– Ванна тоже все, – сказал Аркадий, вернувшись в кабинет.
– Вы очень проворны, я предлагаю вам тоже остаться здесь, – тоном, не терпящим возражений, сказала Марго. – Значит, так, трансляцию со всех камер выведете на свой смартфон и на смартфон того, кто так стремится стать моим родственником, а мемуары мои писать отказывается, – уколола Фому Марго. – У вас должна быть только трансляция, у меня же пусть еще и запись идет.
– Телефонами пользоваться во время показа трансляции нельзя, иначе собьется сигнал.
Аркадий уже выполнял указания, что-то поочередно настраивая на их с Фомой телефонах, даже не думая сопротивляться, было видно, что он хороший исполнитель.
– Я отказываюсь смотреть на вас в ванной, – ультимативно заявил Фома.
– Хорошо, нашей впечатлительной натуре отключи картинку из ванной, – насмехаясь, сказала Аркадию Марго.
– А вообще, мне кажется, вы ревнуете, что теперь Аркадий – главный мой защитник, – Марго никак не могла промолчать.
– Да пожалуйста, – сказал Фома, – просто я мозг данной операции, а Аркадий – хороший исполнитель.
– Вы себе льстите, – обидно засмеялась Марго.
– Мы вдвоем в шкаф не поместимся, – все еще пытался отвоевать свои права быть мозгом будущий родственник.
– Аркадий сядет под дубовый стол в кабинете, – у Марго, как всегда, на все был ответ.
– Мне интересно, если бы меня здесь не оказалось, если бы Маня нас не познакомила, кого бы вы вызвали охранять ваше величество? Ведь вы не могли предвидеть моего появления в вашей семье.
– Во-первых, прошу зарубить на вашем огромном носу, – на этих словах Фома посмотрел внимательно на свой нос в зеркало, – у меня всегда есть план, – продолжила Марго, не замечая его кривляний, – а во-вторых, я полностью убеждена, да и жизнь доказала мне это не раз, не суетись – и все случится так, как надо.
Но Фому уже было не остановить, он обиделся еще и за нос и решил вредничать до последнего.
– Пообещайте спать в пижаме.
– Не могу, – спокойно сказала Марго, – у меня только пеньюары, – и, засмеявшись своим грубым громким смехом, направилась в ванную.
– По местам, мои защитники, – крикнула она и хлопнула дверью.
– Невыносимая, – сказал Фома.
– Нормальный начальник, – пожал плечами Аркадий.
В шкафу было душно и пыльно, по высоте он совсем не подходил для рослого Фомы, поэтому тот сел на основание, подтянув под себя ноги. Ключ из замочной скважины он предварительно вытащил и положил на пол, изобразив, будто бы тот нечаянно упал, ничего не должно было выдавать присутствие чужих людей. Тонкий лучик света пробивался внутрь шкафа сквозь пустой замок. Смартфон показывал, что все в порядке, Марго принимала ванну, а пылинки, танцующие в свете от замочной скважины, начинали надоедать однообразием движения. Шкаф стоял прям у входной двери, та скрипнула, что-то запищало, и уже через пять секунд кто-то пищащий ворвался в ставший уже привычным мир Фомы и закрыл дверь шкафа внутри.
– Фома, я тебе ничего не отдавила? – прозвучал знакомый голос.
Если бы они не сидели в засаде, то он обязательно бы заорал, но подходил час икс и крики могли испортить всю операцию.
– Встаньте с моей руки, – прошипел Фома.
– Ой, простите, – почти вжавшись в стену, ответила Маня, – а это что?
– Это моя голова, – от боли в руке слезы текли из глаз.
– Вы что, сидите? – удивилась незваная гостья.
Немного отойдя от боли, не разжимая зубы, Фома спросил:
– Что ты здесь делаешь? Я просил тебя сидеть в комнате, ты неуправляема, – возмущение переполняло его.
– Все в доме разошлись по комнатам, я потихоньку прокралась, меня даже никто не заметил.
– А пищащие тапки вы обули, чтоб наверняка нам все сорвать? – возмутился он.
– Я не подумала, – сказала Маня, переминаясь с ноги на ногу, выдавая неприятный писк.
– Не подумала – это прям про вас, – шепотом орал Фома на нее. – Снимете вы уже их, распугаете сейчас мне всех убийц, – Маня виновато вздохнула и сняла тапки-предатели. Не так она представляла себе их романтическую засаду в шкафу. Идя сюда, она надеялась, что он ждал ее, а она после своего элегантного появления поцелует его долгим и страстным поцелуем. А эти пищащие тапки надела, потому как они были очень, по мнению Мани, сексуальны – на каблучке и с помпончиком сверху. Не получилось ничего, ни романтики, ни тем более элегантного появления. От того, что все ее планы рухнули, она расплакалась.
– Вы еще и ноете, – прошипел Фома, – нет, вы явно не понимаете, что мы здесь не в игрушки играем, пришли, навели шуму, отдавили мне руку, средний палец, по-моему, отек и не двигается, и после всего она еще и ноет, – говоря все это, Фома встал в шкафу, сгорбившись пополам, и, несмотря на свои грозные речи, начал ее жалеть. Именно на этой минорной ноте кто-то вошел в комнату, телефон Фома оставил на полу в шкафу, поэтому не мог посмотреть, кто это. Замерев и зажав Мане рукой рот, чтоб та опять все не испортила, он застыл в ожидании. Шаги замерли практически у самой двери, видимо, ночной гость оглядывал комнату, снова какие-то звуки – и человек поднял с пола ключ, оставленный Фомой, и быстро на два оборота закрыл шкаф, где, замерев, стояли Фома и Маня. Затем шаги прошли в кабинет, но быстро вернулись и зашли в ванную комнату, где сейчас была Марго. Первое, что попытался сделать Фома, это открыть дверь в шкаф, но она не поддавалась.
