Глава четвертаяПутешествие по Кавказу
Тимотис-Убанский монастырь. Близ Боржома. Тифлисская губерния. 1912 г.
Съемочный сезон 1912 года С. М. Прокудин-Горский начал ранней весной на Черноморском побережье Кавказа. Отправной точкой ему послужил город Батуми, поскольку к нему была проложена ветка железной дороги. Об этом городе автор «Иллюстрированного практического путеводителя по Кавказу» Г. Г. Москвич сообщал следующее:
«Подъезжая к Батуму, еще издали, подходишь ли на пароходе, едешь ли поездом, невольно залюбуешься Батумской бухтой, окружающими ее горами, дальними турецкими, Понтийским хребтом, Аджарскими (в ущелье реки Чороха) и Кахаберскими на побережье с дачным районом. Мягкие очертания зеленых гор ласкают взор и манят к себе. Сам Батум, расположенный на громадной равнине, из бедной когда-то деревушки превратился за тридцать пять лет в красивый город, и в смысле внешнего благоустройства подвигается все вперед. Правильно распланированные улицы с хорошими мостовыми и асфальтовыми тротуарами в центральных частях города, красивые дома, особенно общественных учреждений, придают ему вполне европейский вид.
Многие улицы засажены деревьями, частью вечнозеленой субтропической флоры.
Преобладающий элемент населения грузины-гурийцы, затем идут: армяне, греки, турки, персы, аджарцы (грузины-магометане), которые населяют всю Аджарию (Батумскую область), евреи; в окрестностях кочуют курды; есть немного абхазцев и лазов. Русское население немногочисленно, его составляют военные, дачевладельцы побережья, чиновники, служащие в русских пароходных обществах, мастеровые, прислуга. Каждая национальность, помимо интеллигенции, живет довольно обособленно тесным кружком и занимается излюбленными профессиями: так, грузины, по преимуществу, приказчики, духанщики, повара, прислуга, буфетчики, фаэтонщики; армяне – торговцы-лавочники, муши (носильщики), дрогали (ломовые извозчики); греки – пекаря, туфельщики, одеяльщики, торговцы; персы – огородники, зеленщики, фруктовщики, содержатели харчевен-чайных; турки – рыболовы, фелюжники, портовые рабочие, содержатели кофеен; евреи – торговцы; аджарцы – поселяне, земледельцы и стражники. Кроме того, много иностранцев, благодаря разным конторам и пароходным обществам. В Батуме имеются консулы почти всех европейских и азиатских государств.
Батум разделяется на 5 полицейских участков, в которые вошли прежние старые, носящие турецкие названия. Каждый из участков имеет свою бытовую физиономию. Особенно выделяется туземная, старая часть, так называемый турецкий базар с прилегающими к нему улицами и переулками, с массою мелких открытых лавок.
Другая еще большая базарная площадь Нурийская в противоположной стороне города с крытым рынком, также очень интересна, особенно в воскресные дни. Это в миниатюре московская Сухаревка и толкучка. <…>
Николаевский бульвар – краса и гордость города, один из лучших в России, тянется своими аллеями почти на версту. Ближайшая к морю аллея вся засажена с одной стороны пальмами и драценами среди сплошного барьера из туй и, с другой – робинией (белой псевдоакацией); прилегающая к улице аллея вся из платанов и туйи. Между этими аллеями идут во всех направлениях дорожки с площадками с крайне разнообразными насаждениями. На одной – самой большой, при входе со стороны Дондуково-Корсаковской улицы, разбит цветник с фонтаном посредине. Все окружающие его деревья посажены на школьном празднике в память Гоголя в 1910 году. На бульваре имеется буфет-ресторан, музыкальная ротонда, читальня с массой всевозможных газет и журналов. Последняя выставляет ряд удобных раскладных стульев на пляже у самого моря под тентами, с платою по 5 коп. Здесь при хорошей погоде, за интересной книгой просидишь незаметно с наслаждением целые часы. В бухте имеется лодочная пристань, где отпускаются лодки для катанья и рыбной ловли, с платою по 60 коп. в час. К читальне и пляжу ведет широкая площадка с цветниками, а справа к ней прилегает площадка Батумского общества физического развития с трэком, теннисом, скетинг-ринком, гимнастикой и пр. Весь бульвар прекрасно утрамбован мелким гравием и доступен для прогулки тотчас же после дождя; освещается электрическими дуговыми фонарями.
На пляже в летний сезон отводятся места для бесплатного купанья и платного с будками для раздеванья. Пляж хороший, с крупной галькой, купаться следует в туфлях, которые имеются в купальнях».
Известный русский географ, климатолог и метеоролог А. И. Воейков, побывав в тех местах, сообщал в докладе, прочитанном на общем собрании Российского географического общества:
«Приезжая в Батум и интересуясь местным хозяйством, нельзя не начать с Чаквы, удельного имения верстах в деяти от города и близ станции железной дороги. Это самое крупное чайное хозяйство в России и даже на всей земле, за исключением Восточной и Южной Азии. [Вряд ли даже такие хозяйства существуют в Китае и Японии, они, конечно, имеются в Индии и на о.о. Цейлоне и Яве] (Прим. авт.)
