– Три – ноль в мою пользу, мямля! – крикнул каштановый вихрь и резво вскочил на ноги, в то время как Габриэль плашмя лежал на земле, напоминая камбалу.
У меня непроизвольно открылся рот. Девушка убрала с лица каштановый локон и посмотрела на меня сияющими глазами. Мой рот приоткрылся еще немного. Девушка – а точнее женщина – выглядела так, будто сошла с бразильского подиума. Ее светло-коричневая, почти золотая кожа выглядела такой ровной и гладкой, будто после обработки в фоторедакторе. Сама девушка практически состояла из ног, больших глаз и коричневых локонов.
– Иди ты, Пейтон, это не считается, – простонал Габриэль.
Девушка – Пейтон? – только фыркнула и поставила одну ногу ему на спину, что выглядело так, будто она позирует для фотографии в Safari Daily.
– Еще как считается, Блейзон. Еще три очка, и мне принадлежит большая спальня в автобусе.
Габриэль бросил на нее мученический взгляд.
– Ты хочешь от меня чего-то конкретного или почему ты все еще стоишь на мне?
– Во-первых, мне нравится, когда мужчины ползают передо мной в пыли, а во-вторых, я просто рада, что нашла тебя. Прости, что не смогла быть там еще вчера, но с этого момента я целиком и полностью рядом с тобой, детка, – заявила она, отбрасывая назад свои кудри.
– Как мило… – отнюдь не восторженно пробормотал парень.
Пейтон наклонила голову и обратила внимание на меня.
– Габриель, милый мой, кто это? Не хочешь нас познакомить?
– Нет, – односложно буркнул он.
Пейтон фыркнула и протянула мне руку.
– Привет, я Пейтон. Ты подруга Габриэля?
– Приятно познакомиться, я Саммер, – ответила я, несколько ошарашенная, и пожала ей руку. – И нет, мы с ним не друзья.
– Пока нет, – глухо донеслось с пола.
Мы обе проигнорировали его, и я добавила:
– Я сестра Ксандера.
– Сестра Ксандера? – заинтересованно переспросила Пейтон, и ее брови взлетели вверх. Ее мимика выглядела завораживающе живой. Казалось, на ее лице все время что-то происходит. Подергивание хорошеньких бровей, изгиб губ или сияние в глазах. – Вы близнецы, не так ли? – полюбопытствовала она.
Я кивнула. Пейтон как бы невзначай сняла свою стройную ступню со спины Габриэля, смерив его сердитым взглядом.
– Скажи мне, ты, случайно, не та девушка, которая вчера залепила пощечину Габриэлю? Если так, я должна пригласить тебя на ужин. С тех пор, как я приехала, мне об этом рассказали десятки людей. Ты – легенда. – Она звонко, как колокольчик, рассмеялась, а я немного покраснела.
Парень закатил глаза.
– Ты раздражаешь, Пейтон, умолкни.
Она цыкнула на Габриэля и отвесила ему подзатыльник.
– Будь вежлив, Блейзон. Я собираюсь завести нового лучшего друга, а ты портишь настроение.
– Хм… – Я все еще была ошеломлена энергией, исходящей от Пейтон. Казалось, что я попала внутрь торнадо. Хорошего торнадо. – Я – легенда? – наконец повторила я единственное, что задержалось у меня в голове.
Пейтон хихикнула и бросила на Габриэля насмешливый взгляд.
– Все только и говорят об этом. Только никто не знает, что сделал Габриэль, чтобы получить пощечину. Слухи теперь включают в себя явно незаконные вещи.
Судя по всему, возмущенный, он скрестил руки на груди.
– Почему именно я должен быть тем, кто сделал что-то не так?
Пейтон закатила глаза.
– Ты сейчас серьезно?
Уголки рта Габриэля дернулись.
– Нет, – признался он.
Ребята посмотрели друг на друга и рассмеялись, словно маленькие дети. Я не смогла не рассмеяться вместе с ними.
– Как ты относишься к совместному завтраку, Саммер? – спросила Пейтон. – Тогда ты сможешь рассказать мне, что сделал мистер 2g4u, чтобы у меня был повод отвесить ему пощечину, если это необходимо.
– Как будто тебе для этого нужен повод, – фыркнул Габриэль, но в его глазах плясали искорки веселья.
Пейтон подняла брови.
– Разве ты не заслужил пощечины?
Габриэль посмотрел на меня, и его улыбка стала явно двусмысленной. Его серые глаза скользнули по моим губам, и я быстро поджала их, как будто таким образом могла защитить от дальнейших поцелуев.
– Определенно, но это того стоило, – почти промурлыкал парень.
Пейтон снова рассмеялась, и эти двое выжидающе посмотрели на меня. И только тогда я вспомнила о ее приглашении.
– Я с удовольствием позавтракаю с тобой. Вот только мы как раз собирались кое-что обсудить с Кельвином, – нерешительно произнесла я.
Ксандер тоже ничего не знал.
– Габриэль, конечно, может сделать это и в одиночку, – отмахнулась Пейтон. – Я умираю от голода и буду рада твоему обществу.
– Но я тоже голоден! – возразил Габриэль.
– Я принесу тебе что-нибудь. А теперь будь джентльменом и иди к Кельвину, – мягко приказала Пейтон, похлопав парня по заднице и вцепившись в меня. – Пойдем, моя прелестная Саммер. Не знаю, как ты, но я бы все отдала за несколько горячих вафель с Nutella.