– Телефон на полу подними, – прошипел он.
– Почему я? – возмутилась Маня.
– Вам легче сесть, – ответил Фома, – и вообще, что за пререкания? Пришли – так учувствуйте в операции.
– Зачем вам понадобился телефон, тетю сейчас убьют, надо выбивать дверь, – шипела возмущенно Маня.
– Там камеры, мы посмотрим, кто это, и тогда решим, что делать. Может, это кто-то зашел пожелать вашей тете спокойной ночи.
Бурча себе под нос, что она не собирается быть у него на побегушках, Маня все-таки спустилась на пол в шкафу и начала шарить в поисках смартфона.
– Вы что, в обуви? – возмутилась она. – Я, значит, босиком сиди, а он свои ботинки даже не снял. Вот, – Маня вложила в руку Фоме смартфон, тот нажал на экран, и тот осветил внутреннее пространство шкафа голубым светом. Экран был разбит на четыре камеры, три горели, а одна светилась черным пятном.
– Что это? – спросила Маня, показывая на черный квадрат.
– Это ванная.
– Почему она не показывает?
– Я был против смотреть на твою тетю раздетой и попросил отключить, – Фома уже и сам понимал, что погорячился.
– Вы что, собирались это делать ради удовольствия, вы на задании, здесь не выбирают, на что хотят смотреть, а на что нет. Что мы будем теперь делать?
– Вот, смотри, – Фома показал на соседний квадратик, – это Аркадий, он стоит у дверей в ванную и смотрит в экран, видимо, он выжидает.
– А можно включить экран, вот смотрите, – Маня нажала на какую-то кнопку, и черный квадрат включился, плюс включился звук.
На экране появилась Марго в пенной ванне с шапочкой на голове, рядом стояла Марика и хохотала.
– Ты меня за дурочку считала, Марика глупая, без образования, зачем тебя вообще рожали. Смотрела на меня всегда хуже, чем на лохушку Маню, с брезгливостью и презрением, а я такую схему придумала, что никто не меня сроду не подумает.
– Да что ты придумала-то? – Марго говорила высокомерно, будто она не была сейчас полностью во власти этой маленькой дряни.
– Смотри, что я принесла. Это твоя любимая игрушка, твой вейп. Сейчас я включу его в розетку и брошу в ванну, оп – и нет тетушки. Менты, что приедут утром, подумают, что ты решила покурить, и уронила старыми трясущимися руками его нечаянно в ванну, голимый несчастный случай.
– Мальвина скажет, что я очень аккуратна и никогда не курю в ванной, тогда полиция начнет копать, – спокойно сказала Марго, сдувая пену с руки.
– Согласна, я думаю, что так и будет, – сказала Марика, держа аппарат для вейпа в руках. – Во-первых, как видишь, я в перчатках, во вторых она раз пять сегодня трогала его, ставя на зарядку, а в-третьих, и это главное, это моя самая любимая фишка, они найдут письмо у тебя на почте и поймут, что жадная Мальвина решила отомстить тебе за унижение, что ты для нее сегодня устроила. Мартин сделал так, что, проверяя это сообщение, они выйдут на IP-адрес нашей умницы Мальвины.
– Хорошо, ты гениальна, но я не пойму, зачем, ведь у тебя все есть.
– Мой папочка решил поиграть в злого родителя, заблокировал мне карты и выдает мне копейки, чтоб я только не сдохла от голода, хорошо хоть братик подбрасывает периодически, но этого мне мало. В прошлый раз, когда ты сюда приезжала, я познакомилась с твоим новым помощником Мартином, кстати, если тебе интересно, у нас любовь, – радостно сообщила Марика. – Его ты тоже достала, для меня же ты вообще чужой человек, чей жизненный выбор под большим вопросом. Мы решили от тебя избавиться, как только я сделаю свою часть, Мартин в Дрездене очистит твой особняк от драгоценностей, их все равно никто наперечет не знает.
– Давно хотела сделать каталог, – сокрушённо сказала Марго.
– Да, это ты зря, – сказала Марика, почти сочувствуя, – ну, а там, когда закончатся деньги от драгоценностей, как раз и наследство подоспеет. Почти гениально! – похвалила себя Марика.
– Знаешь, с книгой, что подсунул мне твой любовник, было шикарно, – похвалила ее Марго.
– Думаешь? – засмеялась та. – Это я сама придумала, полгода искала нужный роман, пришлось заказывать, он стоил бешеных денег, если что.
– Ну да, ты поиздержалась, – посочувствовала ей Марго.
– Не то слово, а потом еще надо было, чтоб ты решилась приехать сюда, это все мой Мартин, правда, он душка?
– Однозначно, – согласилась Марго.
– Ну, ладно, заболталась я с тобой, – Марика включила в розетку аппарат и, поднеся его к ванне, показательно, будто наслаждаясь, бросила его в воду.
Маня и Фома, ошарашенно наблюдавшие все это действие, оторопели.