Вот мне и мерещилось его присутствие в доме, словно друг все время пытался предупредить меня о грозящей катастрофе. Ведь все сложилось не так, как он предполагал. Связав нас с Джоссом, Бен не учел, как это повлияет на жизнь других людей. Знал ли отец, насколько далеко может зайти его сын в желаний добиться своего? Помнил ли, что отдает меня замуж за жестокого человека и подвергает опасности?
Кто подкрадывался к моей комнате ночью? С какой целью? Может, Джосс? Во всяком случае, мне так казалось. Возможно, муж хотел попросить меня начать новую жизнь? Но он слишком горд и не снизойдет до мольбы. Мэдден много раз повторял, что не собирается брать меня силой. Что же значат ночные посещения?
И чей призрак пытается предупредить меня?
Несмотря на тишину и покой в Павлиньем, мне не хотелось оставаться там. Иногда я сидела в саду, но чаще бывала в оранжерее. Среди лимонных и апельсиновых деревьев можно расслабиться и думать о работе. Там пропадали все глупые фантазии, и ко мне возвращался здравый смысл.
Я приобрела несколько книг о добыче и обработке опалов и старательно изучала их. Сидя в тени, я заучивала необходимые знания, чтобы потом поразить Джосса. Он никогда не высказывал ни единого слова одобрения, хотя для всех было очевидно, что муж в какой-то степени гордится мной.
Именно в оранжерее я и сделала свое открытие.
В одном месте, где недавно копали, земля показалась мне особенно сухой. Внезапно я заметила, что из нее что-то торчит, и несколько мгновений сидела, не двигаясь. Луч солнца осветил предмет, и тот заблестел.
Я подошла ближе и увидела золотое колечко. Дрожащими пальцами ухватилась за него и вытащила красный кожаный кошелек, моментально осознав, что он принадлежал Эзре Бэнноку. Когда менеджер погиб у шахты Гровера, эта вещь находилась при нем.
Кто спрятал кошелек в оранжерее?
Я больше не могла оставаться здесь и вернулась в свою комнату, содрогаясь от страха.
Я никак не могла решить, что делать. Версия о бушмене, застрелившем Эзру, оказалась фальшивкой. Зачем разбойнику ехать в Павлинье и тайком пробираться в оранжерею, чтобы закопать кошелек?
Тайна так и оставалась неразгаданной. Одно очевидно: кто-то из обитателей имения убил Эзру Бэннока и забрал кошелек, чтобы преступление приняли за вооруженное ограбление.
Мотив был только у одного человека.
Теперь Иза свободна, но, пока я жива, Джосс связан намертво. Пока жива…
Эта мысль не покидала меня и стала наваждением.
Я много раз вынимала кошелек и рассматривала его, вспоминая слова Изы:
— У Эзры был красный кожаный кошелек с монетами. Он наполнял его каждое утро…
Джосс вызывал во мне бурю противоречивых эмоций, но, любя его, я стремилась защитить мужа и представляла, как скажу:
— Я нашла кошелек Эзры. Вы спрятали его в оранжерее… Не очень умный ход. Земля пересохла, и портмоне оказалось на поверхности. Мы должны избавиться от компрометирующей улики…
Зачем закапывать вещественное доказательство в оранжерее? Почему не бросить его в лесу? Так действуют только люди, охваченные паникой. Мне верилось, что Джосс — убийца, но паниковать он никогда не станет.
— Значит, вы в это поверили, — ответит муж. — Почему же не выдали? Зачем вам вмешиваться?
— Потому что я дура и люблю вас так же, как вы Изу Бэннок. Может, теперь поймете.
Но время шло, а я ничего не предпринимала. Просто спрятала кошелек в комоде и все время боялась, что его обнаружат. Ведь эта улика обязательно приведет к убийце.
Я знала, что обязана поговорить с мужем, но ждала от него лжи. Джосс, конечно, откажется. Но кто другой способен на убийство Эзры?
Ночью я не спала и дважды проверяла, лежит ли кошелек на месте.
На следующее утро Джосс уехал раньше, и мы с Джимсоном отправились в город. Даже не помню, о чем мы разговаривали. Перед глазами стоял красный кошелек.
По возвращении в Павлинье я сразу отправилась в комнату и тут же поняла: что-то произошло. Один из ящиков комода был слегка выдвинут. Здесь что-то искали. Я немедленно бросилась искать кошелек, но его на месте не оказалось. Исчез бесследно.
Я села на стул, и тут меня наконец осенило: убийца Эзры теперь знает, что я нашла улику, и украл ее, чтобы замести следы.
Мне трудно было вести себя как обычно, хотя это представлялось единственно разумным выходом. По всей вероятности, Джосс как-то выдаст себя после находки кошелька.
Стоя у окна, я смотрела на палатки на окраине города, а потом увидела, как приехала миссис Лод в двуколке. Она часто отправлялась за провизией. Экономка подняла глаза, заметила меня и помахала.
Я тут же спустилась в холл и заговорила с ней.
— Очень жарко, правда?
— О да.
— Надо было взять с собой Лилию.
— Она слишком часто встречается с Джереми Диксоном…
— Приятный молодой человек. Почему он вам не нравится, миссис Лод? — Вместо ответа она только поджала губы.
— Вы, должно быть, устали, — продолжила я. — Выпейте чашечку чаю.
