– Что вы все шастаете! – недовольно проворчала тетя Дуся, но Инны уже след простыл.
Назавтра только и разговоров было о пропавших из шкафа в кабинете географии десяти тысячах. Вину быстро свалили на десятиклассника Илью Хлопушина, который давно стоял на учете в детской комнате милиции. Тот отпирался, но ему не поверили. Решили, что деньги он в тот же вечер спустил на игровые автоматы. Сумма была не столь велика, чтобы привлекать милицию, скандал постепенно замяли, а родители побогаче собрали недостающее.
Прошла неделя. Инна подстерегла Диму после уроков. Он вышел вместе с Гулей, та была бледная, но веселая – очевидно, деньги уже пошли в дело.
– Привет, – поздоровалась Инна.
– Привет, – ответил Дима и спрятал глаза. Видно было, что ему ужасно неловко и неудобно.
– Слушай, у меня снова кран потек. Теперь уже на кухне. Поможешь?
Он поглядел на Гулю, прикинул что-то в уме.
– Да, помогу. Пойдем прямо сейчас.
– Дим, ты обещал со мной погулять вечером! – капризным голоском протянула Гуля.
– Погуляю, – пообещал Дмитрий. – Иди пока домой и отдохни.
Гуля, надувшись, ушла.
Инна и Дима молча шли к Инниному дому. Внутри у Инны словно струна стальная натянулась, ей было и жутко, и весело одновременно. Они зашли в квартиру. Дима снял ботинки, повесил на крючок куртку.
– Ну, где там твой кран?
– Нет никакого крана, – сказала Инна и положила руки ему на плечи.
– Как нет? – изумился он. – Ты… ты чего… опять?
– Не опять, а снова, – проговорила Инна пошленькую фразочку, ходившую у них в классе. – Подожди, не спеши. Мне надо кое-что тебе сказать.
– Что? – Он хотел снять с себя ее руки, но почему-то не решился. Так они и стояли в прихожей, без света, в темноте, словно собираясь целоваться.
– Я слышала, Гуля Саитова была в положении? – Инна четко чеканила каждое слово.
– С чего ты взяла? Нет! – Дима вмиг взмок. Лицо его стало пунцовым.
– А я слышала, что да. И что ей были нужны деньги на аборт.
Инна видела, как у Димы затряслись губы.
– Откуда… – он не договорил.
– Я была в раздевалке, когда вы обсуждали этот вопрос, – спокойно сказала Инна и погладила Димины шикарные волосы. Ей уже было ясно, что она победила. Дима Клюев красавец, мастер на все руки, но он же и трус. Обычный зайчишка-трусишка.
– Ну хорошо, – пробормотал он, не глядя на Инну. – Положим, ты права. Дальше что?
– А дальше, я знаю, где ты взял деньги для Саитовой.
– Где? – он метнул на нее затравленный взгляд.
– Ты взял их в кабинете географии, в шкафу. Услышал от меня, что классная собрала бабки с родителей, побежал в школу и взял часть. Разве нет? – Инна смотрела на Диму, и в глазах ее было торжество.
– Ты… ты… – он не мог больше выдавить ни звука, только ловил ртом воздух, как рыба, попавшая на сушу.
– Я тогда вспомнила, что тоже забыла в школе тетрадь. Вернулась, подошла к кабинету, а там… – Инна сделала эффектную паузу и выпалила: – А там ты, Димочка. По шкафам шаришь.
Он молчал, оглушенный тем, что она сказала. Потом робко взглянул ей в глаза.
– Но ты же не скажешь никому? Если отец узнает, мне конец. Он не простит. И вообще… – в тоне его была мольба. Инна почувствовала, что отныне он ее верный и послушный раб. Как же просто все у нее получилось! И никакая красота не понадобилась.
– Идем в комнату, – спокойно проговорила она и аккуратно расстегнула пуговицу на его рубашке.
– Зачем? – Дима глупо улыбнулся. Он все прекрасно понял.
– Затем. Я хочу, чтобы ты сделал со мной то, что делал с Саитовой. И с Машкой. И со всеми этими шлюхами. Всегда. Слышишь, всегда, ты будешь со мной. Я тебя люблю. И ты будешь меня любить. Ведь правда, маленький? – Она нежно поцеловала его в красивые пухлые губы…
Атос громко и требовательно мяукнул. Кормушка была пуста. Одного пакета коту оказалось явно мало. Инна с удивлением обнаружила, что продолжает стоять посреди кухни, босиком на кафельном полу. Холода она не ощущала. Интересно, где сейчас Дима? Поехал домой? Сидит, мечтает о своей Анне Акуловой? А ее, Инну, ненавидит и презирает. И больше не боится…
А всегда боялся. С того самого мартовского дня, когда наконец они стали любовниками. Инна была в восторге: Дима беспрекословно слушался ее. Он порвал с Саитовой, не смотрел ни на кого. Она влюблялась в него с каждым днем все больше и больше и наконец поняла, что не сможет уехать в Москву и расстаться с ним. Ему оставалось доучиться здесь, в городке, еще два класса. Инна решила, что подождет Диму и они поедут в Москву вместе. Она рассказывала ему о своих планах – как они будут учиться в столице, снимут жилье, поженятся. Дима слушал ее и согласно кивал. Инне казалось, что он тоже привязался к ней. Они стали совсем неразлучны.
