– Ты ему отказала?
– А как ты думаешь? Я ему сказала, что в эти выходные к маме еду, дескать, приболела она.
– А он что?
– Говорит, что зима только начинается и его предложение остается в силе.
Алина хмыкнула.
– Ты и вправду к матери поедешь?
– Теперь придется, – вздохнула Лида. – Каждое воскресенье придется домой ездить, чтобы от этого поганца отвязаться.
– Пока это лучший выход, – Алина поднялась со стула, – но если он совсем уж откровенно станет к тебе приставать, я найду, что ему сказать. И чем пригрозить!
Лида недоверчиво посмотрела на Алину.
– Ты веришь, что он тебя испугается? Как же?
– Ну, если ты сомневаешься, зачем все мне рассказала?
– А кому мне еще рассказывать? – Глаза у Лиды снова покраснели. – В милицию, что ли, заявить? Так менты надо мной только посмеются.
– Понятное дело, посмеются, он же тебе ничем пока не угрожает. – Алина ободряюще ей улыбнулась. – Но у меня есть на примете люди, которых Тарзан точно побаивается. И если вдруг приспичит, попросим их о помощи.
– Тоже бандюки? – подозрительно посмотрела на нее Лида. – Из Москвы?
– Нет, не бандюки, – Алина усмехнулась про себя, вспомнив вдруг этих «бандюков», – но очень уважаемые в городе люди.
– И кто же они? – продолжала допытываться племянница.
– Пока не скажу, – весело ответила Алина, – придет время, сама узнаешь.
К счастью, на пороге снова появились сыновья, избавили ее от дальнейших расспросов и тут же, не сходя с места, затеяли возню.
– Лида, – Алина умоляюще посмотрела на племянницу, – займись ими. У меня всего полчаса, чтобы навести красоту. Сегодня Серпухов пригласил меня в ресторан. Надо быть в боевой форме.
– Серпухов? – округлила глаза Лида. – Ну, ты даешь! И молчала!
– А что тут рассказывать? Решила немного отвлечься от проблем. И Серпухов очень вовремя подвернулся.
– Ничего себе подвернулся! – фыркнула Лида. – Где ты его подцепила?
– В театре.
– В театре? Тебя приняли в театр? И Серпухов на тебя глаз положил? А как же Вероника Белова?
Алина поморщилась. Близнецы, которые раньше пыхтели и ругались шепотом, принялись громко обзывать друг друга, и, кажется, дело дошло до кулаков. Она повысила голос и быстро, оглядываясь на сыновей, проговорила:
– Успокойся! Серпухов, надеюсь, без ущерба для здоровья Вероники Беловой навестил меня чуть больше часа назад и очень мило пригласил поужинать в ресторане. Скорее всего, будет уговаривать работать в театре. Я обещала подумать…
– Что-то я не пойму? – нахмурилась Лида. – Ты же поехала утром устраиваться на работу?
– Не устроилась, – Алина развела руками. – Так получилось… – И молитвенно сложила ладони. – Прости, но я спешу. Пожалуйста, успокой и накорми парней! – И посмотрела на сыновей: – Прекратите воевать и подойдите ко мне!
– Мама! Он первый начал, – бросился к ней Никита. – Он говорит, что я сижу на лошади, как на горшке.
– Ябеда! – пробурчал Степан и, шмыгнув носом, презрительно добавил: – Маменькин сынок!
– Лида, это ненадолго. – Алина понимала, что надо сделать выбор: или отправиться в ресторан лохматой и ненакрашенной, но постараться разобраться в истоках конфликта, или, наоборот, пренебречь материнскими обязанностями, зато сразить Серпухова наповал.
И впервые за последнее время предпочла второе, справедливо полагая, что ей еще не раз придется выполнить свой родительский долг и даже воплотить в жизнь то, что она давно обещала сыновьям: выдрать их как сидорову козу.
А в этот раз она ограничилась тем, что строго посмотрела на Степку и Никиту и приказала:
– Все! Прекращайте базар! – И перевела взгляд на Лиду. – Тетя Лена и Полина обещали скоро вернуться. Если я сейчас ввяжусь в эту свару, то уж точно никуда не успею!
– Договорились! – Лида взяла братьев за руки. – Не будете слушаться, завтра не возьму на ипподром. А сейчас живо переодеваться, мыть руки и за стол.
Сыновья, понурившись, побрели за своей юной проводницей. Алина проводила их взглядом и довольно улыбнулась. Слава богу! Теперь она может спокойно заняться макияжем и прической.
Глава 18
Серпухов объявился ровно в семь часов. Алина накинула шубку: вечером похолодало, – и вышла на крыльцо. Серпухов галантно подал ей руку, и она, усмехнувшись про себя, отметила, как заблестели его глаза и он с подчеркнутым восхищением окинул ее взглядом.
– Хороша, Алина Вадимовна, ох, хороша! – промурлыкал он и по-кошачьи прищурил глаза. – Сегодня вы произведете фурор, нисколько в этом не сомневаюсь!
– Ох, лукавите, Юрий Борисович, еще как лукавите, – в тон ему ответила Алина.
Серпухов поднес ее ладонь к губам, и Алина едва сдержалась, чтобы не поморщиться. Этот тип вызывал у нее стойкое отвращение, но что поделаешь? Она приняла его предложение, и теперь какое-то время придется терпеть его ухаживания, ловить на себе липкий взгляд маленьких глаз и делать вид, что в восторге от его комплиментов.
