружие и палатки. Из этой же суммы мы должны также изыскать средства для того, чтобы смягчить жестокие сердца центурионов, иначе окажемся под бременем дополнительных тягот военной службы». В этом отрывке герой жалуется на два вида расходов: официальные вычеты на покупку оружия, одежды и палаток, а также неофициальные поборы алчных и корыстных центурионов. Второй вид расходов, конечно, в данной книге рассматриваться не будет. Несомненно, в любой армии временами возникает подобное. В данном случае причиной служит сочетание почти полностью непрофессионального офицерского состава с высоким профессионализмом солдат, вплоть до центурионов, что было характерно именно для римской армии того времени. К тому же по распоряжению императора Отона, который, естественно, не желал вызывать недовольство центурионов, все жалобы солдат рассматривались их командирами. Он же узаконил так называемые vacationes munerum, то есть поборы с солдат в обмен за послабления по службе. Как пишет Тацит, впоследствии это стало обычной практикой при всех императорах.
Второе свидетельство не имеет столь ярко выраженной эмоциональной окраски. Речь идет о так называемом женевском документе, датированном 81 г. н. э., третьим (и последним) годом правления императора Тита Флавия (39–81 гг., сын Веспасиана, в 70 г. взял и разрушил Иерусалим, в 73–79 гг. был соправителем отца. При Тите было закончено строительство огромного амфитеатра Флавиев — Колизея; в период правления Тита произошло извержение Везувия, уничтожившее Помпеи, Геркуланум и Стабии. — Ред.). Там изложены расходы двух римских солдат с подробным изложением многочисленных вычетов из жалованья, например за постель[32], питание, обувь и обмотки, полковые обеды, одежду, а также ad signa, что в различных источниках переводится либо как взнос на похоронные нужды, либо как оплата участия в ежегодной церемонии, посвященной штандарту легиона.
В данном документе интересно в первую очередь то, что из упомянутых Тацитом вычетов из жалованья за одежду, оружие и палатки в нем ясно и недвусмысленно упомянуты только расходы на одежду. В разные периоды и для разных лиц эти суммы не совпадают. Так, для Юлия Прокула приводятся цифры 60, 0 и 146 драхм, а для Валерия Германа — 100, 0 и 146 драхм.
Как известно, во времена Полибия из жалованья солдат вычитывали расходы на питание, одежду и замену оружия. Затем, при Гракхах, одежду стали предоставлять бесплатно в качестве компенсации за ретарификацию денария. При Цезаре одежда для военнослужащих снова стала платной. Питание и оружие, в отличие от одежды, всегда предоставлялось солдатам только за плату, за исключением редких случаев предоставления скидок. Например, после того, как в 65 г. н. э. был раскрыт заговор Пизона, в благодарность Нерон предоставил преторианской гвардии sine pretio frumentum, то есть бесплатное продовольствие. Поэтому было бы неверно, исходя из того, что Персений не жалуется на отсутствие еды, сделать вывод, что в то время она была для солдат бесплатной. Скорее всего, солдаты были недовольны не вычетами за питание, так как такое происходило всегда, а именно необходимостью оплачивать одежду. Ведь довольно долгое время, достаточное, чтобы к этому привыкнуть, одежда выдавалась бесплатно. На первый взгляд удивительным кажется отсутствие в женевском документе любых упоминаний о вычетах из солдатского жалованья за оружие. Это тем более странно, что об этой статье расходов упоминает Персений. Вообще является общеизвестным фактом, что вычеты за оружие производились все время существования республики. Не следует считать аргументом, который говорит сам за себя, то, что в документе, датированном 175 г. н. э., относящемся, скорее всего, к ветеранам-кавалеристам в Галлии, напротив одного имени из длинного списка указана сумма 103 денария в качестве оплаты за оружие. Сопоставив содержание двух документов, можно прийти к выводу, что расходы на оружие случались очень редко, так как при надлежащем уходе комплект оружия мог прослужить солдату всю жизнь, если только он не будет утерян в результате несчастного случая. Поскольку упомянутые в женевском документе два солдата не являлись новобранцами, так как они уже имели некоторый баланс под своими кредитами, но и не ветеранами, так как сумма баланса была не столь значительна, можно предположить, что купленное ими в начале службы оружие все еще было в хорошем состоянии.