13
Пейтон совершила то, что, по-моему, было невозможно. За пятнадцать минут она протащила меня через огромную площадку фестиваля, провела через толпу уже пьяных гостей, а затем протянула мне пиво и горячую вафлю из одного из киосков с едой без всяких панических атак с моей стороны. Она просто не дала мне времени. А еще не дала мне возможности объяснить, что я не пью пиво и не ем вафли. В выпечке в моей руке содержалось столько же калорий, сколько я съедала за неделю. А из-за шоколадного соуса мои пальцы за секунду стали липкими.
Пейтон также не удосужилась встать в очередь перед тележкой с вафлями. Она просто протиснулась между ожидающими и улыбнулась парню, который стоял за прилавком.
– Кстати, это Саммер, – познакомила меня Пейтон, забирая свою вафлю. – Саммер, это наш вафельный герой Тайлер. Он, кстати, может раздобыть и все остальное, что тебе необходимо или хочется. Или, по крайней мере, он знает человека, который может достать это… – Она усмехнулась своей грязной шуточке, в то время как я покраснела.
– Привет, Саммер. Мне кажется или я откуда-то тебя знаю? – поинтересовался Тайлер, который на самом деле выглядел довольно горячо. С волнистыми каштановыми волосами, он весело сверкал зелеными глазами в мою сторону. – Ты кажешься мне такой знакомой.
– Н-нет, я так не думаю.
– Жаль. Но вафля все равно за счет заведения. Друзья Пейтон – мои друзья, – сказал Тайлер.
– Спасибо, – улыбнулась я, искренне удивленная его дружелюбием.
Тайлер вздохнул.
– Она – просто сахарок.
– Я же говорила. Уже лизнула ее, – ответила Пейтон.
– Скорее всего, это сделал Габриэль, – вырвалось у меня. В ответ на что я получила заинтересованные взгляды обоих.
– Что он сделал? – с интересом спросил Тайлер.
– Ничего-ничего, – быстро проговорила я, позволяя Пейтон идти дальше. – Еще раз спасибо!
– Всегда пожалуйста, – заметил Тайлер и подмигнул мне.
Пейтон поцеловала его на прощание и потащила меня дальше по территории фестиваля. Сейчас людей было куда больше, если такое вообще возможно. Куда ни посмотри, всюду на глаза попадалась заваленная палатками, походными стульями и пивными ящиками лужайка. Вся территория представляла собой яркое, громкое и совершенно хаотичное смешение разных людей. Не будь я так занята обляпыванием себя сверху донизу шоколадным соусом, у меня случилась бы очередная паническая атака. Как бы то ни было, я последовала за Пейтон через поле к небольшому холму, где еще осталось немного свободной травы, чтобы мы смогли удобно расположиться на ней.
– Отличный сегодня день, не так ли? – произнесла моя новая знакомая и глубоко втянула воздух в легкие. Солнце падало на ее золотистое лицо и подсвечивало локоны медным светом. – Похож на день, полный безграничных возможностей, – размышляла она вслух, кусая вафлю.
Я тихо рассмеялась и посмотрела на свою. Если я съем эту штуку, мне придется голодать две недели. А может, и все три.
– Что такое? Ты так странно выглядишь. Я сказала что-то смешное? – с набитым ртом поинтересовалась Пейтон.
Я покачала головой и скрестила ноги.
– Да нет, просто сегодня нечто подобное сказал Габриэль. Вы очень близки, не так ли?
Близки… насколько близки?
– Да, мы знаем друг друга с детского сада, – пробормотала Пейтон в свою вафлю, от которой осталось уже меньше половины.
Я нерешительно укусила свою и тут же испытала сахарный шок.
– О господи боже, – выдавила я, заставив девушку рассмеяться.
– Не волнуйся, после трех укусов твои вкусовые рецепторы к этому привыкнут. Прежде чем осознаешь, ты полюбишь вафельные бомбы Тайлера, – заявила она и продолжила есть с таким аппетитом, что я тоже вонзила зубы в мягкое тесто. Обилие шоколада едва не склеило мне рот, но в мгновение ока его на мне стало больше, чем во мне.
Пейтон выглядела не лучше.
– Что именно ты делаешь здесь, на «Зажигай»? Сопровождаешь Габриэля? – спросила я с таким набитым ртом, что у меня едва оставалось место, чтобы дышать.
Пейтон проглотила последний кусок и начала слизывать шоколад с пальцев.
– И да, и нет. Я отвечаю за хореографию в нескольких постановках. Включая одну для Габриэля в Лос-Анджелесе. Тот факт, что мы тоже путешествуем вместе, связан с тем, что Кельвин так запланировал. Он провел с Габриэлем достаточно много времени, чтобы понять, что я единственная, кто может выдержать его в автобусе целых три недели. – Она пожала плечами и с переменным успехом начала стирать шоколад со своих щек и подбородка.
Я подняла кружку с напитком и впервые испытала благодарность, что у пива которым запивала сахар, терпкий аромат.
– Скажи, обалденное сочетание? – со знанием дела осведомилась Пейтон, и я не могла не согласиться.
Никогда еще пиво не казалось мне таким приятным на вкус, тем не менее уже через несколько глотков я заметила, как алкоголь ударил мне в голову. Следовало быть более осторожной, если я не хотела, чтобы меня вырвало в автобусе. После выступления Ксандера сегодня вечером мы отправимся в Орландо. На дорогу нам потребуются целые сутки, поэтому я была благодарна, что большую часть времени мы будем спать. Мысль о предстоящем путешествии заставила желудок покалывать от предвкушения и нервозности. А с Пейтон, казалось, все стало гораздо лучше.