— Я собиралась приготовить его у себя в комнате. Может, присоединитесь, миссис Мэдден?
— С удовольствием.
Мы поднялись наверх, и экономка поставила чайник на спиртовку. Я внимательно разглядывала обстановку и часы с кукушкой на стене. Женщина следила за моим взглядом.
— Я привезла эти вещи из Англии, и мистер Хенникер разрешил обставить комнату по моему вкусу.
— У вас очень уютно.
Экономка показалась мне очень расстроенной, и я решила выяснить причину. Это отвлечет меня от мрачных мыслей.
— Надеюсь, чай вам понравится, миссис Мэдден, хотя здесь он не такой, как дома. Все зависит от воды.
— Вы хотели рассказать о мистере Диксоне, — подсказала я.
— Неужели? — удивленно переспросила она.
— Вам не нравятся его отношения с Лилией?
— Не только это.
— Так в чем же дело?
— Дело не в нем…
— А в ком?
Она беспокойно взглянула на меня и напомнила животное, попавшее в капкан.
— Я слишком долго прожила в этом доме, — заговорила экономка. — Мне было очень трудно вначале…
— Знаю, мистер Хенникер предложил вам место.
— Я привезла детей, и к нам относились… как к родственникам.
— Мистер Хенникер был очень добрым человеком.
— Я не вынесу, если в наш дом придет беда. Мне не нравятся всякие разговоры…
— Какие именно?
Она тупо посмотрела на меня и произнесла:
— Трудно определить… Просто намеки.
— И кто их делает?
Экономка посмотрела через плечо, словно пытаясь найти путь к отступлению.
— Я с вами вообще не должна разговаривать.
— Почему? Сплетни касаются меня?
— Это просто ложь…
— Миссис Лод, коль начали — говорите до конца. Кто меня оболгал?
— Не вас, миссис Мэдден. Вас-то все жалеют.
— Почему?
— Из-за завещания мистера Хенникера. Оно все испортило. Миссис Бэннок не любят в городе… Мистер Мэдден разозлится, если узнает, что я проболталась, и выгонит нас. Может, я этого и заслуживаю.
— Я хочу знать все слухи.
— Обещаете ничего не говорить ему?
— Мужу?
— Не рассказывайте о нашем разговоре. Он будет злиться. Меня эта болтовня расстраивает. Я говорила, что все ложь… Вам-то люди ничего не скажут.
— Миссис Лод, не темните.
— Это трудно… Ничего, кроме туманных намеков…
— Каких?
И тут понеслось:
— Между мистером Мэдденом и миссис Бэннок давно существуют определенные отношения. Эзра долго мирился с изменой, чтобы не потерять место в компании… Из-за этого он и погиб.
— Не может быть! — воскликнула я, забыв о своих собственных страхах.
— Говорят, Зеленый Огонь у нее. Что Эзра украл его и подарил жене.
— Эту чушь я слышала.
— И все же подобные слухи меня беспокоят…
— Я рада, что вы все рассказали, миссис Лод. Давайте забудем об этом.
Экономка заколебалась.
— Не надо верить плохому… Но будьте настороже… — Я недоуменно смотрела на женщину. Та прикусила губу и пробормотала: — … Берегитесь сплетен.
В этот момент пробили часы с кукушкой.
По приезде в город мне уже чудилось, что люди посмеиваются за спиной. Видимо, жалеют меня. В маленьких городках слухи распространяются быстро.
Версия о том, что Эзра погиб от руки бушмена, давно убравшегося из наших мест, рассеялась, как туман. Убийца находился среди нас, и у него был мотив для этого преступления. По всей вероятности, этот человек — частый гость в Павлиньем. Вот никто и не заметил, как он спрятал кошелек в оранжерее.
В кабинете меня ожидал Джереми, чтобы показать новый обработанный опал, породу для которого я выбрала сама.
— Вы можете гордиться собой, — сказал он.
— Как вы считаете, это зависит от знаний или от удачи?
— И от того, и от другого.
Диксон приготовил чай, и мне захотелось поделиться с ним своими страхами. Но я поборола это желание и заговорила о Зеленом Огне:
— Вы слышали сплетни, что Эзра украл проклятый опал и поэтому погиб?
— Я никогда не обращаю внимания на болтовню.
— Но это может быть правдой.
— Во-первых, Эзра не вор.
— У его жены прекрасная коллекция. А вдруг она захотела добавить к ней этот камень?
Джереми покачал головой и сказал:
— Если Зеленый Огонь найдется, то мы докопаемся до истины.
— Да, но где он? Опал необходимо искать, а Джосс ничего не делает.
Джереми сдвинул брови.
— Странно. Может, он ведет тайное расследование?
— Мы совместно владеем опалом, так что муж мог бы посоветоваться со мной. Подскажите, что стоит предпринять?
— Похоже, замешан кто-то из домашних или служащих компании, свободно приходящих к вам. Стоит переговорить со слугами. Я тоже попытаюсь расспросить кое-где.
— Спасибо.
Дверь внезапно отворилась, и заглянул Джосс.
— О, болтаете?
Когда он собрался уходить, Джереми спросил:
— Я вам нужен?
— Позднее, — ответил Джосс и исчез.
Вскоре я отправилась в Павлинье и, лежа в своей комнате, не могла сосредоточиться на чтении. Это какой-то абсурд. Зачем Джоссу прятать кошелек в оранжерее?