Глава 4
Несмотря на то, что Алина очень сдержанно, как ей казалось, отреагировала на известие об убийстве Маргариты, она была потрясена. Правда, следовало сделать поправку на то, что столь ужасные слухи обычно рождаются от скуки и недостатка информации. Наверняка на заводе многие заметили исчезновение Маргариты. Если она в течение нескольких лет была тенью Луганцева, то ее отсутствие, видимо, вызвало разные толки. В таких случаях рождаются самые фантастические версии, и труп в канализационном люке – едва ли не самая примитивная. Хуже, когда эту версию станут развивать, добавляя новые подробности, от которых стынет кровь и мурашки бегают по коже. Поэтому удавка на шее – скорее черновой вариант, который вскоре обрастет кровожадными подробностями и жуткими деталями.
Алина постаралась отогнать от себя эти мысли. Происшествие с Маргаритой, естественно, не улучшило ее настроение. Но выведывать подробности она не собиралась. Если Илья пожелает рассказать, пожалуйста. Хотя вряд ли он сочтет необходимым извещать домработницу, если даже события и приняли трагический для Маргариты оборот. Сейчас его голова, бесспорно, занята иными, не слишком приятными заботами. И ей лучше подумать о себе.
Разумеется, Алину взволновало известие о том, что ее ищут Карнаухов и Серпухов. Но она своими руками загнала себя в угол, из которого, как ни прикидывай, вряд ли получится выбраться без потерь.
Даже Ольге она не могла рассказать, как устала от постоянного нервного напряжения и тревоги. К этому прибавилось смятение чувств, потому что она до сих пор не разобралась, на самом ли деле она влюбилась в Луганцева или ее ощущения – всего лишь плод уязвленного самолюбия? Раньше Алина не испытывала ничего подобного. Правда, она и не ведала, что такое безответная любовь. Случай с Молчановым не в счет. Он ведь откликнулся на ее чувство и поначалу, похоже, тоже впал в любовную эйфорию. А то, что подло и гнусно с ней поступил? Так за это Алина всегда благодарила Создателя, который ускорил развязку, иначе Молчанов мучил бы ее до сих пор.
В голове ее царил полнейший сумбур. Алина не знала, как ей быть. Она пообещала Ольге позвонить Карнаухову, но представила, как он примется ее уговаривать, а что она скажет в ответ? Ей очень хотелось сыграть эту роль, но для того, чтобы выбраться из этого дома, опять придется лгать. Алина не сомневалась, что, даже вырвись она в театр, одной репетицией все равно не обойтись. Да она бы никогда на это и не решилась. Но как в таком случае объяснить Илье, что ей нужно ежедневно часов в десять-одиннадцать утра выезжать в город? А прогон спектакля? Наверняка его назначат на вечернее время, чтобы представить прессе и общественности. А премьерные спектакли? Это тоже несколько вечеров подряд. Серпухов и прочие благодетели непременно закатят банкет, а это уже далеко за полночь… Кто потерпит ее многочисленные отлучки? Ее же вычислят мгновенно. И первым – тот же Илья. После случившегося с Маргаритой он и так видит повсюду исключительно шпионов и предателей. И где гарантия, что он не приставит своего человека следить за ней? Отсюда только один выход: уволиться. Придумать уважительную причину, и поминай как звали. Тогда все будут в шоколаде. И театр, и Карнаухов, и сама Алина. Главное, это не отразится на ее репутации. Конечно, если Ольга не проболтается. Но даже если и проболтается, то позже в эти приключения с переодеваниями мало кто поверит.
В принципе существовал еще один вариант: признаться во всем Илье, объяснить ситуацию и попросить о поддержке. Но где гарантия, что он правильно ее поймет? Вдруг он воспользуется ее откровенностью и, чтобы подчеркнуть свою преданность, выставит Алину в неприглядном свете перед Луганцевым или, того хуже, потребует от нее благодарности? Слишком плохо она его знала, чтобы очертя голову броситься в этот омут.
Алина обхватила голову руками. В плюсе, несомненно, приличная зарплата, которую она когда-нибудь получит, и возможность ежедневно видеть Луганцева. Устроившись в театр, она лишится и того, и другого. К тому же Серпухов от нее не отстанет, придется постоянно увиливать от встреч с ним, избегать его, прятаться, придумывать отговорки, иначе пивной король достанет ее своими ухаживаниями. В конце концов, ему это надоест, и он вернется к прежней, а то найдет себе другую, более доступную и непривередливую симпатию.
И тогда ее ничто не спасет. Серпухов обиды ей не простит. Карнаухов не посмеет ему перечить. А ей предложат написать заявление об уходе, даже в том случае, если на каждом спектакле с ее участием зал будет ломиться от зрителя. Ко всему прочему, через несколько месяцев на сцену вернется Белова. Алина не считала ее соперницей, но если Серпухов вдруг помирится с Вероникой, то Алина получит врага, возведенного в куб, и это вторая причина, по которой ей однозначно придется покинуть театр. Получается, что при любом раскладе, как ни верти, она все равно уйдет со сцены.