Полковая сберегательная касса
Судя по тому, что в женевском документе отражен текущий баланс задолженности солдат, можно сделать вывод, что в армии существовала система сберегательных касс. Об этом пишет и Вегеций: «В старые времена существовала система сбережения средств. Из любой суммы вознаграждения, полученной солдатом, половина отдавалась на сохранение в его подразделение. Тем самым владелец избегал риска потерять деньги или растратить их на ненужные покупки». Кроме того, известно о существовании указа Домициана, запрещавшего хранение одним солдатом более тысячи сестерциев. Причиной издания такого указа послужило то, что во время восстания Сатурнина в 89 г. н. э. мятежники захватили накопления двух легионов, хранившиеся в объединенном лагере в районе Могонтиака (совр. Майнц), и этого оказалось достаточно на то, чтобы профинансировать восстание. В женевском документе отсутствуют какие бы то ни было данные, подтверждающие слова о том, что каждого солдата вынуждали сдавать половину заработка в кассу. Объяснение может быть очень простым: вероятно, они не успели прослужить в армии достаточно долго для того, чтобы получить денежное вознаграждение, например обоих призвали уже после восшествия на престол императора Тита, и они не успели получить положенного денежного поощрения, либо по какой-то причине эти деньги не были им выплачены. А может быть, это правило тогда еще не было принято[33].
И все же такой порядок подтверждается в другом документе, в берлинском папирусе № 6866, касающемся состояния финансов солдат пехотной когорты вспомогательных войск. У большинства солдат имеется по 100 денариев на депозите и 75 денариев в свободном обращении. Трое военнослужащих имели на депозите более значительные суммы: у некоего Пантарха там 195 денариев 8½ обола. У солдата из Антиполя там было 206 денариев, а у его товарища из Оксиринха — 187½ денария. Эти неровные суммы только подчеркивают одинаковые депозиты по 100 денариев, которыми владел каждый из солдат. Возможно, они получили денежное вознаграждение в честь воцарения Септимия Севера (193) или даже Песценния Нигера (в 193–194 г. провозглашен императором в восточных провинциях, в борьбе с Септимием Севером, убит), а может быть, сумма 100 денариев была в этой части обязательным вкладом на депозит?
Но вернемся к женевскому отчетному документу. Следует отметить, что ни один из солдат не получал денег, чтобы потратить их вне лагеря. Этот факт является важным для того, чтобы правильно трактовать этот отчет. Даже если предположить, что большинство потребностей солдат удовлетворялось внутри их части, невозможно поверить, что солдаты никогда не изъявляли желания развлечься вне расположения легиона и что они никогда не требовали денег на это. Где же они брали деньги на развлечения? Возможно, у них еще оставались значительные суммы с прошлого года, которые они прятали в казарме или другом тайном месте? Вряд ли. А может, они брали взятки или подарки у местного населения? Конечно, сомнительно, что такого не происходило вообще никогда. Однако невозможно, чтобы солдаты могли постоянно рассчитывать лишь на этот источник доходов. Им обязательно нужны были некоторые суммы на собственные нужды. Где же найти объяснение? В первую очередь стоит обратить внимание на то, что сумма каждой выплаты солдатам составляла 248 драхм. В тот период общепринятой единицей расчетов в Египте была тетрадрахма или монета достоинством 4 драхмы, которая приравнивалась к одному денарию. Это означает, что 248 драхм составляли 62 денария. А сумма каждой выплаты солдатам равнялась 75 денариев. Куда же девались по 13 денариев из каждой выплаты? Было принято считать, что 13 денариев просто-напросто исчезли в результате манипуляций властей с обменным курсом