В компании с Серпуховым, который галантно поддерживал ее под локоть, Алина прошествовала к джипу. Над соседним плетнем виднелась голова тетушкиной соседки. Что ж, этого следовало ожидать! Сарафанное радио уже настроилось на нужную волну!
Серпухов помог ей подняться в машину, а сам сел за руль внедорожника.
– Из ресторана нас заберет водитель, – пояснил он Алине, – а сейчас я просто не мог отказать себе в удовольствии лично провезти вас по городу.
– Как это мило, – улыбнулась Алина, а про себя подумала: «Небось нажрешься, как свинья, оттого и водитель понадобится». Но мыслей своих не выдала, с легкой улыбкой воспринимая треп Серпухова, который специально сделал крюк по городу, чтобы похвастать двумя фирменными магазинами и тремя построенными недавно на окраине города автозаправками. Но Алину мало интересовали его успехи. Они еще не доехали до ресторана, а ее уже тяготили чрезмерная угодливость и болтовня Юрия Борисовича. Ее раздражал запах его одеколона, массивный золотой перстень с мелкими бриллиантами на правой руке, еще более массивный золотой браслет и запонки под стать перстню, которые вызывающе поблескивали на белоснежных манжетах, выглядывающих из-под рукавов дорогого пиджака. Пиджак Серпухов расстегнул, иначе никакие бы пуговицы не выдержали напора его живота, который плавно переходил в подбородок.
«Дешевка! Какая же он дешевка! – мысленно твердила Алина, стараясь не смотреть на его руки, поросшие редкими рыжеватыми волосками. – Брр! Мерзость!»
Наконец они подъехали к автомобильной стоянке рядом с рестораном. Серпухов кивнул охраннику и протянул ему сиреневую купюру. Тот вытянулся по стойке «смирно».
– У нас, как в банке, Юрий Борисович! Будьте спокойны, глаз не спущу с вашей машины. – И бросил быстрый любопытный взгляд на Алину.
Серпухов заметил его интерес и покровительственно похлопал парня по плечу.
– Но, но! Не про твою честь! Небось узнал Алину Вадимовну? Как же, звезда российского кино! – И снова подхватил ее под руку.
– Зачем вы сообщаете каждому встречному-поперечному, кто я такая? – Алина недовольно посмотрела на своего кавалера.
Серпухов с недоумением покосился на нее:
– Не скромничайте, Алина Вадимовна! Мне лестно, что вы согласились поужинать со мной. А этим, – он презрительно скривился и кивнул в сторону стоянки, – стоит лишний раз напомнить, с кем имеют дело.
Алина промолчала. Она поняла, что спорить бесполезно. Требовалось настроить себя на веселое времяпрепровождение. Те полчаса, что она провела в его компании, показались ей бесконечными, но она надеялась, что за ужином их будет разделять столик и она сумеет выдержать пытку общения с потенциальным спонсором староковровского театра.
Уже знакомый Алине швейцар учтиво распахнул перед ними дверь, принял от Серпухова сотенную и забежал наперед, чтобы открыть дверь в банкетный зал. И придерживал ее до тех пор, пока гардеробщик брал у Серпухова шубу Алины, а она оглядывала себя в зеркало.
В ресторане пустовало всего несколько столиков. Но на входе к ним подскочил уже известный Алине Савелий, скользнул по ней взглядом, она так и не поняла, узнал он ее или не узнал, и провел их к столику на двоих в центре зала.
Алине это не понравилось. Она рассчитывала, что ужин пройдет в более спокойной обстановке, а не на виду у доброй полусотни посетителей, которые, несомненно, обратили внимание на их появление. Только теперь она осознала, какую совершила ошибку. Серпухов намеренно афишировал их знакомство. Но в зале было полутемно, и Алина надеялась, что посетителям вскоре надоест ее разглядывать и они займутся более приятными делами. Савелий подал ей меню и карту вин, она машинально что-то заказала, а Серпухов одобрительно хмыкнул, отметив ее выбор.
Заказ выполнили мгновенно, но Алина успела бросить несколько взглядов по сторонам. Вокруг преобладала солидная публика: дамы – в вечерних нарядах, мужчины – в дорогих костюмах. Правда, в дальнем от них углу несколько столиков занимала компания молодых людей: развязных и хамоватых. Девицы подчеркнуто громко смеялись, молодые люди сидели, развалившись на стульях, и хлопками в ладоши и даже свистом то и дело подзывали к себе официанта, заказывая новую порцию спиртного. Никто не делал им замечаний, хотя соседи посматривали на них недоброжелательно, а кое-кто с опаской.
«Мажоры веселятся, – подумала Алина. – Детки крутых родителей!»
Она отвела взгляд, потому что в это время принесли заказ. Савелий, видимо, лично решил обслуживать их столик. Он быстро расставил блюда с закусками и салатами, налил вино в бокалы и удалился, пожелав отлично провести вечер.
– Алина Вадимовна, давайте выпьем за наше знакомство! Надеюсь, оно не закончится сегодня! Ведь у нас много общих интересов, не правда ли? – Серпухов, подняв свой бокал, умильно ей улыбался, но глаза его смотрели настороженно. То ли побаивался ударить в грязь лицом перед столичной дивой, то ли, опираясь на прежний опыт общения с актрисами, непременно ждал от нее подвоха. Капризы, недовольство, истерики… Все это есть в арсенале любой женщины, а уж актриса сыграет взрыв эмоций вполне профессионально, особенно на публику.