Другая опасность состояла в том, что она вообще не найдет работы в Староковровске, разве что дворником устроиться или продавцом – фруктами на рынке торговать. Она не исключала такой возможности, как и того, что Серпухов непременно отомстит ей за свои поруганные чувства. А связи у него в Староковровске обширные, и если он возьмется за дело, ей снова придется собирать чемоданы и уезжать из города.
Ну, а если она согласится только на одну роль, и то на время болезни Вероники Беловой? Ничего больше не обещая и не обнадеживая ни Карнаухова, ни Серпухова. Она вполне может объяснить это своей занятостью. А дальше время покажет. Не век же ей оставаться в домработницах и смиренно ждать у моря погоды. Ее проблема, как беременность, сама по себе никогда не рассосется. Но, возможно, появятся новые варианты, которые помогут ей выбраться из этой мышеловки.
Разумеется, объяснений с Ильей все равно не избежать. Нужно первой решиться на этот шаг, чтобы потом не краснеть и не лепетать жалкие оправдания. Алина терпеть не могла оправдываться. Тот, кто вынужден оправдываться, всегда стоит на ступеньку ниже, чем тот, кто выслушивает твои оправдания.
Словом, какие бы варианты она ни прокручивала в своей голове, все сходилось к одному: нужно сдаваться! Рано или поздно все вылезет наружу. Не дай бог, об этой ситуации проведают журналисты, тогда уж точно малой кровью не обойтись. Но как повести разговор, как упросить Илью, чтобы он не выдал ее Луганцеву? Это было самое больное место, самый щепетильный момент. И как поведет себя Илья, когда она признается ему в своих грехах? Впадет ли в ярость или, наоборот, с радостью примет это известие, потому что попытается извлечь из ее проступка свои дивиденды?
Алина сжала кулаки и решительно тряхнула головой, отбрасывая последние сомнения. Все, хватит! Хватит скрываться и лгать. Она непременно сыграет эту роль, роль Джульетты, а остальное – на волю судьбы! И Луганцеву, если он когда-нибудь соизволит ее выслушать, тоже выложит все начистоту, чтобы снять камень с души. Повинную голову меч не сечет, но если Игорь ее не простит, значит, туда ей и дорога. Она сама вымостила этот путь ошибками и враньем.
Ее так и подмывало позвонить Карнаухову и разузнать, как обстоят дела с ролью Джульетты на самом деле. Ольга могла и приукрасить ситуацию. Раньше она слыла большой умелицей поиграть на душевных струнах, и где гарантия, что ей не захотелось обновить старые навыки?
Душевные струны Алины находились сейчас в плачевном состоянии. Одно неловкое движение, обидное слово, и они могли лопнуть. И тогда неизвестно, получится ли их соединить…
Она посмотрела на часы и поняла, что они стоят. Надо же, а она и не заметила… Алина подтянула гирьку, качнула пальцем маятник, Глаза котенка забегали, а его озорная мордашка невольно навела на мысль, что все обойдется. Ведь и раньше ей приходилось выкручиваться из ситуаций, которые грозили еще большими бедами и несчастьями.
За окном стемнело, снег повалил крупными хлопьями. Алина подошла к окну и долго смотрела на сплошную белую стену снега, скрывшую липы и березы, сторожку охранников, забор. Закрутила поземка, свивая снежное одеяло в тугие белые косы. Но природные катаклизмы тут же отошли на второй план. Снежную круговерть пронзили два тусклых столба света. Метель помешала ей разглядеть, как открылись ворота и машина въехала во двор.
Паника овладела ею. Она-то думала, что в ее распоряжении минимум два часа, чтобы собраться с мыслями и выстроить разговор с Ильей. Все доводы тотчас улетучились из ее головы. Она лишь пристально вглядывалась в окно, стараясь понять, кто же приехал на самом деле?
Заметенная снегом фигура быстро миновала двор и поднялась по ступеням крыльца в дом. Алина прислушалась. Через пару минут открылась дверь в кухню, и на пороге возник Илья. Он успел раздеться, но все лицо покрывали капельки растаявшего снега. Он раскраснелся, глаза его весело блестели.
– Приветствую вас, Елена Владимировна! – потирая руки, возвестил он с порога. – Ну, погодка разгулялась! – Он кивнул на окно. – Настоящая зима пришла!
– Ужинать будете? – спросила Алина и тут же осторожно поинтересовалась: – Что-то вы опять один, без Игоря Леонидовича?
– Буду, – ответил Илья, проигнорировав ее вопрос о Луганцеве, и опустился на стул. – Только скоренько, я спешу.
Алина накрыла на стол.
– Сегодня у нас голубцы, – сказала она весело, стараясь скрыть свою тревогу и сомнения: стоит ли начинать разговор с Ильей сразу после ужина или выждать некоторое время? А если он уедет и вернется слишком поздно? Не караулить же ей возле дверей? А вдруг он возвратится уже в компании Игоря? Тогда Луганцев точно что-то заподозрит.
Внутри у нее все сжалось, но она стиснула зубы и решительно села за стол, напротив Ильи.
– Мне нужно серьезно поговорить с вами, Илья Сергеевич, – сказала она.
– Только быстрее, – не глядя на Алину, Илья стремительно поглощал голубцы, запивая их чаем.
– Может, сделаем это, когда вы поужинаете? – на всякий случай справилась Алина.