Чаквинское имение, однако, – не пионер чайного дела в России, ранее его этим делом занимались полковники Соловцов, Попов и доктор Криштафович, последний разорился, давно уехал и теперь состоит агентом Главного управления земледелия в Соединенных Штатах, Соловцов недавно умер, и его наследники не продолжают хозяйства, относительно Попова, я узнал, что он более не выделывает чая, а продает листы Чаквинскому имению. Вообще имения запущены, чайные плантации заглушаются папоротниками, и если так пойдет далее, то вероятно, погибнут, со здешней мощной растительностью нелегко бороться. Даже после того, как первобытный лес заменяют культурными растениями, нужна постоянная бдительность, где ее нет, появляются колючие кустарники и высокие папоротники и следы человеческих трудов быстро исчезают.
В Чакве мы были два раза; управляющий Петров и его помощник Рек приняли нас очень любезно, сопровождали по культурам, а чайную фабрику показывал специалист этого дела, китаец. Чайное дело поставлено солидно, из 15 000 десятин имения под чайными кустами, дающими сбор, около 300 десятин и еще 100 под молодыми деревцами.
Чайная фабрика снабжена лучшими машинами и аппаратами, которые производятся в Англии для чайных плантаций Индии и Цейлона. Эти машины сберегают труд и дают более однородный продукт, чем выделка кустарным способом. Так как эти машины стоят дорого, то крупное хозяйство имеет преимущество над мелким в деле фабрикации чая.
Чаквинское имение покупает свежие чайные листы, платя за них 16 коп. за фунт, это выходит около 64 коп. за фунт высушенных листьев, а за такую цену в Китае можно иметь фунт готового чая хорошего качества.
Известный нам агроном И. Н. Клинген, бывший во главе удельной экспедиции, отправленной в 1895 году в южную и восточную Азию для изучения чайного дела и других подтропических культур, был того мнения, что возделывание чая и сбор листьев скорее дело мелких хозяев, и составил проект привлечения русских колонистов в Чакву. Имение должно было строить им дома и дать каждому участок, засаженный чайными кустами, с обязательством продавать лист чайной фабрике по определенной цене. К сожалению, этот проект не был исполнен, вероятно, испугали большие расходы и необеспеченность результата, если колонисты оказались бы людьми ленивыми и бестолковыми.
Поэтому чайный лист собирается наемными рабочими; надзор за их работой, да и самая работа, стоят недешево. Но очевидно, чайное дело дает хороший доход, поэтому чайные плантации постепенно увеличиваются.
Чай разделяется на 4 сорта, они продаются от 64 коп. до 2 руб. за фунт, и покупающим в конторе имения делается скидка, большая за дорогие сорта и меньшая – за дешевые. Самый дешевый чай по большей части идет в полки, солдаты им довольны».
Писатель и краевед черноморского региона С. И. Васюков, также побывав в Чакве, рассказал об увиденном в книге «Край гордой красоты»:
«Чайные плантации в Чаквах распланированы по горным, не крутым склонам, избегая северных. Кусты расположены друг от друга на расстоянии 1 1/2—2 аршин. Сбор чая производится 4 раза в год, причем сбирается мелкий лист и почка, которая собственно и составляет цветочный чай, так как чайные цветы в дело не идут.
При сборе чая требуется сравнительно большое число рабочих рук: заработная плата на чайных плантациях в день 60–70 коп., не больше. Дальнейшее производство чая совершается машинным способом на чайной фабрике, директором которой состоит интеллигентный кровный китаец Лау-Джен-Джау, крайне обязательный и любезный человек.
Директор показал нам фабрику и машины, причем к последним выразил свою несимпатию.
– У нас в Китае, – прибавил он на хорошем русском языке, – предпочитается ручная работа, которая и чище, и лучше… мне кажется, потому и чай в Китае тоньше ароматом и душистее, нежели здесь!..
– Воображаю, – спросил я, – какие у вас на родине сорта? Вероятно, имеются очень высокие и дорогие?
– Да, – отвечал Лау-Джен-Джау, – у нас любителей немало, и чай настоящий любительский стоит 150 руб. фунт.
– Однако!.. – удивился я, приступая к осмотру фабрики.
После сбора чайный лист вялится в особом помещении, смотря по погоде, один или два дня; затем скатывается, причем чайные листья под известным давлением дают сок, от которого получается брожение.
После этого чай немедленно подвергается просушке на особых холщовых рамах.
Брожение чая происходит очень быстро, от 3 до 6 часов.
Сушка чая производится в особой форме на цинковых решетках рядом со специальной для этого печкой, из которой по трубам нагретый до высокой степени воздух проходит по камерам, где лежит чай на цинковых листах. Температура тепла в печке доводится до 250 °C, и самая сушка происходит почти мгновенно в 10 секунд и, во всяком случае, не более 4 минут.
Труднейшая и ответственная работа следить за процессом сушки, – недосмотр, невнимание и чай пропадает!..
Все эти работы в Китае китайцами производятся на солнце не только в крестьянских хозяйствах, но и в крупных, кроме сушки над жаром древесного угля, в особых корзинах, называемых „пуйлунг“.