Дома Иннины родители впервые не понимали дочь. Они не могли принять ее отказ ехать в Москву. Столько лет трудов, золотая медаль – и все коту под хвост? Инна заявила им, что остается в городке и будет учиться в педагогическом на факультете русского и литературы. Были ссоры, разборки, но в конце концов родителям пришлось смириться. Инна поступила на вечерний, устроилась в свою же школу лаборанткой и была счастлива. В школе уже все знали об их отношениях и считали парой. Инна отвоевала дома право приводить Диму к себе в комнату, когда ей этого захочется. На заработанные деньги она покупала ему подарки, шмотки, дорогие слесарные инструменты, по которым он фанател.
Так незаметно пролетели два счастливых года. Отгремел выпускной, Дима получил аттестат. Он изменился, возмужал, раздался в плечах, подрос и стал настоящим мачо. Инна лелеяла мечту, чтобы Дима поступил в строительный. Она уже взяла билеты на московский поезд. Всего один шаг отделял ее от осуществления заветной мечты.
И вдруг Дима исчез! Просто не пришел утром, как обычно. Не взял трубку. Инна, взволнованная, ждала его до вечера, звонила и наконец прибежала к нему домой. Дверь ей открыл отец Дмитрия. Увидел бледную Инну на пороге, произнес с нескрываемой неприязнью:
– Вы к Диме? Уехал он.
– Как уехал? – ей показалось, что она ослышалась. – Куда?
– В Ростов. В военное училище. А вам просил передать вот это. – Он достал из кармана брюк сложенный вчетверо тетрадный лист и протянул его Инне.
Она дрожащими пальцами взяла бумагу. Это было письмо, вернее – записка.
«Дорогая Инна, прости, – писал Дима смешным круглым детским почерком, – я принял решение и хочу продолжить семейную традицию. Я уезжаю в военное училище. Надеюсь, ты осуществишь свою мечту и поступишь в университет. Спасибо за все. Дмитрий Клюев».
У нее потемнело в глазах. Она покачнулась. Мужчина подхватил ее за локоть.
– Что с вами? – голос его был встревоженным.
– Ничего. Все в порядке. – Инна сглотнула вязкую слюну. – Все нормально.
Она медленно стала спускаться по лестнице. В голове ее стучала, как дятел, одна-единственная мысль: что делать? Ехать в Ростов? Это смешно и бесполезно. Она больше не имеет власти над Дмитрием. Школа и детство закончились, он не боится разоблачения. Инна по наивности надеялась, что за это время он привязался к ней и полюбил, но это оказалось заблуждением. Она ему совсем не нужна! Совсем.
Жизнь рухнула под откос. Инна чувствовала себя выброшенной, использованной вещью. В Москву она не поехала. Продолжала доучиваться в местном институте, ходила в школу на автопилоте. Мать забила тревогу, видя, как дочь чахнет на глазах. Инну повели к врачам, затем к психологам. А потом стали знакомить с мужчинами. Это было тошно и унизительно. Любой мужик после Димы казался серой невзрачной тенью. Инна мечтала сбежать из дому, но куда?
Время единственное лечит все. Прошло пять лет, прежде чем боль, терзающая душу Инны, притупилась, а потом и вовсе исчезла. Она окончила институт, преподавала, работа ей нравилась. Личная жизнь у нее так и не складывалась, редкие попытки завести семью успехом не увенчались. И Инна как-то успокоилась. Ей было хорошо и уютно на своем месте, она любила учеников, готовила их к олимпиадам и делала это весьма успешно – они занимали призовые места. К ней просились позаниматься частно, она не отказывала. Деньги тратить ей было особо не на что – модная одежда, косметика и парфюм теперь Инну не волновали. Она потихоньку откладывала их. Так к тридцати пяти годам у нее скопилась приличная сумма. А тут один за другим умерли родители, и Инна осталась одна в квартире. Единственная ее приятельница пару лет назад вышла замуж за москвича, перебралась в столицу и теперь стала настойчиво звать Инну приехать:
– Такие преподаватели, как ты, везде нужны, хватит торчать в провинции. Продавай свою хрущобу и приезжай.
И Инна решила рискнуть. У нее хватило средств купить небольшую однокомнатную квартирку. Рядом с ее домом было на выбор три школы и колледж. Инна подумала и выбрала колледж. Граубе не мог на нее нарадоваться – до Инны в колледже сменилось четверо преподавателей русского и литературы. Там, в колледже, она смогла осуществить давнюю мечту – открыть театральный кружок.
Инна редко смотрела в зеркало. Она знала, что выглядит гораздо старше своих лет. Но ее это не особо расстраивало. Она уже привыкла к одиночеству, завела себе кота, назвала его Атосом, он согревал ее холодными зимними вечерами, с ним она разговаривала, как с человеком.
Время в Москве летело еще быстрей, чем в маленьком провинциальном городке. Незаметно промелькнуло пять лет. Приятельница с мужем родили ребенка и повезли его на лето к бабушке и дедушке на родину. Инна решила съездить с ними. Ее потянуло к местам юности. Она поселилась в недорогой гостинице недалеко от речки. Стоял чудесный август, было солнечно, но не жарко. Инна всласть высыпалась, вставала поздно, не спеша шла на пляж, купалась, загорала, ела сладкие краснобокие яблоки, купленные за гроши на местном рынке. Как-то, отойдя от прилавка, где она выбирала эти самые яблоки, Инна заметила смутно знакомое лицо. Высокий, седой старик в соседнем ряду покупал помидоры, тщательно осматривая каждый и придирчиво отбирая помятые. Инна слегка сощурила близорукие глаза: безупречно прямая спина, четкие черты лица, короткий ежик. Это был отец Дмитрия! Она колебалась всего мгновение. В следующее минуту ноги сами понесли ее вперед.